Чтение онлайн

– Если такое случится, то считай, что ты уникум. У всех есть своя стихия. Вода, воздух, огонь, земля, иногда тьма, свет и очень редко время. Но таких магов по пальцам можно пересчитать.

– Время?
– я слушала Агату с открытым ртом, про это на лекциях нам ещё не рассказывали.

– Да, кстати матушка Эрика Альтовски и Бронислава Валевски управляет именно этой стихией. Но никому из сыновей она не досталась. А старуха Валевски так об этом мечтала.

Я скривилась. Не знаю почему, но представляла супругу своего отца противной скрюченной тощей бабой. Такой высокомерной и стервозной.

Вокруг нас галдели девушки. Кто-то знал, что нас ждёт в аудитории, а кто-то только гадал. Я покосилась на закрытую дверь, и тревога вернулась.

– Агата, - я снова обернулась на подругу, - а что вы, ведьмы, можете? Землетрясения? Извержения?

– Нет, конечно, - она даже бровь приподняла от возмущения, - мы чувствуем землю. Как тебе объяснить, я, например, знаю, где что лучше расти будет. Это как интуиция. А, вообще, магия земли - она только нам и подвластна. Вдохни глубже, Злата, наверняка, у тебя воздух.

– А если вода?
– я всплеснула руками.

– Для тебя это так важно?

Ответить я не успела, дверь в лабораторию распахнулась.

Мы вошли в маленькую лабораторию. В небольшом помещении по кругу стояли двенадцать двухместных парт, а посередине странного вида большая сфера похожая на шар для гаданий.

Пройдясь по кабинету, мы уселись за один из столов. Скорее по привычке я вытащила тетрадку с ручкой и принялась ждать.

Прозвенели колокола, оповещая о начале занятия, но преподаватель практических занятий не спешил.

– Агата, - шепнула я, - а кто практику ведёт?

– Профессор Жандр. Я слышала, ему в этом году бытовиков отдали.

– Так он же по артефактам.

– А артефакты при помощи чего функционируют?

Подруга снисходительно улыбнулась.

– Магии.

– А какой?
– допытывалась она.

– Стихийной, - усмехнулась я.

– Вот именно! Каждый бытовик, в первую очередь, маг-стихийник. От его дара потом и зависит направление, по которому он пойдёт. Ведьмы, например, почти всегда зельевары и садовники. А как с вашего мира мода на косметологию пришла, так мы заняли и эту нишу.

– А если я воздушник, тогда что?
– я прикусила губу, ожидая её ответ.

– Тогда у нас с тобой будет клининг компания. Водники тоже чаще всего в эту сферу идут. Хуже всего тем, кто с огненной стихией: как правило, их переводят на другие специальности. В бытовой магии толку от них мало.

– Откуда ты так много знаешь? На лекции этого не было.

– У меня пять братьев учились в этой академии. Я с них стрясла всю информацию, какую только можно.

Задать новый вопрос я не успела, открылась дверь, и в лабораторию спешно вошёл профессор артефактор.

– Так сидим, - скомандовал он, - в этом году ваш курс отдали мне. Причина тому лишь одна: артефакты и стихийная магия так близко взаимодействуют в сфере бытовой магии, что одно просто неотделимо от другого.

– Ну, что я говорила, - довольно шепнула Агата.

– Порой ты меня пугаешь, - хихикнула я, за что господин учитель наградил меня тяжёлым взглядом.

Пройдясь по небольшому кабинету, он остановился у странной сферы.

– Все практические занятия будут посвящены выявлению ваших способностей и оттачиванию мастерства управления стихиями. Кроме того, я научу вас выявлять элементали, выращивать их и делать сильнее. Управлять духами природы и заставлять их действовать так, как нужно вам. Но сначала мы должны узнать, что вы из себя представляете. Сейчас по очереди каждый из вас подойдёт к проявителю стихий, и мы узнаем ваш дар.

После этих слов все напряглись. Прозвучала первая фамилия. Я с замиранием сердца проследила, как одна из наших одногруппниц подошла к шару и опустила на него руки. По помещению тут же раздалось громкое журчание, а сфера наполнилась водой.

– Водница, - воскликнул профессор Жандр, - как замечательно. Следующая.

И потянулась вереница. Девушки одна за другой прикладывали руки к сфере и наблюдали за тем, что происходило внутри. Чем выше был дар, тем полнее шар. Я уже не на шутку переживала, что когда придёт моя очередь, то мы и лужи не увидим.

– Миленина, - прозвучало как приговор.

Поднявшись, я опасливо подошла к определителю и, на мгновение, прикрыв глаза, коснулась стекла. Ничего не происходило, как вдруг, вспыхнуло пламя. Не успела я расстроиться, как на него налетел маленький смерч и разметал по кругу. В шаре происходило настоящее сражение стихий.

– Ого! Двойной дар, - пробормотал кто-то за спиной.

Моргнув, я уловила уже знакомое журчание. Вода. Она возникла в сфере из ниоткуда, загасив пламя и успокоив ветер.

– Три стихии! У неё их три, - за моей спиной бродили шепотки.

Я же во всё глаза смотрела на Агату.

– Озолотимся!
– шепнула она довольно.
– Ты просто уникум.

– Хм, студентка Миленина, а к какому роду вы принадлежите, напомните, - учитель радостным не выглядел.

– Ни к какому, профессор Жандр. Я полукровка.

– А из внешнего мира. Да, - учитель прошёлся вперёд и ткнул в меня пальцем.
– Именно из-за него магия покидает Шаливар. Вы прямое доказательство того, что связи нам нужно рвать и становиться независимыми. Внешний мир отнимает у нас магию.

– Почему вы так говорите?
– мне стало неприятно, будто меня в чём-то обвиняют.

– В тебе такая огромная магия, девочка, откуда? Понятно, что из Шаливара утянутая.

– Я думала от родителей.

– Нет, не только, - профессор Жандр жестом велел мне сесть на место.
– Ваш мир, что губка опустошает вас. Магия уходит и находит пристанище в полукровках, что живут среди людей. Это неправильно. Так быть не должно!

Пожав плечами, я ничего более спрашивать не стала. На меня и так вокруг все таращились так, словно рога на голове выросли.

Покидая лабораторию одной из последних, я всё не могла оторвать взгляд от сферы. В голове звучали слова профессора Жандра: "Связь с внешним миром нужно рвать". Я была с этим несогласная.

Не знаю почему, наверное, мне хотелось, чтобы и на моей родной Земле была магия. Чтобы дети верили в чудо и в фей.

Чтобы полукровки становились сильнее.

Несправедливо это по отношению к людям. Если магия проникает в наш мир, значит, так и должно быть.