Чтение онлайн

Резисты — ерунда, у меня в группе всегда есть те, кто их на меня повесит, да и алхимию с едой не отменял никто. А это зачарование хоть и криво, но все-таки поможет оттанковать любую тварь в этом мире, а их танковать мне, чувствую, придется еще предостаточно. Хорошо бы его Кану, но командор со мной в могилу Аркама, увы, не пойдет.

— Вот ваши бирки на право нахождения в городе, — Себастьян выложил на стол два небольших серебряных диска с изображением меча и чаши. — Внешность можете не менять, хотя это ваше личное дело, а в сопровождение я выделю вам брата Тукарда. Я посвящу его в подробности, и он найдет вас в «Единороге» или по этим вот биркам. С ним вы будете чувствовать себя спокойнее, и его присутствие, в любом случае, добавит веса вашим словам.

— Да, магистр, — я убрал свою бирку в сумку и следом за Пончиком поднялся со своего места. — Спасибо и до свидания.

— До выхода из Храма вас проводит Орлин, — Себастьян кивнул на появившегося в дверях невысокого монаха, который прислуживал нам за столом. — Но уже ночь, и вы можете остаться у нас до утра.

— Нет, спасибо, мы, пожалуй, пойдем, друзья заждались, да и охота посмотреть на ночную столицу.

— Тогда до встречи! — кивнул магистр. — Принеси мне голову этой Твари, демон, и Вайдарра будет перед тобой в долгу.

— Ты прикинь — бирки-то у нас фирменные, орденские, — хмыкнул в канале Пончик, когда мы шли по коридору следом за монахом. — Они тут круче дворянских! Важные гости, блин!

— Мне бы твои заботы, — со вздохом покачал головой я.

— Да ладно тебе, грохнешь ты этого Тиарана, и все публичные дома Вайдарры откроют тебе свои гостеприимные двери. — Он на секунду задумался и, добавив в голос грусти, произнес: — Хотя да, ты говорил, что только с суккубами, но да ладно. Приведешь меня, представишь как своего друга, а сам посидишь на диванчике, подождешь.

— Ты точно там ничего не курил? — улыбнулся я. — А то гляди, я еще и Масяню приведу посидеть там, на диванчике: в общеобразовательных, так сказать, целях.

— Ну тебя… — махнул рукой ассасин и, переведя взгляд на спину бредущего впереди монаха, поинтересовался:

— Послушайте, уважаемый, а правду говорят, что по улицам города по ночам бродит огромная черная собака? А то мне вот друг рассказал…

— Это ваши идиоты иллюзиями стражу пугали, — не оборачиваясь, пояснил тот. — Сейчас в Шанаме мастерство иллюзий оттачивают на крысах и пауках.

— Вот так всегда, — притворно горестно вздохнул ассасин, — только поверишь в сказку — и на тебе. — Он перевел взгляд на меня и широко улыбнулся. — Ладно, тут и без собаки много чего интересного есть. Так что пойдем, князь, покажу тебе ночную Вайдарру.

Территория Храма Пресветлого Мирта по площади была никак не меньше пары квадратных километров, и по периметру обнесена пятиметровой каменной стеной. Без провожатого мы бы тут плутали до утра. Но все хорошо, что хорошо заканчивается, и в итоге, миновав все фонтаны, статуи и величественные постройки, мы вышли к Главным Храмовым Воротам, которые, как ни странно, были открыты. Судя по зажженным огням, посещение главного святилища Вайдарры разрешено даже ночью. Махнув рукой скучающим на воротах стражам, наш провожатый повернулся ко мне и негромким голосом произнес:

— Брат Тукард, которого великий магистр выделил вам в сопровождение, как никто другой предан служению Пресветлому Мирту. Правда, он немного странный, так что не удивляйтесь ничему.

— В смысле — «странный»? — переспросил я.

— Вы увидите сами, — улыбнулся монах. — Не стоит торопить события. Удачи вам, князь, в вашем нелегком деле, и прощайте.

Монах кивнул и отправился назад, оставив меня размышлять над его последними словами.

— Да ладно тебе, — потянул меня за рукав Пончик. — Не чудовище же он какое. Пошли уже, тут до Площади Героев всего-то пара сотен метров.

