Чтение онлайн

– Вот уж точно, князь знает, что хочет, – засмеялась Агнесс и сделала первый глоток.

Претворять в жизнь план по показательным выступлениям я начал сразу. Время идет, впереди еще Италия, а потом возвращение в Бреслау, где надо отработать контракт и отчитать лекции за семестр.

Вальдек хотел уступить мне свой кабинет, но я отказался. Мало того, что туда начнут трезвонить все кому не лень по старой памяти, так еще и всякие контрагенты заявляться будут с завидной регулярностью, мешая работать. Понятно, что есть секретарь, который встанет грудью на дороге непрошеных визитеров, но все равно – не надо мне такого счастья. Вот начну работать здесь постоянно, тогда и придумаю что-нибудь. Секретаря, кстати, озаботил написанием и рассылкой объявлений в самые авторитетные издания о грядущем наборе врачей на конкурсной основе в «Русскую больницу» всемирно известного хирурга Баталова. Да, название я сменил, как и планировал.

В итоге для меня переделали одну из смотровых в кабинет: поставили мебель, подходящую по статусу, провели телефон на том и закончили. О возможности консультаций объявили в одной-единственной газете – «Basler Nachrichten». А что, один раз они уже про меня написали, продолжим сотрудничество. Естественно, я брал за это деньги. У нас тут коммерческое предприятие, и пока только так. Но народ потянулся. Ничего выдающегося – грыжи, язвы, холециститы. Десяток позиций для операций набрали быстро, буквально за три дня.

Я собирался уже закрывать прием и начинать оперировать. Неспешно, по одной в день. За пару недель закончим. Распределил, чтобы в начале списка оказались те, за кем дольше уход после процедуры. Для начала надо понаблюдать за работой тех сотрудников, которые мне достались. Вводную встречу я провел, рассказал, что сейчас пока трудятся как прежде, а как грянут перемены, тогда и определимся, кому со мной, а кому – в другую сторону. Пилюлю подсластил, увеличив всем жалование. Немного, на десять процентов, но тут вам не там, люди лишний франк ценить умеют. Так что это сразу добавило дополнительных очков к харизме.

Сижу, пишу письма. Тема одна – как я дошел до жизни такой и что теперь скажут люди. Более удобных способов коммуникации не существует. Неспешно – из Базеля до Петербурга почти неделя, обратно примерно столько же. Вот и пишем друг другу простыни со всеми мыслями и новостями. Это мне поначалу трудновато было, в мое время эпистолярный жанр почти убит телефонами и мессенджерами. Но потом я навык восстановил, и строчу без участия коры головного мозга.

Стук в дверь. Аккуратный такой, коротенький. В самый раз, чтобы услышал, но не раздражало. Одна из медсестер, фрау Мюллер.

– Герр профессор, извините. Я знаю, что прием закончен, но там… герр Фаеш!

Произнесла она это так, будто меня зовут к парню, от воли которого зависит как минимум ежеутреннее наступление восхода. Что же, пойду, проверю, сильно ли отличаются организмы местных патрициев от остальных людей. Предыдущий опыт показывал, что никак, но вдруг все же здесь что-нибудь другое.

Зашел в смотровую, поздоровался с сидящим на стуле мужчиной. Ну точно, дайг, так тут тузов называют. Лицо холеное, прическа – волосок к волоску, выбрит до синевы. Костюм пристойный, сидит как влитой. «Златая цепь на дубе том» – это я про часы. В галстуке булавка с бриллиантом. Туфли стоят, наверное, как годовая зарплата какого-нибудь инженера. Хозяин жизни, не иначе. На мое «Здравствуйте» никакой реакции. Это он меня за прислугу считает? Ну ладно, у всех свои причуды.

Поспрашивал о жалобах, собрал анамнез. Его немецкий сильно отличался от литературного. Иной раз с трудом догадываюсь, что он сказал. Благо, случай пока кажется простым, особо уточнять нечего. Предложил раздеться за шторой, пошел мыть руки. Натянул перчатки, начал осмотр.

– Что же, герр Фаеш, да, согласен с вашим врачом. У вас холецистит. Учитывая частоту приступов, я бы рекомендовал операцию в плановом порядке. Долго тянуть не советую.

– Когда вы меня будете оперировать?

