Чтение онлайн

Я сказал, что смогу помочь и одних этих слов было достаточно, чтобы мне позволили делать с пациенткой всё, что вздумается. Способность управлять несколькими парящими иглами и ставить их в нужные точки не касаясь тела, убедила измученных родителей Мэнсю, что я могущественный даос. Я понимал, что с таким количеством Инь моих тонких, серебряных игл для акупунктуры будет недостаточно. Нужны были другие серебряные предметы, но в доме их не оказалось. Я дал отцу пациентки мешочек со своим золотом и приказал купить на девять золотых и двадцать серебра самую большую серебряную миску, какую он сможет на эти деньги. Можно было просто обменять золото на серебро, но важна была площадь поверхности предмета. Он вернулся очень быстро, сказав, что обменял золото на миску, но не выкупил, а оставил в качестве залога. После лечения её можно будет отдать и вернуть деньги. Неплохая идея, да вот только возвращать отравленный предмет нельзя.

Вытянув всё, что можно имеющимся в наличии серебром, я был вынужден предложить родителям ещё один метод, который им не понравится или поискать ещё серебряных предметов, хотя бы на несколько дней. Сказал, что вытянул ровно столько холодной, концентрированной Инь, сколько позволяли имеющиеся у меня в наличии средства, если они не знают, где ещё можно взять серебра, то мне остается только выжигать остатки Инь своей Ян, а это, хотя делается исключительно в лечебных целях, будет выглядеть, как секс.

Родители решили поискать ещё серебра. Честь дочери была для них выше унижений перед соседями. Все кто знал их тяжелое положение, не рискнули бы дать что-то надолго в долг, но аргумент, "на день", "до завтра", "до утра", подействовал отлично и отчаянные люди раздобыли ещё несколько крупных предметов кухонной утвари из серебра, которые позволили мне вытянуть из несчастной все те огромные запасы Инь, что она накопила за несколько месяцев после преступного лечения дорогущими пилюлями подавления Инь из гильдии алхимиков.

Надо сказать, используя последний добытый родителями серебрянный предмет, я начал бояться, что даже этого окажется мало, но к счастью Мэнсю хватило и вскоре нездоровый цвет кожи получил розовый оттенок, а ещё через двадцать минут девушка пришла в себя. Родители были счастливы, столько поклонов в пол я в жизни не видел, но я не позволил им насладиться выздоровлением дочери, заставив мне помогать с поиском тех, кому можно было бы скормить огромные запасы концентрированной Инь, чтобы вернуть взятым на время серебряным предметам безопасный вид.

Надо сказать, что парням намного проще сбрасывать избытки Ян. Пока они в сознании, даже не имея партнерши, всегда могут сбросить часть этой энергии вместе с семенем, вручную. Организм способен сбрасывать семя во сне, автоматически во время ночной поллюции, если парень слишком строго воспитан и категорически отказывается заниматься подобным сознательно. Другими словами, парням моя помощь требовалась в гораздо меньших объемах. Случаи их недуга ни разу не были критическими, как у Мэнсю. Мне пришлось искать восьмерых пациентов, брать с их родителей символические суммы, показывать фокусы с летающими иглами, мисками и чашками, чтобы их энергией Ян компенсировать всё то, что скопилось в одной несчастной девушке.

Только убедившись, что все предметы действительно потеряли свою вредоносную, ядовитую составляющую, для надежности вымыв их в большом количестве воды, подержав над открытым огнем и опять сполоснув в воде, я позволил себе расслабиться и вернуть вещи их бывшим владельцам. Так вымотался в этот вечер, что даже в гостиницу не было сил идти. С позволения хозяев лег спать у них дома.

Да уж, восемь часов накачивал себя Ци дыхательными практиками, а в итоге, потратил всё накопленное на манипуляции с предметами. Обидно. Завтра придется всё заново делать. Благо, хоть на исследования пациентов свою Ци тратить не пришлось, я уже точно знал, чем все они больны по прошлым визитам. Так бы мне запасов Ци ни на что бы не хватило.

