Чтение онлайн

— Штабс-капитан… — оценил офицер. — Хорошая кому-то была подстилка. Проход очисти.

Штурмовики согласованно расступились, Зита, не изменившись в лице, пригласила офицера пройти движением руки. И тем же движением, но уже незаметно, показала: солдат отсечь!

В казарме все произошло буднично и быстро.

— Оскорбление офицера в присутствии подчиненных, — заметила капитану Зита. — Причем — старшего по званию. Капитан, ты кодекс чести российского офицера хоть раз видел? А устав? Я так и думала.

После чего капитана аккуратно взяли. Так как предполагалось, что офицера командование полка отпустит без наказания, ему хорошенько вломили — без замаха и не во всю силу, зато дубинками, по почкам и не один раз. После чего приняли в коробочку и повели к штабу полка, а двух его бойцов назначили проводниками. Капитан шел молча, ему было так больно, что он не то что ругаться — даже дышать мог только сквозь зубы и очень осторожно.

Штаб полка располагался в старых горных выработках. Зита уважительно оценила толщину бетонной стены, перекрывающей вход в тоннель, потом нервные лица бойцов, белеющие в черноте амбразур, и поняла, что внутрь их не пропустят. Вежливо попросила вызвать какое-нибудь начальство, отвела свою группу к курилке, где все спокойно и расположились. Желающие покурить сразу резко исчезли. Вид кривого от боли капитана четко показывал, что тут какое-то серьезное дело, от которого лучше держаться подальше.

Зита поглядывала вокруг, оценивала обстановку, систему обороны, ну и знакомилась с новым местом действия на случай нежелательного развития событий. В смысле, куда бежать, где укрываться и откуда стрелять. Штурмовики аккуратненько делали то же самое, и Зита даже возгордилась — не напрасны были труды! Полярные волчата стали хорошо подготовленной, профессиональной боевой единицей.

Штаб полка неплохо прикрывался от ударов с воздуха, Зита почти сразу заметила на вершине ближайшей горки замаскированную установку зенитного комплекса М-500, в армейском просторечии — «Метлу». Надо полагать, она не в одиночестве там дежурила, комплекс обычно состоял из пяти единиц. Пять «Метелок» — серьезная сила. И все же странное ощущение несерьезности, какой-то декоративности войны как появилось изначально, так и не желало оставлять ее. Фронт явно рядом, не может штаб полка сильно отдаляться от своих подразделений даже при наличии надежной связи, и тем не менее армейский городок лежит как на ладони, толком не замаскирован, не оборудован укрытиями. Как будто…

— Они тут, похоже, договорились с противничком штабы не трогать! — процедил Давид неприязненно в тон ее мыслям. — Загорают!

Штурмовики угрюмо поглядывали и молчали, но явно думали то же самое. Предательства среди руководства, сговор, коррупция… именно против этого они работали в подкупольнике, нагляделись всякого и больше не верили никому в мире. Только своим, только штурмовикам с белыми звездами и шевроном «Спартака».

Время шло, у входа в штаб наблюдалось нездоровое оживление, любопытные лица оценивали вооружение штурмовиков, количество бойцов и исчезали, чтоб тут же замениться другими.

— Кто вел съемку? — спросила Зита.

Ей передали телефон, она с сожалением вздохнула. Хорошая вещь, но отберут. Как вещественное доказательство. Наверняка попробуют отобрать.

Наконец появился старший лейтенант, спросил, в чем дело.

Зита встала и подумала, что для задержанных скоро в курилке не хватит места.

— Соблюдай устав, офицер, — посоветовал из-за ее спины Давид. — Ты стоишь перед старшей по званию.

И добавил вполголоса, но вполне различимо:

— Или сядешь рядом с капитаном, если дурак.

Старший лейтенант оказался не дураком, представился, выслушал суть произошедшего, получил на руки доклад, озадачился и убыл за распоряжениями.

— Сидим, ребята, — усмехнулась Зита. — Мы их сильно озадачили, офицерам надо подумать.

В штаб она попала через полчаса. Прошла сквозь три взрывозащитные стены и оказалась в подземном раю. Чистота, яркое освещение, строгая лаконичная отделка стен и кабинеты, кабинеты. В отличие от военного городка, штаб был подготовлен к войне выше всяческих похвал. Его, похоже, и спецбоеприпасами не достать. Девушки-офицеры, проходя мимо, поглядывали на нее с любопытством. Она только усмехнулась. Женщины! Каждая нашла причину, чтоб покинуть рабочее место и посмотреть на новенькую.

Ее провели в один из кабинетов. Пожилой майор, оказавшийся заместителем командира полка, доброжелательно кивнул на стул.

— Полярные волчата! — усмехнулся он. — Политические войска, кулак Ферра! И званием, гляди-ка, почти меня догнала! За что присвоили?

— По факту исполняемых обязанностей и результатам офицерского экзамена, — сухо ответила она.

Майор разглядел ее квалификационные значки и явно передумал надсмехаться дальше. Специалиста первой категории и мастера-снайпера просто так не давали даже офицерам.

— Посмотрел я твой доклад, — сообщил он. — Грамотно. Коллега?

Она подумала и кивнула. Да, скорее всего, она в «Спартаке» занималась тем же, чем и майор здесь.

— Так вот, коллега! — жестко сказал майор. — Лично ты мне нравишься. И даже очень нравишься. Настолько, что готов взять к себе, должность подберем, а работать ты умеешь. Но политические войска в армии — чужеродный элемент. Вы явились несколько часов назад и уже беспредельничаете. Но здесь — армия. Здесь вы — никто. Понятно?

— Просто выполняйте законы, — тихо посоветовала Зита. — Ваши, армейские законы. «Спартак» всегда требовал только исполнения законов. Ничего больше.

Напряжение в кабинете мгновенно усилилось, Зите показалось, что вот-вот заискрит воздух. И разом исчезло.

— Руку от оружия убери! — насмешливо посоветовал майор. — Верю, что пристрелишь, охотно верю. Озверели вы там, в подкупольнике. Рассказывай, что произошло, разберемся… Зинаида-Татьяна Лебедь.

Она достала телефон, прокрутила запись.

— Говнюк, — оценил майор. — Я так понял, вы ему вломили?

— Ну вы же его отпустите, — усмехнулась она.

— Ну и в расчете, — заключил майор. — Демократию с судом чести никто разводить тут не будет.

Зита снова усмехнулась. Майор дернулся.

— А отомстить тайком, как у вас принято, не успеете, — предупредил он тяжело. — Так, у эсэсовцев что-то есть еще сообщить?

— Все в докладе, — сказала она и встала.

Майор оказался неплохим дядькой. Но — врагом. Из тех армейских, кого давил и не успел додавить перед войной Ферр. Армия у него, видите ли. Территория особых отношений, не совпадающих с государственными законами. Неискоренимые воинские традиции. Значит, именно к нему и везли спартаковцев. И именно он будет штурмовиков убивать. Может, не один, и не главный. Но в том числе и он.

— По отчету «Казбеков» на счету спартаковцев два уничтоженных беспилотника противника, — все же сказала она, желая окончательно утвердиться в мнении о майоре.

— На награды ротик не разевайте, молоды еще, — спокойно сказал майор. — Вы тогда еще не были военнослужащими. Так, мимо проезжали.

— А мы и сейчас не военнослужащие, — спокойно заметила она. — Политические войска — это на всю жизнь. Имеем право на личную символику — и на особое положение в армии. Номер приказа напомнить? Приказ под грифом, но его обязаны были до вас довести — в части, вас касающейся.