Центр ночной столицы был освещен не хуже центра того же Сан-Франциско, а людей на улицах было едва ли не больше. Маскировку я все-таки включил и заставил это сделать и Пончика. Как-то не очень хотелось останавливаться и каждому встречному объяснять, откуда в Вайдарре появились остроухие. А уж про демонов-то я вообще молчу.

На самой площади я был еще в той жизни, направляясь по рекомендации коллеги в одно из местных развеселых заведений. Тогда я мало оглядывался по сторонам, а вот сейчас реальность превзошла все мои ожидания. Это было просто непередаваемо красиво. Площадь Героев Вайдарры напомнила мне центральную площадь Праги, только была раза в три-четыре больше. Окруженная домами с фасадами различных архитектурных стилей: готического, ренессанса, рококо — она утопала в зелени и свете мощных магических прожекторов, так что на мгновение у меня создалось впечатление, что я попал в волшебную сказку Уолта Диснея. Ее противоположный край упирался в светлые стены Городской Королевской Цитадели, а по бокам, примерно через каждые тридцать метров, высились величественные мраморные фигуры тех, в чью честь площадь и получила свое название.

Отель «Единорог» — а постоялым двором назвать каменное пятиэтажное здание у меня не повернулся бы язык — находился в полутора сотнях метров справа от нас и светился огнями не хуже отеля Nicco в Сан-Франциско, где мне пару раз довелось останавливаться.

— Вот сколько раз тут бываю, а все равно, видя это, минуту не могу сойти с места, — перекрикивая пьяный смех проходящих мимо гуляк, пояснил Пончик. — Пойдем, — он снова потянул меня за рукав, к выходу с площади. Заметив мой удивленный взгляд, махнул рукой:

— Наши пять минут подождут, а мы копыта коснемся и сразу к ним.

— Какого копыта?!

— Да сейчас, подожди, тут близко!

Обойдя два окруженных деревьями фонтана, разноцветные струи которых рисовали какие-то слабо угадываемые фигуры, мы вышли к огромной скульптурной композиции, у которой толпилось не меньше сотни игроков.

Слева шестиметровый мраморный гном, наглухо прикрывшись щитом, казалось, пятился под ударами какого-то чудовищного врага, но на лице непреклонность, губы сведены в злой упрямой усмешке, молот в правой руке занесен для удара так, что не возникает даже сомнения: этот удар сейчас повергнет невидимого соперника наземь. Справа атакующая врага магесса-эльфийка. Рот перекошен в безмолвном яростном крике, левая ладонь выставлена вперед, короткий посох занесен над головой. Я видел такое много раз… Сейчас с ее ладони сорвется Ледяное Копье и… не хотел бы я оказаться на его пути. Венчает композицию фигура мраморного рыцаря. В правой руке копье, левая отведена назад, рот приоткрыт, мрачная решимость на лице — художнику настолько точно удалось передать момент начала движения, что мне пару мгновений казалось, что я слышу топот копыт срывающейся за его спиной в атаку конной тысячи.

— Скульптура героев сражения в Волчьих Пустошах, — пояснил стоящий за спиной разбойник. — Этот рыцарь в центре — генерал Маркус Джонатан, командир объединенной тяжелой конницы эрантийских герцогов. По преданию, в том сражении они опрокинули гортов — элитную конницу Велиала — и ударили демонам в тыл. В том бою он погиб… — со вздохом закончил разбойник. — Пойдем, встанем в очередь и коснемся копыта его коня, оно приносит удачу, которая не помешает ни мне, ни тебе.

— Согласен, — улыбнулся я, не отрывая взгляда от лица мраморного рыцаря. — Удача нам сейчас ох как понадобится.

Стоящие по краям композиции стражи с молчаливым пониманием и улыбками смотрели на выстроившуюся к скульптуре очередь, в которой я заметил даже нескольких местных жителей. Все прошло быстро, я провел ладонью по холодному мрамору, подождал товарища, и мы вместе направились в «Единорог».

— Ты знаешь, — по дороге в отель пояснил Пончик, — скульптура Маркуса Джонатана — она тут не просто так. Это дань уважения разработчиков мира Аркона другой великой игре. Там он был командиром обороны Штормвинда… и там он тоже погиб. А кто-то из ваших решил увековечить в мраморе его память… Такое вот пересечение миров.