Чтение онлайн

— Товарищ командующий! Были подорваны три склада с вооружением и боеприпасами, плюс рядом стоял склад с вещевым имуществом, ничего не уцелело, все выгорело до фундамента. Плюс ко всему были подорваны две казармы изнутри, которые располагались в непосредственной близости, и еще на две казармы перекинулся огонь со складов, все они также полностью сгорели. Склад горюче-смазочных материалов уничтожен полностью, огонь распространился по всей территории, нашими силами потушить его не удалось. К тому же была потоплена баржа, на которой переправляли топливо, в момент подрыва она следовала полностью груженая с противоположного берега, все люди, что были на ней, погибли. К тому же были взорваны три бензовоза, которые в тот момент находились на заправочных станциях. Как итог, восемь единиц техники уничтожены и две заправочные станции соответственно. Уничтожена пекарня и почти достроенное здание. Также была заминирована дежурная техника, которая подорвалась, стоило ей начать движение, в тот момент в кузове был личный состав. — чуть ли не на одном дыхании отрапортовал уже заученный текст мужчина в синем балахоне.

— Присаживайся, что по людским потерям? — махнув рукой ответил командующий, переводя взгляд на следующего адепта.

— Товарищ командующий! За прошедшую ночь по предварительным данным погибло тысяча двести тридцать три человека. Из них четыреста тридцать из-за взрыва казарм и складов. Люди были отрезаны огнем и не смогли выбраться наружу. Семьдесят человек было на барже в момент подрыва, триста сорок один человек погиб на складе ГСМ, восемнадцать в пекарне, шестьдесят пять погибло при подрыве дежурной техники, девяносто три погибло при подрыве бензовозов на заправочных станциях и двести шестнадцать погибли в районе прорыва стены. Данные еще будут дополнены, так как жетоны до сих пор собирают из-под завалов. Плюс еще более пятисот человек раненых различной тяжести. — отчитался следующий адепт.

— Не слабо они нас поимели. Сколько их было? Как проникли к нам на территорию? Кто-то хоть что-нибудь подозрительное заметил за эту ночь, до начала взрывов, разумеется, и как он или они смогли проникнуть и покинуть нашу территорию? Хоть что-то у нас есть? — начав злиться обратился ко всем командующий.

— Никто ничего не видел и не заметил. Как он смог к нам проникнуть, неизвестно. Из подозрительного, один адепт со склада ГСМ рассказал, что видел человека с мешком хозяйственного мыла. Это вполне мог быть наш подрывник, так как брикеты тротила на мыло очень похожи. А раненые охранники со стены сказали, что прорывался вроде бы как один человек, но из леса по ним вели очень эффективный снайперский огонь, стоило хоть кому-то высунуться, и тот тут же ловил пулю в голову. На этом все. — поднявшись на ноги, ответил командующему командир батальона голода.

— Проверить каждый сантиметр периметра, не мог же он по небу к нам залететь! Максимально усилить охрану и патрули! Оставьте докладные записки и все свободны, кроме вас. — указал командующий на своих сыновей.

Народ с облегчением выдохнул, сложив все свои записи в специальную папку, передали ее командующему и поспешили удалиться из помещения, оставляя его с сыновьями наедине.

— Отец, ты как-то слишком спокоен, даже не убил никого, с тобой все в порядке? — спросил командир батальона смерти у своего отца, как только дверь захлопнулась за спиной последнего вышедшего из кабинета.

— Я в порядке, просто пытаюсь понять логику действий Макса, это был он, в этом у меня сомнений нет. Но как-то паззл не складывается. Я согласен со складами оружия и ГСМ, согласен с казармами. Но вот пекарня и недостроенное здание? Что-то это странно, выглядит, как будто бы он просто так тратил шашки, чтобы не пропадали просто так. Но я же его знаю, он все продумывает до мелочей, и излишков у него оставаться не должно. — задумчивым голосом сказал Афанасич, разглядывая сигарету в своей руке.

— Может, его кто-то спугнул? Или он спешил куда-то? — предположил один из сыновей.

— Точно, сегодня утром должен был уходить отряд в его город, он про это узнал и поэтому действовал наспех. — предположил командир батальона смерти.

— Хм, а это не лишено смысла. Тогда появляется другой вопрос, как он про это узнал? О таких вещах на улице не разговаривают? У него тут есть свои люди? — оживился командующий.

— Это маловероятно, может, случайность?

