Чтение онлайн

– Не бойся, Шия, мы защитим тебя. Хочешь, останемся здесь?

Я помотала головой, глядя на удаляющиеся спины Шоннерта и Вина, а затем, пересилив себя, снова шагнула вперед. По спине бежал холодок. Здесь было что-то не так. Ни с того ни с сего заныл бок. Наверное, в том месте, куда меня ранил хякку или хакка, как его тут звали. Следом заломило руку. Не ту, на которой под плотной повязкой красовались порезы. Другу, которую... Да, за которую меня укусил пес.

Я резко схватила за руки Шоннерта и Вина, а затем крикнула:

– Стойте!

Но все-таки я опоздала. Сначала что-то черное взметнулось вокруг нас, а затем к горлу резко подкатила тошнота. Следом за ней в моих легких начало разгораться нестерпимое жжение. Шоннерт рухнул на колени, схватившись за живот. А Ястер с Вином одновременно выплели боевые заклинания.

Я попыталась отогнать дурноту и вскинула голову. Винсент коротко и зло произнес активационное слово:

– Цхи!

Перед ним вспыхнули сразу несколько огненных шаров: пять или шесть. Неплохо для четвертого ранга. Ястер в это время выплел щит трех стихий и бросил мне за спину. Раздался глухой чавкающий звук. Я медленно обернулась.

В нос ударил резкий запах. Позади меня, за ровными линиями магического щита, покачивалась странная человекоподобная тень. Ее лицо было сплошным черным пятном, кривые руки с острыми когтями шарили по щиту, в попытках найти брешь и добраться до нас. Так, теперь ясно, почему накрыло нас с Шоном. Найги. Существа, для которых слабая эльфийская магия – деликатес. И таких нас здесь двое. Не отступят.

Я медленно отступила к брату и огляделась. Тварей была целая стая, над нашими головами висело серое марево, искажающее звуки. Все продумали, сволочи! Стая найгов не по зубам даже паре студентов четвертого и третьего ранга, эти твари на редкость живучи. И, увы, даже пробуждение некромантии меня не спасет. Нужен ранг не меньше седьмого, чтобы расправиться с ними. Попали так попали.

Винсент и Ястер сражались очень толково. Вин атаковал огненными шарами дальних найгов, а его товарищ сдерживал тех, кому удалось подобраться ближе. Шон тяжело дышал и порывался встать, но его шатало от дурноты. Кажется, ему хуже, чем мне. И это значило только одно: моя золотая искра сильнее.

Внезапно найги, которые пытались процарапать щит Ястера, расступились. Из-за их спин вышла более крупная тварь с массивными когтистыми лапами и широкими плечами. И, когда он грохнул кулаком по нашей защите, магический щит треснул. В тот же момент остальные насели на Ястера и Вина. Я снова пошатнулась и, сама не понимая, что делаю, выхватила из-за пояса Винсента катану. Рукоять удобно легла в руки. Пальцы тут же заняли правильное положение, будто никогда не расставались с этим оружием. У меня не хватило сил, чтобы наполнить ее своей магией, поэтому я просто рубанула вслепую, наискосок рассекая грудную клетку крупного найга.

Сталь без магического наполнения, ожидаемо, не причинила существу большого урона. А меня подвело тело. Тошнота снова подкатила к горлу, руки безвольно опустились, клинок упал к моим ногам. Монстр торжествующе взревел и замахнулся когтистой лапищей. А у меня, как назло, не было сил даже для того, чтобы шевельнуться.

Время как будто замедлилось, я видела, как сгущается серый туман над головой существа, чтобы скрыть мой предсмертный крик, как широкая черная ладонь приближается к моему лицу.

А затем перед глазами мелькнуло что-то белое. Полоса? Нет, лента. Белая атласная лента обвила руку существа, а вторая полоска отрезала кисть, будто это была не ткань, а гибкое лезвие. Зверь почти не заметил потери, лапа тут же начала отрастать снова, а к беспомощному Шону метнулись, расталкивая друг друга, сразу трое существ помельче.

Меня захлестнуло бешенство. Больше всего на свете я всегда ненавидела беспомощность. Вместе с яростью внутри меня вспыхнул жар, стало больно дышать... Больно дышать?

Я сама не поняла, что случилось. Трава под нашими ногами на мгновение вспыхнула золотым светом, а затем из-под земли взметнулись вверх прямые зеленые побеги. Острые концы пронзали найгов, и те начали корчиться, пытаясь вырваться. Белые ленты не стали медлить. Они обвивались вокруг шеи тварей, отрезая найгам головы, а затем руки и ноги.

Я изумленно хлопала глазами и смотрела на зеленые побеги, напоминающие стебли бамбука. В груди разгорался жар, который обжигал легкие. И это до боли напоминало тот момент, когда эльфийка пробудила мою золотую искру. Меня поразила догадка. Так это и есть она? Та самая «творящая жизнь» магия эльфов?

Все это пронеслось в моей головы в считанные мгновения. Крупного найга тоже пронзили стебли. Но прежде, чем белые ленты оторвали ему голову, длинный коготь успел оцарапать мне щеку.

Капли крови выступили на коже, и ночь окрасилась знакомой зеленью. Кажется, так плохо мне еще никогда не было. Жар в груди стал нестерпимым, живот скрутило болью, в щеку будто воткнули нож, а в глазах потемнело. Я силилась сделать вдох, но у меня ничего не получилось. Эльфийская магия и некромантия категорически не желали уживаться в моем теле.

В голове снова раздался голос:

«Спокойно. Дыши».

После этого холодный язык прошелся по моему лицу, заживляя ранку и усыпляя пробужденный ей некромантский дар. Жжение в груди начало медленно утихать. Я сделала судорожный вдох. Над головой раздался голос Святого:

—Живые? Неплохо справились. Девчонка использовала золотую искру?

– Ее зовут Шиясса, – выдавил Шон, которому пришлось гораздо тяжелее, чем мне.

Я мягко отстранила морду пса и огляделась. Передо мной сидел Тьен, и умные зеленые глаза смотрели на меня укоризненно. Шон и Ястер стояли перед Святым и сбивчиво рассказывали ему о том, что произошло. Винсент закатал рукава рубашки и выверенными четкими движениями наматывал на предплечье белую атласную ленту.

Вторая лента лежала у моих ног и ничем не напоминало то смертоносное оружие, которое совсем недавно меня защищало. Я сжала шелк и замерла, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями.

В чувство меня привел голос Винсента:

– Отдай мне ее, пожалуйста, Шия.

Не знаю, какое в этот момент у меня было лицо. Но говорил он со мной как с сумасшедшей. Рядом тут же появились Шон и Ястер. Я еще крепче сжала ленту в руках и выпалила, не в силах сдержать свое изумление:

– Это... Посмертный артефакт. Лента, на которой повесилась девушка, что тебя любила. Ее магия стала частью ткани и получила последний приказ защищать тебя.