Чтение онлайн

— … повторяю, вторичное заражение. Опасность при личном контакте. Заражение передаётся через прикосновение. Старый, как именно происходит заражение?

— Корни, торчащие из тел. Они как шипы, протыкают кожу. Вначале через семена, как у одуванчика, только здоровые. На заражение нужно несколько секунд, — объяснил я, продолжая протискиваться мимо вжавшихся в стену людей. Почти все были с пустыми руками, пожитков никто не брал, спасали в первую очередь детей и близких.

И всё же, насколько узкий проход под стенами… Понимаю, что всё ради безопасности, но эвакуировать большое количество людей по такому туннелю почти нереально. Надо начинать сильно заранее, а это остановка производства. То, о чём мне рассказывали Быков с Мануловым. На это город пойти не мог.

— Именем инквизиции, в сторону! — крикнул я, увидев, что на встречу к нам движется один из паладинов. Даже в новом доспехе Иван едва доставал ему до плеча, и, пожалуй, этот гигант мог бы остановить всю нашу колонну.

— Кто? — прогудел паладин, положив ладонь на пулемёт, висящий на шее.

— Инквизитор Жанна Барсова, комиссар Старый и отряды поддержки, — на бегу ответила женщина, выдернув жетон обелиска из-под брони.

— Брат Самуил, нам приказано оказать вам поддержку, — прогудел гигант. — Рота, бегом марш!

— Спасибо, брат Самуил, — кивнула Жанна, тут же возвращаясь к рации. — Старый! Где они? Что происходит?

— Сколько можно в глухие телефончики играть… — выругался я и подключился на тот же канал связи, что и девушка. — Говорит Старый, отряды Секачовых вступили в схватку с заражёнными животными в квадрате…

— Не отступать, трусы! — срываясь на утробный визг, ревел Секачов, размахивая своим двуручным топором. Широкое лезвие обрушилось на подскочившего к нему с копьём гомункула и рассекло его пополам, после чего верхняя часть отлетела в сторону. Сотни ещё недавно послушных живых големов, неспособных ничего противопоставить приказу, сейчас обезумели и начали нападать на хозяев. — Держать строй!

— Господин, нужно отступать! Их слишком много! — крикнул первый помощник и правая рука, орудовавший алебардой.

— Это наши слуги! Наши! Хочешь показать совету, что наш род ненадёжен?! — глаза Секачова вспыхнули. — Мы не уйдём, пока не перебьём их всех! Никого не щадить!

Гигант, поперёк себя шире, раскрутил топор над головой и обрушил его разом на троих мелких уродцев, скосив их словно сочную траву. Кровь и ошмётки разлетались в разные стороны. Красные разводы на доспехах и одежде стекались в ручейки, бегущие в сточные канавы, окрашивающиеся в красный.

Каждый из пастухов клана был могуч и силён, хоть некоторые и считали их слишком толстыми и некрасивыми, но Секачовым всегда было наплевать на чужое мнение. Главное — сила, достаток и власть! И лишь это важно. Лишиться ферм — значит лишиться влияния. Но даже это не так важно, как утрата уважения.

— Мы сами решим свои проблемы, — тихо прорычал Секачов. — Не дожидаясь инквизиции. Вперёд!

«Внимание, ближайшие к нам фермы заражены, волна тварей через пятнадцать секунд, слева», — предупредила Сара, выводя на миникарту красную полосу со стрелкой.

Мы только что прошли через туннели, продрались сквозь толпу ждущих эвакуации и выбежали в кварталы возле стены. Внутренней, если смотреть со стороны вторжения. Не прошло и пяти минут, а все мои планы, загасить источник заражения в зародыше, предотвратив угрозу, пошли прахом.

Сейчас между потоком тварей и толпами безоружных гражданских было только две наших роты. Если мы их не остановим, погибнут сотни. А если заражение перекинется на соседний сектор, то и тысячи.

— Заражённые слева! Первый ряд одарённые и одоспешенные! — крикнул я, мгновенно выбегая из строя. — Ружья и крупный калибр, товсь!

Моё собственное ружьё в лапах доспеха выглядело как игрушечное, пришлось даже убрать скобу над спусковым крючком и держать рукоять тремя пальцами, но меня это вполне устраивало. Хват надёжный, перчатки с усилителями словно тиски. А отдача…

— Идут… — проговорил, переминаясь с ноги на ногу Манулов. Он сменил свои револьверы на ружьё, с большим круглым магазином, а через пару мгновений делом доказал, что с лёгкостью управляется с этой игрушкой. Как и я.

— Огонь! Не подпускать близко! — крикнул я, спуская курок. Первый же выскочивший монстр получил заряд крупной дроби в голову, и свиная морда разлетелась ошмётками мозгов и костей. Монстр пробежал по инерции ещё несколько шагов, но я уже переключился на следующего.

Дикий визг от сотен чудищ, ещё полчаса назад бывших ценным скотом, нарастал. Они мчались, спотыкаясь друг о друга, врезались на поворотах, забирались на спины тех, кто замедлялся. Всё для того, чтобы как можно быстрее добраться до нас.

— Бедные свинки, — пробормотал Быков, снося монстра лезвием на длинной рукояти. И тут я с ним даже был солидарен. То, во что превратились милые хрюкающие животинки, иначе как чудовищами не назвать.

Корни прорастали сквозь кровоточащие ткани, удлиняя конечности на дополнительный сустав, растягивая шеи и превращая милые мордочки в оскаленные пасти с деревянными клыками и торчащими вперёд зубами. Всё тело свинок было покрыто тысячами острейших шипов, а завиток превратился в длинный хвост-корень.

Скорость преображения в монстров поражала, но они оставались скотиной. Чудовищными, здоровенными тварями, под двести кило каждая, но пока тупыми животными. А животных убить несложно. Главное попадать в уязвимые части. Для нас это были головы.

— Внимание, они лезут по зданиям! — передал я предупреждение Сары. Как раз вовремя, потому что гигантская волна тварей, обрушившаяся на халупы и замедлившаяся, начала пробиваться сквозь комнаты. — Следите за окнами и крышами!

— Клинки готовь! — крикнул Владимир, становясь в первую линию. — Прикрыть авангард! Строй держать! Держать…

В этот момент одна из заражённых тварей очутилась на крыше, и тут же рухнула вниз с простреленной головой. Умерла, ещё даже не шмякнувшись на мостовую, вот только за ней тут же появилось сразу несколько таких же тварей. Они все были похожи, древесные дикобразы с длинными мощными лапами и хвостами. Но при этом все разные.

У каких-то шипы были длиннее и смотрели вперёд. У других новые мощные лапы заканчивались когтями по двадцать сантиметров. Третьи покрывались древесными корнями так, что морды не видно было, приходилось стрелять наугад. Но пока у тварей оставался звериный мозг, главное попадать в него.

Я стрелял как заведённый. Только одиночными. Навестись на голову, спуск, следующий. Десять выстрелов, поменять магазин. Навестись. Следующий. Десять. Двадцать. Пятьдесят… Между домами выросла целая гора трупов, достигающая второго этажа, но поток монстров почти не замедлился.

— Пустой! — крикнул я, отбросив повисшее на ремне ружьё и выхватив из кобуры пистолет. — Смена.

— Готов! — отозвался Манулов, и я сделал шаг назад, а стрелок, занявший моё место, тут же открыл беглый огонь.