Чтение онлайн

—О, ты-то мне и нужен, заходи, — заявил он вместо приветствия.

—Я тебя тоже очень рад видеть, Оста, — ответил я язвительным тоном.

—А, да, привет, — как-то рассеяно ответил он, входя в кабинет, и, сев за стол, продолжил: — Взвод пограничников снимают с вашего поселка, кстати, у него теперь есть имя.

—Как снимают? Какое имя? — я пребывал в полной растерянности.

—Так…, сейчас… — Оста порылся в бумагах, и выдал: — Вот оно! Ваш поселок теперь называется Хар, тот, где железные копи, назвали Гервер, а тот, где медные — Мерик.

—Да похрен, как его назвали, что с погранцами? — нетерпеливо дернул я его.

—Что, что. Уходят они дальше на охрану рубежей. Сам посуди, граница Гравии находится в паре сотен лиг южнее, здесь они были для охраны строительства поселков и шахт. Теперь все три поселка построены, активно заселяются, племена, на чьих землях вы сидите, вошли в состав страны. Все, пограничники больше не нужны. Через полторы недели вся рота перемещается на южные рубежи.

—Так, со сроками понятно, но порядок-то кто наводить будет?

—Как кто? Вы сами и будете. Ты, например, уже себя хорошо зарекомендовал, — Оста порылся в принесенной с собой папке и выудил оттуда какой-то лист. — Вот твое официальное утверждение в должности выездного судьи.

Если бы я не сидел на стуле, точно бы упал. Какой выездной судья? Что они тут вообще курят? Собственно, об этом сразу было высказано Осте, обильно используя словарь лейтенанта Хана.

—Майк, остынь! — прикрикнул на меня хозяин кабинета. — Это я настоял, чтобы назначили именно тебя, потом отблагодаришь, когда поймешь, какой подарок тебе сделан. В Мерике и Гевере тоже по выездному судье, познакомься при случае с коллегами. Да, все три поселка объединены в общий судебный округ.

—Ты главного не сказал, кто порядок-то будет наводить? Или судья еще и драки пресекать должен по-твоему?

—Извини, но это вопрос не ко мне. Назначь кого-нибудь авторитетного, делов-то.

Да, удружили. Не было у бабы горя, завела порося… Хорошо, хоть денег подкинули на это самое поддержание порядка. Местной милиции, или как эту дружину назвать, полагалось жалование, не шибко великое, но как довесок к основному заработку, получится очень неплохо. К слову, к действиям Хорта в качестве временного главы администрации у властей никаких претензий не было. Зря строитель боялся.

Выбив из Осты распоряжение на выплату аванса на нужды охраны порядка и получив кошелек с монетами в казначействе, я первым делом направился в оружейный магазин, где купил еще четыре «коуч-гана», продавец при мне отпилил стволы до нужной длины. Что-то мне подсказывало, что стволы могут скоро пригодиться, тут ведь натуральный Дикий Запад, если приглядеться.

—Не желаете взглянуть? — продавец показал мне открытую формованную кобуру из толстой жесткой даже на вид кожи. — Недавно начали делать. Солдаты хвалят.

—Еще как желаю, — ответил я, беря кобуру в руки.

Сделано добротно и толково, револьвер сидит как влитой, не болтается, барабан прочно удерживается двойным куском кожи, случайно револьвер не вылетит. Нацепив на себя ремень с этой кобурой, я немного потренировался в извлечении оружия. Отлично!

—Беру. Сколько их у вас есть?

—Сейчас всего дюжина. Восемь под правую руку и четыре под левую, — ответил продавец.

—Беру все. Под короткий револьвер есть?

—Пока не делали, для вас могу заказать. Но вы можете сами обрезать, если нужно.

—Давайте я еще десяток под короткие стволы закажу, отправите к нам в Хар с оказией, как будут готовы, — решил я. Правильная удобная кобура — это почти половина дела. Крайне нужная вещь.

—Вы завтра с утра еще будете в Исторе? — спросил продавец.

—Да, до полудня точно задержусь.

—Тогда заходите к полудню, заказ будет готов.

Что-то ни разу не сомневаюсь, что будет готов, это по целому золотому талеру за штуку. Где мастер еще за вечер десятку заработать сможет? Кивнув, я взвалил на плечо мешок с покупками и пошел к выходу. Подумав, в придачу к дробовикам я решил взять еще шесть револьверов, четыре длинных и два коротких с запасными барабанами и полным набором принадлежностей, но это надо в арсенал зайти. И не забыть стеклоочистители на фургон поставить.

Вечер у Хеделя удался на славу. Вначале, пока Лора, его жена, шуршала на кухне, мы с хозяином беседовали в гостиной, время от времени к нам врывалась его дочь, энергия у этой стрекозы била через край, невозможно было на нее смотреть без улыбки. Крайне светлое, активное и позитивное существо. Озадачив нас очередной своей придумкой, она уносилась вдаль, чтобы вернуться через несколько минут. Главное, на ребенке не было ни малейших следов недавних травм. В промежутках между явлениями ребенка мы договорились, что я сведу Хеделя с орками напрямую, и пусть они сами свои дела решают, без меня посередине, обсудили и прочие рабочие вопросы. Наконец, нас позвали в столовую.

Ужин состоял из трех блюд. Первое, второе и компот. Суп отчасти напоминал щи, которые любила готовить бабушка, только цвет был насыщенный зеленый, как у местной капусты. Затем последовало жаркое с овощами, в конце же был самый натуральный абрикосовый компот, кстати, отлично сочетавшийся с виски в наших с хозяином бокалах. После ужина все переместились в гостиную, правда, малолетняя стрекоза вскоре куда-то сбежала. Мы трепались обо всем и ни о чем, легкая светская беседа была чем-то вроде отдыха после беготни по делам. Лора мягко намекнула, что желала бы что-то изменить в своей внешности, на что сходу получила уверения, что все обещания в силе, и беседа продолжилась.

Где-то через полчаса пришли еще гости, вернее, гостьи. Лора подсуетилась и устроила своеобразную рекламу моей клинике. Новость о том, как я (не без помощи Арпадио, правда) вылечил ее дочь, уже давно перестала быть новостью, как и то, что моя клиника на возмездной основе запросто исправит носы, уши и так далее. Вот дамочки и пришли узнавать лично, что из этого правда, а что гнусное вранье. Мне же пришлось распустить хвост павлином, включить режим крутой многозначительности и вооружиться карандашом и пачкой бумаги, схематично рисуя портреты и фигуры дам в разных проекциях и объясняя, что можно изменить быстро, что менее быстро, а что получится совсем долго, сложно и дорого.

Через некоторое время гости ушли, мы беседовали еще с полчаса, после чего я откланялся и отбыл обратно к Арпадио.

Ночью похолодало, с утра на крышах домов, кустах и деревьях лежал иней, поднявшийся ветер пробирал до костей. В фургоне было не шибко теплее, но, хотя бы, не дуло. Отопление в него никто не догадался поставить, теперь придется мерзнуть.

Объехав все намеченные точки и переделав все запланированные дела, после обеда я зашел на прощание к Арпадио в больницу, прихватил приданных пограничников, и фургон покатил в обратный путь.