Заснул и спал я очень сладко, как человек, сделавший тяжелое, но полезное дело, а когда очнулся, то обнаружил Фу Мэнсю лежащей со мной рядом. Опять двадцать пять! Что происходит? Вроде в этот раз никаких манипуляций неприличных я себе не позволял, свою Ци вводил в её тело по минимуму, лишь для того, чтобы получить полную картину распространения Инь и вывести перед мысленным взором эфирный двойник. Девушка точно была без сознания, когда я всё это делал и её родители смотрели в оба, чтобы я ничего неприличного не учудил. Я и не собирался, и вот, полное повторение ситуации с Тан Лань Эр. Она тоже первым делом после исцеления забралась ко мне в постель.

Правда, стоило мне подняться и присесть, как девушка тут же подскочила вся красная от стыда. Призналась, что боялась, что я уйду, пока она спит и хотела таким образом меня задержать, чтобы выразить свою благодарность. Мне хватило поклонов в ноги от её родителей, поэтому я сказал, что был рад помочь и ей не стоило беспокоиться. Я знаю, что она благодарна, но ей лучше поблагодарить своих родителей, которые не сдавались и боролись за её жизнь до последнего.

Я оделся и вышел в гостиную, смотрю, каким бы не было бедным убранство дома, а вкусный завтрак мне хозяева к пробуждению приготовили. Сами сидят, слюни пускают от запахов, ведь у них в тарелках только один рис, и немного, половинные порции, а мне не поскупились, сбегали с утра, купили порцию мяса, к рису поджарили пару яиц и два овощных салатика нарубили. Я оценил гостеприимство. Чуть позже понял, что здесь была замешана и дипломатическая хитрость. Утреннее приветствие Мэнсю и вкусный завтрак были частью стратегии по задабриванию целителя перед сложным разговором.

Когда я поел и нужно было обсудить стоимость оказанной мной помощи, мужчина, не отпуская от себя жену и дочь, как дополнительную моральную поддержку, спросил, сколько он мне должен. Разумеется, это уже после того как он вернул мне мешочек с золотыми, ранее использованный в качестве залога за серебряную миску.

Я долго думал, как оценить свою помощь, в первую очередь, исходя из реальных возможностей клиентов. У них в доме нет ни одного серебряного предмета, сам дом заложен, продали всё, чтобы спасти дочь, у них ни гроша, но если я вообще ничего не возьму, я покажу, что не уважаю себя, обесценю свой труд. Тут мне в голову пришёл забавный вариант оплаты. Он был забавным потому, что я больше помогал этим, незнакомым мне людям, чем получал реальную выгоду.

— Оказанная мной помощь стоит тысячу золотых, — назвав сумму, которую взял бы с богатой семьи, сказал я, желая увидеть реакцию главы семейства и его супруги.

Было интересно, как отреагирует и сама Мэнсю. Я видел, как мужчина напрягся всем телом, болезненно поморщился и закусил нижнюю губу. Он считал в уме, за сколько лет сможет вернуть этот долг, если учесть и все прочие проблемы. Его супруга почувствовала боль мужа, тут же подскочила и обняла его со спины. Затем протянула свою ладонь, накрыла ею плотно сжатый кулак. Мужчина обмяк и шумно выдохнул.

Фу Мэнсю понимала, каким горем для семьи обернулось её желание стать боевым мастером и также открыто сочувствовала отцу, но при этом она чувствовала себя виноватой в произошедшем, опустила плечи и не смела смотреть отцу в глаза. После затянувшейся паузы, мужчина сказал:

— Господин целитель, ваша бесценная помощь вернула нам дочь. Семья Фу навсегда в долгу перед вами. Я бы очень хотел заплатить вам прямо сейчас, и готов был бы дать в два раза больше, если бы у меня имелись в наличии эти средства. Как и обещал, я заплачу столько, сколько вы потребуете, но не смогу это сделать быстро. На самом деле я уже должен нескольким людям и из дома нас выселят в следующем месяце, если я не отдам проценты по залогу. Я понимаю, что это не ваши проблемы, но всё, что я смогу отдать в конце месяца, когда получу жалование и выплачу проценты по долгам, это двадцать золотых. Это максимум, который я смогу вам выплачивать в ближайшие несколько месяцев, пока моя супруга не найдёт какой-то заработок.