Чтение онлайн

Ардагаст и Тюштень окинули взглядом врагов, думая об одном и том же. Ударить сейчас сарматским клином на Нарчатку и её конников? И тут же упереться в ров, попасть под меткие стрелы лесовиков. А мокшане, отойдя в лес, тоже примутся засыпать врагов стрелами...

Вдруг Ардагунда, внимательно приглядевшись к царице мокшан, выехала прямо к ней и непринуждённо заговорила:

— Тиссага! Горе ты моё рыжее! Стала-таки царицей... А то пришла к нам в Девичью крепость из степи худая, оборванная. Хочу, мол, стать мужеубийцей, всех мужчин ненавижу, сарматов особенно. Даже имени своего не назвала. Тиссага — «тиссагетка», мокшанка, и всё тут. Сколько я с тобой намучилась! Ну что, мечом рубиться не разучилась? А топором так, видно, и не научилась: у тебя его и вовсе нет. Вот лучницей ты всегда была хорошей.

Дружинники Нарчатки заулыбались у неё за спиной, зашептались. Мокшанка с ехидцей сказала Ардагунде:

— Говорят, мужеубийц больше нет? Не то погибли, не то стали рабынями росов? Кто теперь твой хозяин?

— Разве рабыня может носить такой пояс?

Священный пояс с золотой волчицей Нарчатка не могла не узнать.

— Ты теперь — царица мужеубийц?

— Да. Томиранда погибла, и мы по воле богини ушли к росам. Ардагаст оказался моим братом. А вот Вишвамитра, мой муж и наш священный царь. Такого мужчины ты во всей степи не найдёшь, не то, что у себя в лесу! Знаешь, сёстры тебя ещё помнят. Видишь, Лошадка здесь? Пойдём к ним!

Сделав своей дружине знак оставаться на месте, Нарчатка подъехала к амазонкам. Мужчины терпеливо ждали, пока воительницы наговорятся. Наконец речь зашла о Медведичах.

— Тиссага, милая, ты не знаешь, с кем связалась. Эти «защитники леса» любое племя погубят, лишь бы напакостить росам. А сами сбегут...

— Но ведь Горелый городок разорили не они, а ваши росы. Мне об этом и мокшане говорили!

— Росы, да не наши! Это Андак с Саузард, они моего брата ненавидят. Мы идём не в набег, а к Золотой горе за стрелой Абариса. А эти двое хотят нас опередить. Тиссага, ну неужели мы тут будем сражаться между собой на потеху мужчинам?

Нарчатка не поверила бы ни одному сармату. Но своей наставнице и царице амазонок не верить не могла. И потому сказала:

— Ты права. Я не буду воевать за каких-то колдунов и полумедведей. Хитрые: сами в городке засели, а я их в поле защищай! — Она обернулась к Тюштеню: — Царь эрзян! Я увожу своё войско. Отвоёвывай свой городок сам. Да получше стереги свои стада, а то я пойду мимо твоего летнего стана!

— А я вот не ищу с тобой войны.

— Да? Ты бы ещё посватался ко мне, великий владыка. Тобою же правят мать с Паштеней!

Повинуясь своей царице, мокшане развернули коней и поехали на запад. Из городка вслед им неслась отчаянная, злобная брань. Тюштень покачал головой:

— Вот шальная! Никогда не угадаешь, что затеет. Может и скот угнать. Знает, что я сейчас за ней не погонюсь, вот и дразнит.

Он безмолвно смотрел вслед мокшанам, пока последний всадник не скрылся за деревьями.

— Вот увидишь, он эту Злую Царицу или убьёт, или возьмёт в жёны, — тихо сказала Ларишка Ардагунде.

А из городка непрестанно доносились ругань, рёв, свист, воинственные выкрики.

— Это — безумие Кереметя. Они теперь будут биться за него, пока все не погибнут, — со вздохом сказал Вардай.

