Чтение онлайн

Климат здесь очень сильно напоминал родной кентуккийский. Иной раз налетал настоящий снежный буран, засыпав белым всю округу, а через пару дней становилось тепло не по сезону, снег исчезал, солнце пригревало. А еще через неделю снова приходил холод с сыростью.

В Харе самым популярным местом стал салун, построенный по моей подсказке одновременно с постоялым двором. Собственно, это был второй зал харчевни с непременными распашными дверцами, теми самыми, через которые в вестернах вечно кого-нибудь выбрасывают из салуна. Внутри же был неизменный бар, столы для еды и настольных игр, и даже стол для бильярда в углу. Это уже мое нововведение. Тяжелый обитый зеленым сукном дубовый стол с подогревом от артефакта, шары из кости местного слоноподобного, все, как положено. В противоположном углу пара фетровых мишеней для дартс, тоже мое нововведение. Всем этим хозяйством владеют на пару поселок Хар и клиника. Ну не мог я упустить такой жирный лакомый кусок. Салун — это очень много денег. А еще здесь по очереди дежурят мои маршалы. Вид здоровенного угрюмого орка неплохо прояснял мозги потенциальным бузотерам, здесь не шалили.

Вот и сейчас, когда очередной холодный циклон накрыл округу, не меньше четверти мужского населения Хара собралось в харчевне и салуне. Разница между ними состояла в том, что по одну сторону распашных дверок не наливали ничего крепче пива или глинтвейна, по другую же такого ограничения не был. Глинтвейн стал самым популярным напитком сезона, самое то, если продрог и нужно быстро согреться, не напиваясь при этом в хлам. В хлам же напиваться не полезно, не любит этого местный судья, то есть я, можно и плетей получить в ближайшую субботу на центральной площади, а можно и на общественные работы загреметь, возиться в грязи, выкладывая дороги в поселке кирпичом. Удивительно, но мужики держатся, драк в помещении не устраивают, а на улице перед харчевней драться уже можно, лишь бы без смертоубийства.

Я сидел за персональным столиком в углу справа от входа и наблюдал за происходящим в салуне. Столик зарезервирован для городского начальства, иногда за ним сижу я, иногда Тило, иногда мы оба, иногда маршалы, всем удобно. Столик справа, чтобы удобнее было контролировать входящих, а тем неудобно было бы нападать. Тут ведь Дикий Запад, причем помноженный на средневековые нравы и привычки, всякое может случиться.

В дальнем от входа правом углу шла оживленная игра в снукер. Схлестнулись два кандидата в чемпионы, маршал Арги, в здоровенных ручищах которого кий выглядел несерьезной палочкой, и Ланд, один из бригадиров рудокопов. Вокруг собралась толпа зрителей, с энтузиазмом наблюдавших за игрой, бармен принимал ставки и писал их тут же мелом на доске. Несмотря на накал страстей и общее возбуждение, даже намеки на мордобой и неподобающее поведение здесь отсутствовали. Это вам не футбол, да минует это демоническое изобретение Изначальную! В первой партии победил Арги, сейчас шла вторая. Либо в ней подтвердится его статус победителя, либо будут играть третью партию. Народ постепенно прибывал, кто-то догадался подтащить столы и забраться на них, чтобы видеть с этой импровизированной трибуны происходящее на столе. Женщин в салуне не было, не положено их на бильярд пускать, хотя, когда играли в дартс, женщин среди зрителей было полно. В чем тут логика, мне не понять, сложно это все.

Вот раздался очередной стук шаров, салун огласили крики радости и досады. Ланд отошел от стола, его место занял Арги, игра пошла дальше. Я просто сидел, потягивая горячий глинтвейн из глиняной кружки и наслаждался моментом. Хар превратился в нормальный горняцкий поселок, в нем уже начали появляться свои обычаи и традиции. Что особенно радовало, это почти полное отсутствие расовых заморочек. Вон, половина присутствующих откровенно болеет за Арги, и его внешний вид ничуть этому не мешает.

Эту партию выиграл Ланд. Оба претендента в чемпионы отошли к барной стойке, влили в себя что-то и вернулись к столу. Снова расставили шары, игра началась. Эмоции зрителей перехлестывали через край, но как-то по-доброму, без малейшей агрессии. За мой столик присели Гроф и Уларт, коллеги Арги по маршальской работе. Парни за день конкретно притомились, вот и пришли сюда отдыхать. На первый взгляд, работы у них немного, но только на первый, мотаться по округе приходится много, да и разъяснительную работу с населением никто не отменял. Потенциально проблемных давно вычислили и периодически им намекают, что бузить — это плохо. Мы просто молча сидели и наслаждались обстановкой.

Вот шары ударились в последний раз, с полсотни глоток издали дружный вопль, кто-то радостный, кто-то наоборот. Победил Арги. Бармен начал распределять выигрыши согласно записям на доске, оживление достигло предела. Гроф с Улартом было напряглись, но все прошло без споров и разборок, прям удивительно.

Тут у меня в кармане запищал амулет связи.