— Может и так, но, как вы заметили, он умеет сливаться с толпой. А что, если он вообще не хотел ничего взрывать? Что, если он вообще проник сюда с целью разведки? Посмотреть, что и как у нас тут устроено. Он мог проникнуть к нам под видом адепта. Точно! А тот несчастный случай с подрывом здания, когда оно обрушилось прямо на людей, так он мог подстроить смерть бойца, которым прикидывался, и никто даже ухом не повел. Он шастал по нашей территории, изучал тут все, а потом где-то услышал про вылазку к его городу. Тогда он должен был покинуть нашу территорию, но это не так просто, и тогда он решил подорвать тут все, чтобы отвлечь наше внимание и спокойно прорваться за периметр. — самодовольно произнес Афанасич, делая правильные выводы.

— Больно круто звучит для одного человека, который может просто так взять и уничтожить столько людей, действуя экспромтом. — высказался командир батальона чумы.

— А я о чем вам постоянно талдычу! Он непредсказуем и поэтому крайне опасен! — проворчал командующий.

— И что дальше? Какие наши действия? — уточнил комбат смерти.

— Ну, по сути, у него два варианта: возвращаться обратно и готовиться к обороне или же сделать так, чтобы никто из подразделений не смог покинуть город. Своими взрывами он нас замедлил, а этим он только подтвердил, что мы нашли то самое место.

— Отец, позволь я со своими людьми обыщу всю округу, и если он скрывается где-то поблизости, то я принесу тебе его голову! Слово даю! — поднявшись на ноги, предложил комбат смерти.

— Обещает он, вы его под носом не смогли найти на своей территории. Как вы будете искать его на местности, которую он очень хорошо знает? — ухмыльнулся Афанасич.

— Ну, он же не один! С ним есть люди, как ты уже говорил, не по воздуху же они летают, а значит, оставляют следы. Сколько их может быть? Сто? Двести? — высказался комбат смерти.

— Сколько? — рассмеялся командующий. — Это же диверсионная группа, максимум тридцать, как ты правильно сказал, чем больше группа, тем больше следов. А Макс это понимает лучше других, и людей он подготовил себе под стать.

— Тем более нас в десять раз больше, у него нет ни единого шанса! Ты уже один раз одержал над ним верх, позволь я повторю твой успех! — сжимая кулаки в предвкушении, продолжал настаивать сын Афанасича.

— Мне просто повезло, у меня было преимущество. Сейчас же мы в равных положениях, плюс он уже нанес нам серьезный удар. Так и быть, хочешь отличиться, даю добро, но удаляться дальше чем на пятьдесят километров от города я тебе запрещаю. Делай что хочешь, рой носом землю, и если они будут там, то попробуйте захватить их живьем, если почувствуешь угрозу, то просто уничтожьте их, а если и это не выйдет, то вернитесь назад. Проиграть сражение не значит проиграть войну! В тебя и твой батальон вложено слишком много сил и времени, не теряй людей по глупости! — высказался командующий, давая добро на операцию.

— Благодарю за оказанное доверие! Я не подведу тебя, отец! — радостно улыбнувшись, сказал мужчина и вышел из кабинета.

— Что касается вас, то готовьте людей, усильте ими охрану стены, если он опять попадет к нам на территорию, а еще и не один, то, судя по тому, что случилось ночью, он уничтожит нас, пока мы будем сладко спать.

Сыновья поднялись на ноги и, поклонившись отцу, заверили его в том, что добросовестно будут выполнять поставленную задачу.

г. Новосибирск, главная база Братства возрождения нового мира. Макс, скрывающийся в укромном местечке. За минуту до первого взрыва.

Стрелка часов лениво ползла вперед, отсчитывая минуты до взрыва. Я же сидел рассуждал о том, как буду действовать дальше. А что, если все детонаторы уже просто неисправны? Я ведь даже ни одного из них не проверил, им уже больше трех сотен лет. Хотя, будь они неисправны, адепты бы их не притащили бы на склад. Да и зачем вообще гадать, дело сделано, и вот-вот должен раздаться первый взрыв.

Так и вышло, шарахнуло настолько сильно, что аж земля задрожала, а потом еще и еще. Над городом поднялось яркое пламя, на несколько секунд осветив все вокруг, а тишина наполнилась сотнями криков людей. Наслаждаться зрелищем времени у меня не было, так как в данный момент оно шло на секунды. Зажав в одной руке гранату, а во второй пистолет, я ногой вышиб две доски из забора и выскочил прямо перед двумя вышками с охраной. Они как завороженные смотрели на пламя и не успели толком среагировать, так что два точных выстрела из пистолета в их людоедские головы отправили ребят на тот свет. В бараках в это время засуетились рабы и с опаской выглядывали на улицу. Я же посмотрел в их сторону, сказать мне им было нечего, да и я не Спартак, чтобы поднимать восстание, пусть сами разбираются, в данный момент мне им помочь нечем. Да и надо ли оно мне вообще? Они сами прогнулись под адептов, думали, что смогут от них откупиться, вот и откупились. Так что сами в этом виноваты в том, что произошло с ними.