Со дна оврагов и рва вдруг встал синевато-серый туман и, клубясь, стал подниматься и обволакивать городок.

— А это ещё хуже, — продолжил с печальным спокойствием жрец. — Нам в этом тумане своей руки не разглядеть, а им, кто в городке, всё видно будет. И бесов в тумане полно. А насылают их вдова Саскавий с сыном и дочерью. Их Эпанай принёс в жертву и зарыл в городке. Теперь они — духи-хранители Ножа-Вара.

— Добавь: укрепить городок колдовством приказал Тюштень. И он же будет виноват перед марийцами, если его возьмёт. Ведь там, кроме этих ряженых медведей, почти одни мари. И никто из них не уцелеет, — отрывисто проговорил царь эрзян. — А не взять сегодня же — другие Кереметевы жрецы могут привести войско на помощь сородичам. Или Нарчатке придёт в голову назад повернуть и в тыл нам ударить.

— А солнце уже садится. Стемнеет — и слетятся сюда все керемети на зов Эпаная и трёх хранителей, — сказал Вардай.

— Значит, нужно взять до темноты. И так, чтобы никто из помрачённых не погиб. Трудно, но можно! — бодро сказал Вышата. — Где закопаны те трое?

— Вон там, с северной стороны, где вала нет, а только частокол. Но там склон крутой, а чары самые сильные, — ответил Вардай.

— Против чар Тьмы есть сила Солнца. — Волхв достал из сумы Колаксаеву Чашу.

Вардай в раздумье потеребил бороду и сказал:

— В чаше много солнечной силы. А там — тёмной. Если жечь пламенем Чаши частокол или людей, вспыхнет такой огонь — от городка останется пепел и земля оплавленная. Все сгорят: женщины, дети.

— Солнечная сила может не только сжигать, — возразил Вышата и обратился к Зореславичу: — Тебе, Солнце-Царь, надо будет войти в городок первым. С Огненной Чашей. Но не жечь ею никого и ничего. Только светить. И думать не об убийстве, а о том, чтобы освободить души людей от колдовского помрачения. Справишься ли? Здесь тело и дух должны быть едины. А пробудить чудесные силы Чаши можешь только ты.

— Должен справиться. Кроме меня некому, — коротко ответил Ардагаст.

— Просвещать людей — дело брахмана. Убивать их — кшатрия, — задумчиво произнёс индиец. — Убивать во имя долга, не поддаваясь гневу и жестокости, — это я умею. Но просвещать в бою, не думая об убийстве? Видит Кришна, всё, что я смогу, — это защищать тебя, царь.

— И я буду рядом с тобой, — сказала Ларишка.

— А мне где быть, если не рядом с братом и мужем? — вмешалась Ардагунда.

— Вы трое защитите царя от людей. А мы с Вардаем будем священными секирами оборонять его от духов, — сказал Вышата.

— А стрелы? Там, в городе, всё видно сквозь туман. Мыс Миланой пойдём с вами. Будем держать преграду от стрел, — заявила Лютица.

— Тогда и я буду прикрывать вас, — сказал Сигвульф.

— Всего нас будет девять. Следом пойдут остальные русальцы, — распорядился Зореславич.

— А за ними — мои поляницы, — решительно объявила царица амазонок.

— Да ведь Солнечная Чаша осветит путь только впереди. А сзади этот туман проклятый сразу сомкнётся, — развёл руками Вардай.

— А мои руки на что? Освещу ими путь сзади, — возразила Ардагунда.

— Я ещё не сказал главного, — продолжил Вышата. — Когда ворвёмся в городок, вы, воины, должны будете прикрывать нас, волхвов, покуда мы не обезвредим троих хранителей. Только тогда удастся рассеять туман.

— Справимся, — махнул рукой Сигвульф. — Только не заставляйте нас, воинов, колдовать. Я вот у росов только одному колдовству выучился: нечистую силу по-венедски посылать подальше.