Чтение онлайн

– Кажется, твоё лицо мне знакомо, – расплывчато ответил он. – Но внутри ты тоже другая. Не такая, какой хочешь казаться. Я чувствую в тебе силу.

Он шевельнул пальцами, и в груди Алиды проснулось что-то горячее, совсем не похожее на манящий зов Вольфзунда. Это чувство было тёмным, похожим на палящую ярость, ставшую её частой спутницей. Лёгкие сдавило. Она вздохнула, жадно хватая ртом воздух, и сложилась пополам.

– Клари! – закричал Тиль.

– Всё в порядке, Тиль, – через силу ответила Алида, стараясь, чтобы голос звучал как можно ровнее. – Стой там!

– О, – притворно удивился Чернокнижник. – Кажется, я знаю этого недоумка. Что он здесь делает? Пришёл, чтобы мешать нам?

– Он защищает меня от тебя.

– Неужели? Прям так и защитит?

Он недобро сверкнул глазами, и Алида не на шутку перепугалась. Зря, зря она дразнит колдуна! Нужно скорее что-то придумать, но на ум, как назло, ничего не приходило.

– Не возражаешь, если мои слуги приглядят за ним? – спросил Чернокнижник как бы невзначай.

– Твои слуги? – не поняла Алида.

Не дожидаясь её согласия, он широко развёл руки в стороны, будто хотел обнять все Мёртвые Земли. В истрепавшейся одежде, с отросшими спутанными волосами он некстати напомнил Алиде пугало, какие часто ставили на кукурузных полях. Только вместо забавной намалёванной рожицы – зловещая ухмылка да безумные глаза, а вместо золотой кукурузы – покрытые инеем болотные кочки с чёрными лужами стоячей воды.

– Что ты… – начала Алида, но слова застряли в горле.

Сначала ей показалось, будто болото заволокло серебряным туманом, прозрачным, как кружевная занавеска. Потом туман стал клубиться, собираться тучами, тут и там запылали серебряные костры, и скоро болота заполнили существа, очень похожие на бледных длинноволосых девушек. Только от них веяло такой жутью, такой тоской, что лишь безумец принял бы их за живых людей. Вместо прекрасных лиц Алида видела сверкающие злобой глаза и хищные оскалы. «Моуры», – догадалась она. Он просто позвал их – вот так легко, взял и призвал, и они послушались своего пастыря, явились на зов, как верные слуги. Явились легко и свободно, а не карабкались из земли, как тогда, когда хотели поймать их с Тилем.

Алида повертела головой по сторонам и нервно сглотнула. Моуров было столько, сколько не могло присниться ей в самом страшном сне. Они стояли недвижимыми бледными фигурами, ни дать ни взять свечки белых люпинов в поле. Вокруг неё самой, Чернокнижника и Тиля словно кто-то очертил круги, за которые моуры не могли проникнуть. От запаха колдовства кружило голову и щипало в носу.

– Рич, – прошептала Алида.

– Что он сделает, если кто-то из них нападёт на тебя? – Он склонил голову набок, глядя на Тиля, и потемневшие волосы упали на заострившееся лицо.

– Рич! – бессильно повторила она.

– Отвечай! – зарычал он.

– Н-ничего. Ничего не сделает…

– Верно. А теперь подойди ко мне.

Алида беспомощно оглянулась на Тиля. Он метался в своём круге, но моуры шипели, тянули когтистые руки-лапы и не давали ему пройти дальше. Несколько болотных дев обнаглели настолько, что стали дразнить его, хватая за одежду.

– Играй, Тиль! – выкрикнула Алида. – Достань гобой и играй!

Она незаметно положила руку на рукоять Импиора и шагнула ближе к Чернокнижнику. Он едко улыбнулся.

– Хорошая девочка. Послушная. Сослужишь мне службу?

Ей захотелось врезать ему кулаком между глаз, чтобы он пришёл, наконец, в себя, но полчища скалящихся моуров удерживали её от этого поступка.

– Убери их, давай поговорим с глазу на глаз, – попыталась предложить она. Моуры так плотно обступили Тиля, что Алида уже почти не видела его.

Чернокнижник печально покачал головой.

– Они – моя свита. Я хочу, чтобы они видели мой триумф. Видели, как я вознесусь.