И опять, никаких стандартных слов вежливости. Будто приказы отдает.

– Никогда. Я же сказал: операция в плановом порядке, не срочная. У меня времени на вас нет, найдите другого врача.

– Мне сообщили, вы – лучший. Именно вы будете меня оперировать.

– Герр Фаеш, вы что-то спутали. Я не являюсь вашим служащим. Ваш случай не экстренный, поэтому я вправе отказаться от проведения операции. Нет – окончательное. Всего вам хорошего. Желаю удачи в поиске хирурга.

Вальдек прибежал через пять минут.

– Герр Баталофф, так нельзя! У герра Фаеша огромное влияние! Связи в совете кантона, в магистрате! Он способен устроить нам немало проблем! Может, вы пойдете навстречу?

Я спокойно отодвинул в сторону письмо, даже не посмотрев на него. Никак не дадут дописать, что за люди такие?

– Я уже пошёл. Провёл осмотр, дал рекомендации. На данном этапе этого достаточно. Всё, разговор закончен.

– Но… он может перекрыть нам финансирование, затянуть лицензирование или…

– Если он такой влиятельный, пусть найдёт другого хирурга, – перебил я. – Я сюда приехал не для того, чтобы угождать самодурам.

Я был твердо уверен, что и совету кантона, и магистрату я нужен гораздо больше, чем они мне.

ПАРИЖЪ. Дуэль принца Орлеанского съ графомъ Туринскимъ состоится завтра и ожидается населенiемъ Парижа съ напряженнымъ любопытствомъ, такъ какъ получила характеръ чисто политической манифестацiи – въ вид? проявленiй симпатiй къ принцу Орлеанскому.

ПЕТРОЗАВОДСКЪ. Пущенъ въ ходъ Видлицкiй чугунный заводъ Путиловскаго общества. Заводъ построенъ на Ладожскомъ озер? для олонецкихъ жел?зныхъ рудъ.

Идея отправиться в Италию через Симплонский перевал принадлежала Агнесс. Мол, после дурдома, в который я превратил свое существование за последний месяц, это будет отдыхом – красивые места, экзотика. Утром выезжаем из Базеля, к полудню прибываем в Бриг, берем почтовую карету – и вечером мы в Италии. Переночуем в гостинице, и с новыми силами доедем до любого университета за пару часов. Необременительная прогулка, если называть вещи своими именами. Многие рекомендуют. Кто числился среди этих советчиков, я не уточнял, да и толку? Мне самому хотелось покоя и тишины. Оформление документов по сделке, постоянные мелкие проблемы в больнице, которые без меня некому было разруливать – всё это в итоге привело к победе пофигизма над моей личностью. В конце концов, полагается мне небольшой отпуск? Сколько можно носиться туда-сюда?

Сказано – сделано. Посмотрим на страну заодно, а то вся Швейцария у нас сосредоточилась в Базеле и окрестностях. А как же те места, что в мое время поминаются чуть не на каждом углу: Цюрих, Монтрё, Райнфалль? А ведь вся страна – неполных четыре сотни километров с запада на восток! Не умеем отдыхать, Евгений Александрович! Да и железнодорожное сообщение здесь развито – не в пример Расее-матушке, прокатиться можно куда угодно.

Короче, сдался. Написал письма, мол, ждите, скоро осчастливлю Италию своими лекциями, готовьте фуршеты. Вырвал из сладкого безделия прислугу, начали собираться. А то Вася уже приступил к интенсивному курсу изучения немецкого с падкими на экзотику горничными. Недавно заметил, как мой лакей вполне уверенно поддерживает беседу с одной из них.

А так – вчерне все дела закончили. Участок на южной окраине под строительство новой больницы оформили. Пятнадцать гектаров живописной долины. Коммуникации рядом, дорогу построят, только работай, товарищ. Объявили конкурс на лучший проект с окончанием в марте следующего года. Вот где скрывалась самая большая засада! Ведь понадобилось вписать все хотелки, а их много!

И напрасно я переживал по поводу мнения коллег. Прямо на душе легче стало, когда пришло письмо от Николая Васильевича, в котором он искренне радовался, что я смогу осуществить грандиозную мечту. И даже лелеял надежду приехать в гости и совместно поработать.