Чтение онлайн

Хлопок — и сердце бьется в унисон незатейливой мелодии чар.

Хлопок — гаснут светильники в зале, ряды погружаются в темноту.

Хлопок — золотое сияние расходится от круга Видящей по лучам.

Хлопок — вокруг золотое марево, запах благовоний в курильницах изменяется. Свежий лимон становится бархатистым жасмином, а сандал заменяет смолистый лавр. Я чувствую себя в безопасности, мне хорошо и уютно. Прекрасное медовое тепло обволакивает меня, и больше всего на свете мне хочется быть с ним. Перед глазами из золотого марева постепенно появляется образ того, кому принадлежит эта неповторимая смесь ароматов. Улыбаясь, я делаю шаг навстречу.

Но смутный образ изменяется — иная стать, другие движения, слишком короткие для благородного кедвоского эльфа волосы. Каштановые пряди вьются и пахнут горьким миндалем и базиликом. Меня захлестывает счастьем, сияющим, ярким, нестерпимо ярким. Принц Зуар — моя мечта, смысл моей жизни, единственная радость в ней! Невыносимо сильно хочется быть с ним, стать его женой и до конца дней принадлежать ему, ему одному безраздельно! Это даже не желание и не грезы. Это жизненная необходимость! Если я не стану его женой, погибну от горя!

Какое счастье, что Зуар в видении так же нуждается во мне, как и я в его любви! Щеки щекочут слезы счастья, чувствую магию Видящей, прощупывающее заклинание, проверяющее искренность. Я прохожу проверку, хоть и ощущаю излишнюю, нарочитую, искусственную яркость собственных эмоций. Как странно, что леди Арабел этого не видит…

Но сомнения и возникшие было мысли тут же сметает волна чистого, незамутненного восторга — Зуар тоже прошел проверку. Его чувства ко мне не слабей моих к нему!

Марево блекнет, золотая пыльца оседает, ритуал заканчивается, и образ принца тускнеет. Видящая стоит в центре и указывает на меня пальцем.

— Его Высочеству Зуару подходит Льяна! — странно гулким и сиплым голосом объявляет она. — Их объединяет идеальное притяжение даров.

Я моргнула, тряхнула головой, сбрасывая остатки чар, подавивших на время мою волю.

Вместо сердца у меня пустота. Огромная дыра в груди, разрастающаяся с каждым мгновением. Из чувств остались только разочарование, отчаяние и горечь. Едкая, отравляющая горечь утраты и совершенного, всепоглощающего бессилия.

Горло болью сдавливают слезы. Безвозвратная потеря разрывает мою душу на части.

Подняв глаза, смотрю на Шэнли Адсида и в этот момент понимаю, что это его чувства.

Точно такие же, как и мои.

— Выбор сделан! — гулкий голос Видящей разбил недолгую тишину.

Я моргнула, повернулась к северянке. Она выглядела слабой, беспомощной и хрупкой. В сравнении с ней лорд Фиред, внимательно меня рассматривающий, казался источником магической мощи.

Его Высочество выглядел счастливым, тепло улыбнулся, посмотрев мне в глаза. Пока другие девушки не пришли в себя после ритуала, пока царила тишина, я наслаждалась единением взглядов и постепенно понимала, как же мне повезло! Его любовь, выбор Видящей — чудо, способ Великой наградить мою семью и меня за все лишения!

В зале раздались медленные, но уверенные хлопки — Его Величество Иокарий аплодировал. Я встретилась взглядом с королем и ясно осознала, что за внешней благожелательностью скрывается злоба. Не меня он хотел видеть принцессой Аролинга. Не меня.

Это отрезвило, напугало. Вернулась поблекшая было пустота, от которой саднило сердце.

За Его Величеством начали хлопать и другие. Сдержанно, будто нехотя выполняли повинность, поддерживая правителя. Я обвела взглядом зал. Невесты с пустыми глазами, ещё не освободившиеся от чар ритуала Видящей. Безрадостные кедвоские вельможи. Всюду поджатые губы, настороженно нахмуренные брови, недовольство на лицах.

Стоящий у самой стены аролингский лорд выделялся на этом фоне восторженностью, аплодировал звонко, щедро, улыбался широко. ?ттого напряженность, даже мрачность соотечественников казалась жутковатой.

Лорд Фиред, первый советник Владыки Талааса, выглядел немного удивленным, но вполне благожелательным. Хвала Великой! Если он не настроен против меня, если и в самом деле одобряет выбор Видящей, выбор своего принца, возможно, получится быстро освоиться в чужой стране. Это все же не шутки! Мне предстоит не только переезд, но жизнь во дворце, общение с аристократией, с влиятельными людьми и эльфами нескольких стран… Небо, мне теперь все это и в самом деле предстоит!

От таких мыслей стало боязно, душной волной нахлынуло ощущение неправильности происходящего. Странно… ведь Видящая, благословленная богиней, не могла ошибиться или озвучить неправильное имя. Не могла! Дары Видящих нe работают так. В трансе леди Арабел себя совершенно не контролирует, она является лишь проводником воли Великой.

Но тревога не уходила, желание попросить о повторном ритуале не ослабевало. Хотелось крикнуть, что Видящая неверно истолковала образы. Сцепив руки на уровне талии, я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и постаралась подавить крепнущий страх.

Перед внутренним взором возник образ принца из ритуала. Красивый, любящий, желанный… Что за глупости я все время придумываю? Откуда эти нелепые, даже бредовые сомнения в том, что достойна любви? Он ведь с самого начала меня выделял. Выбор Видящей закономерен, его нельзя назвать случайностью. Он — доказательство нашего чувства!

— Не может быть! — неприятно резкий возглас княжны перекрыл сдержанные аплодисменты.

Я вздрогнула, посмотрела на разгневанную девушку. ?на излучала ненависть и злобу. Если бы взгляды могли убивать, от меня давно осталась бы лишь горстка пепла.

— Леди Сивина, — в голосе невозмутимого принца слышались укоризна и недовольство, — понимаю, что вы, возможно, рассчитывали на другой результат. Неужели вы не доверяете суждению леди Арабел?

Он выжидающе склонил голову набок, удивленно приподнял брови.

— Доверяю, — зло отрезала девушка, обернувшись к собеседнику. — Но думаю, что Льяна…

— «Госпожа Льяна», — строго поправил принц.

Его взгляд стал колючим, губы плотно сжались, почему-то вспомнилась его драконья ипостась, опасная и смертоносная в своей красоте. Перечить такому хотелось меньше всего.

Леди Сивина осеклась, отступила на полшага от моего будущего мужа. Жаль, я не видела ее лица. Судя по дрожи в голосе, по робости, княжна не ожидала ни отпора, ни того, что принц Зуар не разделит ее возмущения. Но все же храбрости леди Сивине было не занимать — она упрямо договорила до конца, хотя принц становился мрачней с каждым ее словом.