Моуры радостно зашипели. Одна из них сильно дёрнула Алиду за подол плаща. Алида испуганно вскрикнула и метнулась в сторону, угодив прямо в руки других моуров. Болотные девы визгливо расхохотались и толкнули её в другую сторону, навстречу подругам. Алида завизжала, а моуры хватали её за волосы и одежду, будто хотели оторвать себе кусочек на память.

– Тихо! – рявкнул Чернокнижник. – А ну, успокойтесь! Она моя, забыли?

– А ты-то пока ещё Серенький, – захихикала серебряная девушка, которая ближе всех стояла к нему. – Станешь Чёрным – будешь нами командовать. Хватит и того, что мы явились на твой зов.

Тут море моуров вздрогнуло, будто напуганное чем-то. Красивые лица исказились страхом. В следующий миг Алида различила неуверенную, нестройную мелодию, которая полилась над болотами.

«Тиль», – подумала она, и надежда воспрянула в груди. Моурам действительно не нравится музыка! То-то же, пусть понервничают!

Глаза Чернокнижника мигнули тревожным огнём: он тоже заволновался.

– Что там такое? Кого ты привела, дрянь? Уйми своего деревенского воздыхателя! Подохнете вместе!

В его голосе и взгляде было столько сокрушающей злобы, что Алида поняла: это точно не Рич, и достучаться до друга, пусть скрытого где-то в глубине этой чёрной сущности, невозможно. Существо, которое рычало на неё, не имело ничего общего с тихим застенчивым астрономом. Алида до последнего запрещала себе думать о том, что придётся воспользоваться клинком. Импиор уничтожает магию, уничтожает тьму, но что делать, если твой друг настолько сроднился с тьмой, что стал неотделим от неё?

С армией злобной нежити, умеющий укрощать чёрную магию и напитанный ею, он мог бы стать мощным оружием в руках Эллекена. Алида не могла этого допустить.

«Я спасаю его, – подумала она. – Спасаю Рича от того, чем он стал».

– Прости, Рич, – прошептала Алида. Сморгнув некстати подступившие слёзы, она приблизилась к нему вплотную и с силой вогнала Импиор ему под рёбра, направив остриё вверх, к самому сердцу. Горячая кровь хлынула ей на руки, и Алида не смогла сдержать рыданий.

Если бы он зарычал, завыл по-звериному, набросился на неё, Алида чувствовала бы себя лучше. Но юноша удивлённо ахнул, совсем по-человечески, и начал обмякать, заваливаясь на неё всем телом. Липкая кровь текла по её рукам, пропитывала одежду, капала на землю. В тусклом свете Алиде показалось, что она была совсем чёрной, как вода в гнилостных болотных озёрцах.

Музыка Тиля стелилась над болотами, гобой то пел ровно, то срывался на свистящий хрип. Моуры бесновались, как демоны в Преисподней, кишели серебристыми телами, как рыбы в реке, шипели и визжали, сталкиваясь друг с другом. Там, где играл Тиль, моуров стало заметно меньше.

– Играй, Тиль! – крикнула Алида. Она едва удерживалась на ногах под тяжестью Ричмольда, он тянул её к земле, но она понимала: стоит упасть, как лапы моуров тут же схватят её и утащат на самое дно гнилых болот, туда, откуда даже Вольфзунд её не спасёт. Надо скорее бежать к Тилю, где звучит гобой, под его защитные чары.

Она напряглась изо всех сил и сделала несколько шагов, поддерживая раненого. Ноги Ричмольда волочились по земле безжизненными плетями, кровь хлестала из раны, а лицо стремительно приобретало оттенок дешёвой серой бумаги.

– Нет-нет, – запричитала Алида ему на ухо, яростно продолжая ступать вперёд, подгоняемая ужасом. – Не вались на меня так! Я не оставлю тебя тут, пусть даже и мёртвого! Помоги мне хоть немного, а потом умирай, сколько влезет!

– Я здесь, Клари! – крикнул Тиль, на миг оторвав губы от инструмента. Мелодия прервалась, но потом началась снова с того же места. Алида не видела Тиля из-за полчищ моуров. Серебряные демоны болот обступили их с Ричем, шипели и извивались, и Алида поняла, что, пока он жив, они не посмеют забрать её. Часть его тёмных сил, которая ещё не вышла с чёрной кровью, оберегает и её саму.