Чтение онлайн

Мальчик угрюмо кивнул, тут же сунул цветок в огромную охапку, что едва помещалась в его тощих ручонках, и сладко зевнул, прикрываясь букетом, чтобы никто не заметил.

Трое приближающихся всадников привлекли внимание мальчишки.

Он с внезапным интересом воззрился на них и, не сдержавшись, выдал:

– О, гляньте, опять гости! Ещё кого-то нелёгкая принесла…

– Помолчи! – одёрнул его красавчик в белой рубашке. – Распустила вас наша милостивая госпожа. Цветов достаточно – ступайте в замок!

«Принц» сделал несколько шагов навстречу. Эл попридержал Ворона и кивнул, здороваясь.

– Приветствую дорогих гостей! – сказал юноша с изысканным поклоном.

– Миледи, милорд Наир, добро пожаловать! И вам тоже, эрр Эливерт! Мы вас заждались. Решили даже, что Вифрийский Ворон улетел так далеко, что позабыл вернуться…

– Но ведь мы не опоздали, смею заметить, – возразил Эливерт.

– Да, поспели, что и говорить, только-только. Но миледи уже начала волноваться. И неудивительно. Я бы, на её месте, поостерегся доверять тому, кто промышляет столь безнравственным и авантюрным ремеслом!

– Несомненно, мне далеко до вас, милорд стихоплёт! Что поделаешь, у всех свои таланты. Зад лизать не всякий может! Мне не дано так умеючи услаждать сердце миледи Лиэлид сладкозвучными комплиментами.

– Я услаждаю её слух своими поэтическими творениями, – обиженно заметил «принц». – Сердце её – это забота другого. Конечно, и мои баллады рождаются, дабы проникать в души слушателей и будить в них лучшие чувства.

– Как я вижу, звон золотых фларенов и благодарные улыбки прекрасных дам вас уже не устраивают, и вы ищите поэзии в саду? Никак вдохновение покинуло?

– Ах, я только человек, служитель искусства, но поэтам тоже не чужды земные удовольствия. Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы получать признательность от тех, кто ценит моё творчество. Что же до роз – нынче, в преддверии празднества, здесь такая суматоха. Каждый хочет принять участие, внести посильный вклад. И я, разумеется, тоже.

– Ну, ясно-понятно, куда же без вас!

– Я, между прочим, надеялся, что вы появитесь чуть раньше, дабы успеть привести себя в порядок и появиться на глаза другим гостям уже в приличном виде. Хорошо, хоть сегодня приехали. Представляю, как бы разгневалась Светлейшая, если бы вы опоздали! Вы ведь знаете, эрр Эливерт, она терпеть не может…

– Терпеть не может ждать! – закончил за него атаман. – Да знаю я, знаю. Мне об этом уже раз двадцать сказали. Что до нашего вида, не знаю, чем он вас не устраивает… Я лично сюда по делу приехал, а не танцы танцевать или байки ваши слушать, милорд стихоплёт. Меня мой вид устраивает. Я – разбойник, и не собираюсь строить из себя аристократа! У вас это, по правде сказать, тоже не очень-то получается, милорд! Пожрать и выпить на халяву я не прочь, но сюсюкаться с вашими гостями не собираюсь.

Настя ухмыльнулась – Эл, конечно, парень простой, из народа. Но при желании он действительно вполне мог сыграть роль манерного представителя высшего общества. Как и любую другую, впрочем.

Но сейчас, как и при встрече с Зинатом-Фальшивкой, он нарочно строил из себя хамоватого мужлана, вероятно, чтобы позлить «принца».

– И нечего на меня так смотреть! Прибыли, как смогли. По возможности вести себя будем тихо, скромно и прилично. А если будешь меня и дальше цеплять, я тебе расквашу твою меланхоличную мордашку, и придётся идти на бал с фонарём под глазом!

– О, духи мироздания, подобные дикарские речи режут мне слух! Делайте, что вам угодно, идите на бал, в чём пожелаете, но не удивляйтесь, если на вас будут показывать пальцем! Идёмте! Вас заждалась миледи Лиэлид. Я лишь покорный слуга её светлости.

Тройка всадников двинулась следом за громко возмущавшимся поэтом, а тот быстро шагал к мраморному крыльцу.

У белокаменной лестницы друзья спешились, подбежавшие к ним пажи приняли лошадей.

Ворон Эла беспокойно фыркнул, заупрямился. Разбойник успокоил его, погладив, шепнул что-то, и лошадей увели.

– Кстати, я вас не познакомил, – вдруг вспомнил атаман. – Это – миледи Дэини из Рассии, наша гостья в Лэрианоре, а этот чудик – личный поэт-ублажатель миледи Лиэлид, зовут его Деандр!

«Принц» обернулся, не проявляя особого интереса к Насте, но слегка поклонился.

– Простите мою неучтивость, миледи Дэини! Общество эрра Эливерта кого угодно заставит забыть светские манеры. Прошу вас во дворец! Светлейшая госпожа ждёт.

На крыльцо вышла девушка. Поначалу Насте она показалась какой-то безликой, однако, присмотревшись, она всё-таки нашла её довольно привлекательной.

Едва ли старше самой Романовой.

Но во всём её облике присутствовала некая строгость, сдержанность, что придавало ей возраста.

На ней было голубоватое платье с длинными рукавами и воротником под горло, без каких-либо украшений, но довольно элегантное. Русые волосы, собранные в незамысловатую причёску, украшало несколько жемчужин.

Светлая, несколько бледная кожа, тёмные брови, огромные серые глаза, красивые, глубокие – на её узком личике они казались ещё больше и темнее.

В её движениях сквозила некоторая скованность, боязливость, но тонкие, плотно сжатые губы намекали, что внутри этой изнеженной барышни есть стальной стерженёк.

Словом, типичная аристократка.

Настя представляла себе Лиэлид совсем не такой, но всё-таки искренне обрадовалась встрече и приготовилась выразить эту радость.

Но оказалось, что она поспешила с выводами.

Девица приветствовала гостей изящным поклоном.

– Миледи Соур, – обратился к ней Деандр, и Рыжая не сдержала разочарованного вздоха, – прибыли новые гости. Сопроводите их к миледи Лиэлид!

Девушка снова поклонилась.

– Следуйте за мной!

– За тобой хоть куда, золотце, – усмехнулся Эливерт. – Мне всегда нравился твой вид сзади, миледи Соур. В смысле… спина у тебя хорошая, прямая. Мне бы такую осанку!

– Грубиян, – устало вздохнула Соур.

– Эрр Эливерт, я не позволю вам вести себя здесь как… как в вашем… – возмутился за их спинами Деандр.

Эл обернулся.

– Вот как? И что ты сделаешь, красавчик? Нажалуешься миледи Лиэлид? – Добавил уже примирительно, без издёвки: – Брось, Деандр, я сюда не ругаться приехал! Я буду хорошим, обещаю. Веди нас, Соур, веди на расправу!