Чтение онлайн

– Единое – необязательно разумное, – возразил Старик.
– Но если даже такой мозг на самом деле имеется, ты, увидев его, просто не поймешь, что перед тобой. Поэтому давай лучше склоняться к более выгодному для нас предположению.
– Компьютер в трейлере?

Старик кивнул. Некоторое время они молчали, глядя на шевелящуюся поганку…

По убеждению жителей Красного, практически все живые существа восточной части Зоны (около Усть-Хамска) наделены разумом. Красновцы считают, что животные вполне могут при необходимости объединяться, образуя стайный сверхорганизм, гораздо более разумный, чем каждый зверь в отдельности. Впрочем, о том же говорят и учёные за стеной. Помнится в своих лекциях профессор Штайерман упоминал…

Но зонопоклонники рассказывают, что в Усть-Хамске, куда невозможно попасть из-за заграждающего поля Антенны, мыслит все – от кирпичных стен до шиферных крыш и асфальта на улицах. Записаны сказания о прыгающих фонарных столбах и блуждающих по улицам урнах. Передают также рассказы о странных существах, которые живут исключительно в защищённой Антенной части Усть-Хамска и которых не видел никто, однако каждый житель Красного в них верит. В акробатов, к примеру…

Акробаты, живущие под Усть-Хамском, судя по всему, некогда были людьми. Впрочем, непросто представить, что за условия могут довести человека до подобного состояния. Акробаты – сумасшедшие создания, ведущие образ жизни, по сути своей слабо отличающийся от поведения хищных монстров Зоны. Перемещаются на четырёх конечностях, время от времени подскакивая. Стопа акробата в отличие от заурядной человеческой обладает бoльшим количеством сухожилий, с потрясающей эластичностью. Этим объясняется способность монстров совершать невероятные прыжки. Они постоянно нюхают землю, чтобы уловить запах жертвы. Охотятся главным образом на людей, осторожно и расчётливо подстерегая жертву подобно кошачьим хищникам. Сверхбыстрые рефлексы и стальные мышцы позволяют акробатам совершать длинные точные прыжки и за несколько секунд разрывать жертву в клочья. На некоторых особях сохранились фрагменты одежды и даже армейской экипировки. Это позволяет предположить в них не дошедших до депо и околицы ссыльных военных.

– Ерунда.
– вмешался в разговор Выхухоль.
– По-моему, вы всё усложняете, мужики. Усть-Хамск был городом газовиков – его построили ещё вместе с конденсатным комбинатом. Немаленький был городок… Только теперь там уже никто не живёт – кроме, конечно, нечисти всякой вроде мутантов и зомбей. Пройти туда, судя по всему, и вовсе нельзя: антенна закрывает путь. Всё. Точка.

– А зачем ты тогда с нами увязался?
– спросил Тихоня.

Выхухоль повернулся к тому всем корпусом и несколько секунд смотрел в глаза.

– Расставим точки.
– ровно сказал он.
– Я поставил на удачу Старика. Чутьё подсказывает: есть шанс, что мы ухватим удачу за… гм… за нос. Как именно – не знаю, там видно будет. А вот ты-то отчего за Стариком словно пришитый таскаешься.

– Мы с Тамарой ходим парой.
– буркнул Старик.
– Санитары мы с Тамарой…

– В смысле, вы – подруги? Пусть так. Хотя, стишок, помнится, в детстве уже слышал… -уточнил Выхухоль.
– Что ж, с Тихоней ясно. Дальше исповедоваться будем?

– Уууу! Исповеди попёрли. Покаяния. А там и до пророчеств докатимся. Красновским воздухом ребята надышались.
– заключил Ушастый. Он с подозрением покосился на Философа и Епископа. Те сидели разморённые, до невообразимого сонные и разговором, по всей видимости, совершенно не интересовались.

– Бобёр?

– Тошно.
– с непривычной серьёзностью ответил тот.
– Не представляю, как Зона выделывает мутантов из человечьих тел. Но вот как души людские корёжит и уродует, вижу ясно. Гоблин, Динамит, Ниндзя, Стиляга, Водила. Пять душ на девять километров за двое суток. Мало?! А на каждую душу мы себе позволяем несколько минут скорби: эх, парень, жаль тебя, конечно, не повезло… И – дальше. Если там, за стеной, в той стервозной суете, человечья жизнь – копейка, то у нас-то она почём? Но вдруг всё это можно изменить? Я понимаю, что вероятность – ничтожная, но всё-таки… Вот мы сейчас в шаге от сердца всей этой хрени. А вдруг доберёмся, вдруг что получится? Не знаю… Но так хочется!

