Чтение онлайн

Словно бы этого ему было мало, следом на бедолагу обрушился поток горячей воды.

Минус один!

Илега отвлеклась от сражения, чтобы вцепиться в провода и вырвать электроды из собственного тельца. Хоть шокер и оказался не способен вырубить усиленную зельями горничную, приятного в его действии было мало.

А точнее, оно адски болело. Было сложно думать о чём-нибудь ещё.

Примерно в этот момент девушка пропустила мощный удар в лицо, прилетевший словно бы из ниоткуда.

Уже падая ко входу в каморку физрука, Илега осознала, что, скорей всего, это успел прийти в себя первый матершинник. Тот самый, который был вынужден ловить хлопки легковесной дверки.

– А-ум…

Это не сдержалась дриадка, когда её за волосы схватил негодяй. Начавшийся-было крик тотчас же обратился в сдержанное мычание, судя по всему и погасивший разрушительную мощь Сирены.

По крайней мере так думала Илега, пока не услышала:

– Да ты не сдерживайся, – злорадно просипел громила, прежде чем ткнуть тяжёлым кулаком в живот дриады с такой силой, что та, кажется, полностью лишилась дара голоса. – Твоя сила тут не работает.

До горничной тут же дошло, какого типа должно было пройти противостояние, если бы не появилась одна наглая остроносая переменная. В голове тотчас же пронеслись картины боя, с самого начала выглядевшего проигранным: коротковласая дриада, не имея другой возможности защититься, кричит, что есть мощи, пока кучка подонков ржёт над ней, не забывая время от времени поделиться зуботычиной или оплеухой. Сирена старается всё больше и больше, пока наконец не выходит, что её мощь превзошла мощь соперницы.

Той самой, чьей силой является подавление магии.

– Не слушай ебо! – выкрикнула настолько громко, насколько позволял объём лёгких Илега, быстро подтягиваясь к копью и ловко вскакивая на корточки. – Болчи! Бержись! Инабе нибего не болубится!

Забывший, казалось бы, о горничной громила снизошёл-таки до мелкой занозы, вооружённой чересчур уж длинной зубочисткой. Он швырнул свою пленницу куда-то вбок. К последнему, третьему подонку: кстати, самому мелкому из всех, долговязому и сухощавому.

Тот отреагировал в самый последний момент и поймал пленницу: до этого он был слишком занят тем, что ошарашенно смотрел на всё ещё живого и находящегося в сознании ошпаренного товарища.

Интересно, а вдруг этот третий – дриада-молчунья? А что? Кто сказал, что Ганнибал наделил силой только женщин?

Хотя… откуда-то ведь у Илеги была уверенность, что дриада будет обязательно представительницей прекрасного пола. Не могла же эта убеждённость взяться из ниоткуда, верно? Верно же?!

Впрочем, размышлять на эту тему у девушки времени не имелось: противник, как оказалось, в отличие от одной русоволосой растеряши, пистолета дома не забыл.

Едва только воронённая сталь показалась из-за пазухи, девушка рванулась с копьём вперёд. Враг оказался опытный. Оно тотчас же подобрался, выставил перед собой левую руку, намереваясь поймать деревяшку, однако удар пришёлся не туда, куда он ожидал.

Не в торс и не в лицо.

Внутренняя часть бедра. Будь в руках Илеги настоящее оружие, а не жалкая заострённая деревяшка, которая даже джинсу не способна пробить, врага можно было бы уже провожать в последний путь, как и его бедренную артерию. Однако обошлось всё лишь болезненным тычком.

Впрочем, уже этого хватило, чтобы дать время девушке прицелиться и, пользуясь всеми преимуществами разогнанной зельями реакции и усиленного ими же тела, всадить острие аккурат в сочленение кисти и предплечья удерживающей огнестрельное оружие руки. Прямо промеж косточек.

Словно бы мало было им стенаний ошпаренного бедолаги, о котором, кажется, даже его товарищи забыли, так к ним прибавился вой ещё одного бойца. Прибавился и тут же оборвался, когда следующий тычок заострённой деревяшкой настиг его горло.

– Да твою же! – долговязый, удерживавший дриадку за волосы, начал-было материться, но передумал и принялся пятиться назад, копаясь за пазухой. Ещё секундой позже он позвал своих. На русском. – Нужно подкр?пленіе! Срочно!

Что?! Их не трое?! Больше?! Час от часу не легче! Как будто бы этих Илеге мало?!

Впрочем, оно и логично: это любимая горничная Лешей такая умная, а этой пачке, видать, пришлось разделиться и обшарить все этажи и помещения. Но сколько их тут?

Эти вопросы свистели, как пули, одна за другой, где-то там, за затылком. Где по мнению Илеги располагалась граница сознания и начиналось бессознательное. Сознание же направило древко копья на затылок громилы. Удар оказался достаточно мощным, чтобы если уж не вырубить противника, то хотя бы уронить его на пол. Следом упала и сама камеристка, желая как можно скорей оказаться рядом с пистолетом.

Ещё секунда, и вот уже противники смотрели друг на друга исключительно через прицел.

Стоящий на ногах долговязый, с живым щитом.

И лежащая за громилой русовласка, старательно сводящая сидящую на кончике ствола мушку с физиономией врага.

Грянули два выстрела. Почти одновременно, но разогнанное зельями сознание уловило небольшую задержку между ними. Мужчина спустил курок вторым.

И он попал.

Пуля ударилась в левое плечо Илеги. Она легко пронзила плоть, а затем врезалась в кость. Взрыв боли отбросил девушку назад, заставив её перекатиться прочь от ненадёжного живого укрытия. Словно бы, если покинуть место, где тебе навредили, достаточно быстро, то можно сбежать от ранения.

Но коварная рана вцепилась в плечико горничной, не желая отпускать. Будто бы изголодавшаяся пьявка.

Девушке потребовалось секунды две или три, чтобы вновь вернуть мысли в правильное русло, отвлечься от боли, зажать рану ладонью и оценить результат своего выстрела.

А он был поражающим.

Коротковласая дриадка до сих пор стояла, поражённая тем, что Илега сумела подстрелить врага, но никоим образом не задеть ту, кем этот враг прикрывался. Если не считать, конечно, брызг крови, отметившихся на щеке блондинки.

– Беби! – мотнула головой горничная.

Сирена не шелохнулась. Разве что в её взгляде появилось какое-то подобие осмысленности.

– Беби! – повторила русовласка. – Забыба баш плаб?! Обо мбе не бесбокойся! Я добоню! Иначе ничебо не бобучится!

Подбородочек дриадки коротко дёрнулся в чём-то, смутно напоминающем кивок, а затем его обладательница послушно бросилась бежать. Ну, как “бросилась”. Пожалуй, это было бы чересчур льстивым описанием сей неуклюжей походки на негнущихся ногах. Словно бы Сирена не успела сбросить с себя невесть откуда взявшийся паралич.

Илега тем временем пыталась отдышаться и решить, как быть дальше. По-хорошему бы перевязать рану, да только получится ли это сделать быстро одной рукой?

К Лешей! Всё к Лешей!

Девушка приняла решение класса “ни вашим, ни нашим”. Она стянула шапку с ближайшего к ней здоровяка и запихнула её в рукав, прижимая тканью пальто к плечу. Ерунда, конечно, но лучше, чем ничего. Оставалось надеяться, что усиленное зельями тело вытянет последний рывок. В конце концов, осталось ведь совсем немного.