—Док, ответь Клинике, — послышался голос Кара.

—Клиника, Док на связи, — ответил я. — Что случилось? Прием.

—Наблюдаю группу, двигаются к нам со стороны гор, численность до сотни, расстояние полторы мили. Прием.

—Клиника, что за группа, пешая, конная? Прием.

—Док, конные, с заводными лошадьми. Больше ничего отсюда не видно. Прием.

Про оружие спрашивать нет смысла, без него тут даже дети не ходят.

—Клиника, протокол безопасности оранжевый, как понял? Прием.

—Док, подтверждаю протокол безопасности оранжевый. Прием.

—Сообщи, когда подойдут к вам. Конец связи.

—Принял, сообщу, когда подойдут к нам, конец связи.

Не нравится мне это, ох, не нравится. Я поднялся и трижды хлопнул в ладоши, привлекая внимание присутствующих.

—Уважаемые жители Хара, к нам со стороны гор идет целая толпа народа. Сами понимаете, в этот час свои сидят дома и в салуне, так что это точно чужие. Объявляю тревогу. Все быстро по домам, соберите соседей, а женщины и дети пусть закроются внутри. Вас всех с оружием жду через десять минут здесь, на площади. Выполнять!

Мужики похватали одежду и ломанулись к двери, чудом не устроив давку. Мы же вчетвером побежали к «федеральному зданию», где располагался офис маршалов. Надо вооружиться как следует. Орки без перерыва тараторили в амулеты связи, предупреждая всех, до кого удавалось дозвониться, об опасности. За клинику я не опасаюсь, при активированном оранжевом протоколе безопасности прорвать минные поля и щиты сможет разве что танковый полк, да и то не факт. Хару же придется хуже, здесь нет таких защитных сооружений, зато есть крепкий частокол, дополнительно усиленный артефактами, и почти целая рота мужчин с огнестрельным оружием. Да, это не армейское подразделение, но какие-никакие учения мы проводили, люди знают, что делать, куда бежать и где занимать посты по плану обороны. Окна спешно закрывались ставнями, двери запирались, вооруженные же мужчины собрались толпой на площади между постоялым двором и «федеральным зданием». Тило, как совершенно не военный человек, сразу устранился от руководства, выходило так, что из всех присутствующих только я один имею реальный военный опыт, пусть и ущербный, пришлось брать командование на себя.

Если это орки или индейцы собрались в набег, они будут пытаться прорваться внутрь периметра поселка и устроить конную охоту на всех, кто окажется на пути. То есть, надо просто не пустить их внутрь.

Стрелки с винтовками расположились на специально оборудованных площадках на крышах домов, вооруженные дробовиками встали на галерее частокола. Мои маршалы — это стратегический резерв. Пять двустволок и десять длинноствольных револьверов могут сильно испортить настроение нападающим. Сам же я вооружился «шестьдесят девятым» калибром, пара короткоствольных револьверов и так была при себе. Снова запищал амулет связи.

—Док, ответь Клинике! Прием.

—Клиника, Док на связи, доложите обстановку. Прием.

—Док, предположительный неприятель подошел к холму. Это орки, явно пошли в набег. Прием.

—Клиника, подтверди включение протокола безопасности. Прием.

—Док, протокол безопасности оранжевый активирован. Прием.

—Клиника, наблюдайте, обо всех изменениях сообщайте, ни во что не вмешивайтесь, если не нападут. Как понял? Прием.

—Док, наблюдаем, сообщаем обо всех изменениях, ни во что не вмешиваемся, если не нападут. В случае нападения действуем по протоколу безопасности оранжевый. Прием.

—Клиника, конец связи.

Нечего им в войну встревать, в клинике всего двое мужчин. А если враг полезет, есть чем его приложить на месте. Единственное место, где можно подобраться к клинике, это конюшня и лифт, но лифт поднят и отключен, подходы же перекрыты воздушным щитом такой мощности, что и выстрел противотанковой пушки запросто выдержит, это не считая активированных мин. Свет во всех помещениях на холме погашен по протоколу, снаружи это просто холм, большая неудобная для подъема скала.

Поселок погрузился в ночь, все уличные светильники погашены, все окна закрыты тяжелыми ставнями, единственным источником света была луна, просвечивающая сквозь облака.

—Напоминаю, кто выстрелит без приказа, тому яйца оторву и к ушам пришью! — крикнул я. Со всех сторон послышались нервные смешки. Пусть смеются, лишь бы приказы выполняли и не паниковали раньше времени. Навалилась тишина, только шум ветра, да ржание лошадей где-то на конюшне на противоположном конце поселка. Несколько минут ничего не происходило, затем послышался стук копыт со стороны клиники. Как назло, луна пока еще не успела подняться, и на дорогу падала плотная тень. Мне были отлично видны приближающиеся орки, но остальные их видеть не могли. Но ничего, еще несколько минут, и они выйдут из тени. Орки были осторожные, никуда не торопились, к нам приближался их передовой дозор, остальная толпа далеко позади.