Чтение онлайн

– Интересно, – вдруг подумалось мне, – а вернись я без рук и ног, тогда как? Точнее, привезли бы меня таким.

Марина смутилась, посмотрела в окно, быстро заморгав.

– Я не знаю, как бы точно поступила, Котик. Без тебя мне жизнь не мила. Хочу быть только с тобой и могу сейчас даже на крови поклясться, что ухаживала бы до самой смерти. Просто, вдруг свихнусь и… – она растерянно посмотрела на меня в поисках поддержки. – Уже ненавижу себя. Что если сделала бы такое?

У меня сердце заболело от истомы. Не удержался и схватил Марину за руку.

– Дурацкий был вопрос, прости! В голову пришло, но, не просто так. В этом нападении я потерял глаз. И если бы не сама знаешь кто, остался бы инвалидом.

Марина всмотрелась сначала в один, а потом в другой.

– Так и не скажешь…

– Он уже почти так же хорошо видит, как раньше. Наверное внешне уже полностью вырос.

– И… – осеклась она, – как ты после этого?

Я шумно вдохнул и выдохнул. Расслабил спину, немного осев на стуле.

– Всё случилось настолько быстро, что ничего не успел понять. Потом потерял сознание, а когда очнулся – магия глушила боль. То есть она была настолько сильной, что я бы умер лишь от неё. Видимо, это только и спасло, чтобы не стать блаженным.

– А мстить начнёшь, когда окончательно восстановишься? Возьми меня с собой.

– Я тебе ещё не говорил, но когда выбрался из крепости, под ней случилось землетрясение. Сама знаешь, какая ведьма не удержалась и пришлибла всех, кто там был. Один из них герцог Балабанов.

– Что-о-о?!. Сам герцог Балабанов?! А какой из? У них там есть дед и его сын.

– Наверное сын, – призадумался я. – Я не видел лиц.

– Так это он тебя заказал?

– Да.

– А зачем? – нахмурилась Марина. – Ты же пока даже на Снежочке не женился.

– Из-за химеры и шведов, по большому счёту. Но ничего полезного ему узнать не получилось. Поверил, что я просто везучий дурак.

– Фигово! – заключила Марина и с грустью посмотрела в окно. – Получается, просто пойти и отомстить будет нельзя. Род Балабановых трогать нельзя.

– Тем более, я жив, а они потеряли важного члена семьи. Но ничего, Морена, мы найдём исполнителей и уж на этих гадах отыграемся, как надо.

– Ой, а ведь точно! – обрадовалась она и глаза заблестели от предвкушения расправы. – Но я пойду с тобой, ладно?

Надевая запасной плащ подумал, что не стоило тогда его брать – плохая примета. Вот и канул первый в очередной драке, а ведь был совсем новым. Ходи в последнем – дольше проносишь.

Сегодня желательно наведаться к Геннадию Ортеговичу. На улице хоть и потеплело, но ветер сильный. Мне после случившегося хочется всё больше в тепло и помедленнее ходить. А когда столь величаво променадничаешь, то без трубки никак. Значит, сначала к Абрагиму Эльханановичу.

Жаренный на сливочном масле гусь, горячий хлеб со сметаной и крепкий кофе с молоком – этим успел накрепко набить живот. Курить захотелось ещё сильнее, потому поспешил.

– За табачком? – улыбнулся пожилой купец, завидев меня среди рядов торгового дома.

– И трубкой, – развёл я руками. – Снова потеря.

– Нехорошо, – покачало он головой. – Ту даже и обкурить не успели.

– Так и есть. Ну не бросать же, право слово.

– Ах, зачем бросать, когда такой выбор, – жирно улыбнулся Абрагим. – Что, как в прошлый раз бриар или попробуете вишенку?

– Пусть будет вишня, – кивнул я. – Чашечку только побольше выберите.

– Это обязательно, это мы сейчас найдём… – зашустрил купец. – И кисет нужен? Тоже найдём.

Расставшись с несколькими серебряными монетами, я вышел из дома и сразу же запалил. Пусть с привкусом, но ведь приятным. Затянулся и прикрыл глаза. Потом вдруг напрягся и огляделся – в прошлый раз тоже шёл щурился на солнце. Но никого подозрительного не оказалось. Я развернулся и пошёл к генерал-майору.

Эфир во мне бурлит от желания облечь злость в форму. Драки всегда помогают унять этот голод, сейчас же хожу как старый колдун. Ещё эта подозрительность. Но смотрю и вправду остро, придирчиво. Если навстречу кто из простых, так сразу в пол взгляд опускают. Если дворянских кровей, то немного пытаются “пофехтовать”, но вспухающая волна ненависти пугает их и дворяне скорей-скорей отворачиваются, а потом украдкой поглядывают за мной – вдруг наброшусь.

Жаль минуло время, когда меня задирали в Гимназии. Точнее, оно не успело настать, как кончилось. Мне бы хотелось поступить в Гимназию, найти друзей, снискать врагов и с переменной удачей участвовать в схватках, как нормальный сынок среднего по силе рода. Кстати, хорошо бы на следующем турнире принять участие. Скрываться к тому моменту будет уже ни к чему и можно будет выплеснуть всю накопившуюся злость. Если в Англию не уплыву.

– Ты чего ковыляешь, Колыванский? – уже возле лестницы, подхватил меня под руку Варфоломей Антонович, наш учитель по теории магии.

– Да вроде нормально шёл, – буркнул я, но не стал отказываться от помощи.

– Ха-хах! – рассмеялся он, обдав перегаром. – Обычно весь такой барсом, как опытный хищник. А сейчас умирающий лев. Побил кто?

Взгляд Варфоломея Антоновича был остёр и мне сразу стало понятно, что слухи уже поползли.

– Да так, приглашение на бал прислали. Настойчивое. Ну и вот сразу как начал, так и подвернул ноги – сразу обе. А там и рёбра поломал, как упал. Лицо ещё вот. У Балабановых плясали.

Учитель вздёрнул брови, покивал мыслям. Потом выпустил и говорит:

– Ну сходи к Геннадию Отреговичу, попроси с занятий отпустить. По болезни.

Я кивнул, глядя ему в лицо. Варфоломей Антонович подмигнул и как ни в чём не бывало пошёл к по холлу Гимназии дальше. Только закашлялся сильно.

Геннадий Ортегович был в гневе, кабинет несколько пострадал от предыдущих вспышек, а на адъютанта был жалко смотреть.

– Ну наконец-то пришёл, – проворчал он и посмотрел с осуждением.

– Здравия желаю, Ваше превосходительство! – с улыбкой отчеканил я и козырнул. – Разрешите доложить.

– Я тут, по-твоему, чего жду – выкладывай скорее без этих всех, – махнул он рукой, но смягчился уже.

– Был бит и захвачен в плен Балабановыми, – тут же сообщил я. Сел за стол, а генерал-майор достал уже третью бутылку коньяка, две предыдущих же были опустошены раньше и лежат перевёрнутыми.

Коричневая жидкость заплескалась в широком бокале, генерал-майор шумно опрокинул её в рот и с выражением процедил: