Чтение онлайн

Наир поравнялся с Настей.

– Ты как? Не ранена? – заботливо спросил лэриан.

Настя брезгливо стёрла с лица липкие сгустки крови. Вонючая мерзкая жижа! В горле предательски булькнуло, но она справилась с подкатившей тошнотой.

– Всё нормально! Лучше, чем могло бы быть… – заверила она.

– Это – анафирэду, – объяснил Наир, – лесной червь.

– Ничего себе червячок! – истерично хохотнула Настя.

– Говорят, они обычно на людей не нападают. Так… зверьё ловят, скот, заплутавший в чаще, – пожал плечами Наир. – А может, просто некому было рассказывать, что они и людьми не брезгуют. В одиночку с таким не справиться.

– Спасибо вам, – тихо вздохнула Настя.

Вернувшись к костру, Эливерт уложил Граю, укутал заботливо, но девочка продолжала всхлипывать и не отпускала его руку. Разбойник зыркнул в сторону Насти. Одежда, залитая чёрной кровью, придавала ему весьма зловещий вид.

– Надеюсь, теперь тебе ясно, Дэини, что по ночному лесу шататься не стоит? И больше ты себе не позволишь столь глупых выходок.

– Мог бы нас и остановить! То каждый шорох слышишь, а то не заметил, как мы ушли, – огрызнулась Настя, злясь больше, конечно, на себя, чем на атамана.

– Молчи уже! – махнул на неё рукой Эл и вновь обратил всё своё внимание на девочку. – Ну, успокойся же, Граю! Всё уже хорошо. И бояться нечего! Я рядом. Никто не тронет тебя. Ты у меня молодчина, очень смелая девочка. Спи…

– Я боюсь спать, – всхлипнула она.

– Не бойся, пичуга! Никто не переступит защитный круг Наира, поверь! А если переступит, я его встречу. Я буду рядом до самого утра. Спи, цыплёнок, спи! Я с тобой…

Девочка свернулась клубочком, как котёнок, но всё ещё продолжала всхлипывать.

Настя тоже улеглась, но сон не шёл. Только теперь до неё дошло, насколько она сегодня приблизилась к смерти, да ещё и девочку едва не погубила.

Осознав, что она была на волосок от гибели, Настя почувствовала, как дрожат руки и ноги. Нет, уснуть ей сегодня вряд ли удастся. Такое чувство, будто душу вывернули наизнанку.

– Дэини... – окликнул её Эливерт уже спокойно и даже как-то нежно. Спросил с небрежной заботой: – Ты-то как?

Настя пожала плечами – она и сама не знала, что чувствует.

– Наорал сгоряча… Не обижайся! – добавил он, отводя взгляд от Романовой и сосредоточенно поправляя плащ, служивший одеялом уснувшей малышки. – По правде сказать, мне просто не хотелось, чтобы тебя сожрала какая-нибудь мерзость ещё в самом начале нашего пути. Да и потом тоже…

– Мне бы тоже этого не хотелось, – с натянутой улыбкой кивнула Настя. – Особенно, такая отвратительная тварюга.

Наир, протиравший меч в стороне, слегка улыбнувшись, согласно кивнул.

– Анафирэду… – буркнула Настя так, словно это было ругательство. – Лесной червь. Предупреждать надо, что у вас тут такие червячки водятся!

Она улеглась, с головой зарывшись в плащ.

Насте казалось, что больше она никогда не сможет спать без кошмаров. Не сегодня, во всяком случае. Но уснула Рыжая почти мгновенно.

***

Рассвет заглянул в лицо золотом первых лучей, и Анастасия проснулась от этого нежного и тёплого солнечного прикосновения. Свет вернулся, отогнав прочь ночные кошмары, и утренний мир казался безопасным и добрым. В нём не осталось и следа от смертельной опасности, что таилась в темноте.

После беспокойной ночи мужчины отсыпались, и Насте не хотелось их будить. Клинок Наира лежал у него в изголовье. А Эливерт спал рядом с Граю в такой неудобной позе, что у Рыжей не осталось сомнения: разбойник до последнего боролся с дремотой, а потом сдался и уснул, сидя возле девочки.

А та во сне казалась ещё милее. Ну, прямо ангелочек!

Только вот… ангелочки вряд ли бывают такими чумазыми…

Да, видок их подопечной оставлял желать лучшего.

Полежав ещё немного, прислушиваясь к щебетанию птиц и журчанию ручья, Настя решительно встала, прицепила клинок и закинула на плечо свой походный рюкзачок. Ступая бесшумно, как кошка, подкралась к спящей и осторожно, чтобы не напугать, тронула за плечо.

Девочка, чуть шевельнулась, скривив свой красивый ротик.

– Вставай, Воробышек! – еле слышно прошептала Настя. – Граю, проснись!

Веки дрогнули. Сначала девчушка приоткрыла один глаз, потом второй, прищурилась от яркого солнца и сморщила носик. Потом с улыбкой поглядела на Настю.

– Что? – зевнув, спросила она.

– Поднимайся! Теперь мне от тебя кое-что надо… – усмехнувшись, прошептала Настя, припомнив девочке ночное приключение.

Та удивлённо вытаращила глаза. В тени пушистых ресниц они казались карими, тёмными и влажными, как у оленёнка.

– Умываться пойдём! В таком виде тебя к госпоже Вириян везти нельзя, – Настя поднялась, протягивая руку. – Ну, идём к озеру!

Граю надула губки.

– Возражения не принимаются. Идём!

Девочка осторожно выкарабкалась из-под плаща Эливерта.

– Я боюсь! – вдруг заявила Воробышек, неожиданно попятившись и вынимая руку из ладони Романовой.

– Уже нечего бояться. И… теперь я ко всему готова, – подмигнула ей Настя.

И девчонки, осторожно пробравшись мимо спящих, направились к маленькому лесному озерку неподалёку.

– Дэини, вы куда это? – удивлённо окликнул их Наир, всё же услышав их шаги.

Он приподнялся немного, опершись на локти, и проводил их взглядом.

– Надо, – коротко ответствовала Настя. – Спи! Мы скоро.

– Ох, дамы! – вздохнул лэгиарн, рухнул обратно на сонное ложе, с головой укрываясь плащом.

– Рыжая, клинок не забудь! – сквозь сон буркнул Эливерт.

Настя и Граю, переглянувшись друг с другом, едва сдержали смех.

Со стороны разбойник выглядел крепко спящим: он не шевельнулся, не открыл глаз, и даже дыхание осталось прежним.

– Взяла уже без ваших подсказок, сударь, – язвительно ответствовала Анастасия, похлопав себя по рукояти меча.

– Угу… – невнятно проворчал Эл и мирно захрапел, перевернувшись на другой бок.

Настя подмигнула Граю, и они поспешили прочь.

Над небольшим лесным озерком, залёгшим в низине, поднимался густой молочный туман. Его белёсые щупальца расползались по лесу, и дышать в этой сырой пелене было тяжело.

Но картина туманного утра потрясала своей красотой. Ветра не было. Лес хранил тишину и покой. Лишь проснувшиеся птицы порхали с ветви на ветвь, щебеча на разные голоса и устраивая состязания по ловле жучков и мошек, ведь рассвет – это пора птичьего завтрака.