– Не то, чтобы очень складно, -заметил Ушастый, -сумбурно, но, в общем, вполне понятно. И главное – полностью совпадает с моими мотивами.
– Понимаю, что вероятность – ничтожная, но вдруг получится. Поэтому с удовольствием подписываюсь под сказанным и пропускаю ход. Теперь – Редька.

– Четыре года фермерствовал.
– сказал Редька. осторожно доставая из нагрудного кармана сигарету.
– Хозяйство наладил. Хорошее, урожайное. «Курорт» кормил. Приспосабливался к Зоне. А кто не приспосабливается? Добытчики? Разведчики? Ещё как под Матушку подстраиваются. Только вот осточертело под Зону прогибаться. А тут вдруг Старик с его чумной затеей саму Зону прогнуть… Эх!

– Глазки закрывай, баю-бай… -послышался позади тихий ласковый голос Мирона. «Курортники» с несказанным изумлением воззрились на похрапывающих Епископа и Философа, которым Хирург заботливо подкладывал под головы вещмешки.

– Что стряслось?
– осведомился Выхухоль.

– О, ерунда.
– беззаботно ответил Хирург.
– Часок-другой здорового сна никому не повредят. Скорее, наоборот.

– Снотворное?

– Хорошее. Нескольких капель тюльпанового сока. Сбор луковиц с клумб у самого депо.
– довольно ответил Хирург.
– А чего вы хотели? Заметь эта сладкая парочка, что вы направляетесь к Антенне, тут же вызвала бы подмогу и попыталась задержать группу. А зачем ненужные конфликты?

– Абсолютно незачем.
– подтвердил капитан.
– Когда красновцы проснутся, я и Хирург скажем, что каравану было некогда ждать и вы подались к депо через карьер. А мы, дескать, остались покараулить их, истинно верующих, богатырский сон. После чего двинемся якобы вам вдогонку.

– Поверят?

– Девять из десяти – нет.
– рассмеялся Мирон.
– Но пока проверят и убедятся, пока сообщат о подозрениях в Красное, пока приползут дозоры молебщиков, вы окажетесь уже вне сектора прицельного огня.

– Звучит обнадёживающе.
– поёжился Выхухоль.
– Значит, пора расставаться.

Капитан кивнул: -Притом побыстрее. Успеха!

Шестеро «курортников» без лишней суеты, но быстро надели рюкзаки, построились в колонну.

– Вот тебе информация.
– негромко сказал Старику Мирон.
– Я к Антенне, само собой не ходил, но слышал, что на подходе есть небольшое озерцо. Легендарное озеро. Черное, маслянистое… красновцы считают, что оно выпивает души. Лишь только подойди к бережку, враз и нет тебя, только оболочка пустая бултых в воду и… в жёлтом тумане, значит, плывет… А зомби стаями кружат: увидят – выть начинают, тащатся за тобой. Красновцы, конечно, мастера рассказывать, но, думаю, не только дыма без огня, но и тумана без воды не бывает.

Хирург согласно покивал: -Полагаю, там есть те, кто подвергся длительному воздействию излучателя. Неосторожно приблизившиеся или пошедшие на прорыв быстро сходят с ума, превращаясь в бродячие полутрупы. Их много бродит по Зоне, некоторые добираются даже до стены. Так или иначе, помочь им уже невозможно: процесс разрушения личности необратим. Мне доводилось исследовать нескольких. Как правило, они очень агрессивны и при значительном скоплении представляют серьёзную угрозу. Зомбированные у самой Антенны ещё могут пользоваться оружием, хотя довольно глупы. При встрече можно услышать, как они бубнят себе под нос обрывки фраз, – которые, впрочем, начисто лишены смысла. Со временем зомбированные окончательно утрачивают все прежние навыки и превращаются в полноценных зомбей. Так что учти…

– Поменяемся.
– сказал Старик, протягивая Выхухолю «драгунку».
– Дай-ка мне свой автомат.

– Зачем мне твоё чудовище?
– удивился тот.
– Хоть раз можешь напрячься и в виде исключения что-нибудь нормально объяснить, а?

– Так лучше. Мне теперь ни к чему. Пойду вторым, сразу за тобой. Слушай подсказки, буду ориентировать на местности. А ты станешь чем-то вроде танка.
– без тени иронии сказал Старик.
– Мужик сильный, опытный. Если что увидишь, бей без промедления.