Чтение онлайн

– Кого я вижу?! Король всех посыльных и мечта всех барышень на выданье – хромой Флин! То-то я смотрю – жизнь в городе забила ключом, а, оказывается, это просто ты из него отлучался. И куда же это носило нашего прошлогоднего призера черепашьих гонок?! Ребята, вы слышали, как я его? Не победителя, а призера!

Этот любитель поднять самооценку за счет того, кто в силу каких-то причин просто не может дать отпор подлецу, обернулся к своим сослуживцам, в поисках их одобрения. Не знаю, что увидел он, а я рассмотрел, только кривые усмешки, да и то не у всех. Значит ребята они нормальные. Это хорошо. Плохо только, что над ними стоит такой вот человечишка.

– Все бы вам шутить, капрал Стинк, - никак не реагируя на неприкрытый сарказм, ответил Флин, - я всего лишь отлучался, чтобы встретить земляка, который приходится мне дальним родственником. Он никогда не бывал в городе, да к тому ж, на беду, не так расторопен, как хотелось бы…

– Расторопен! – эхом отозвался капрал и не слишком натурально расхохотался, хлопая себя по наметившемуся животу, уже немного свисающему над широким поясным ремнем. – На фоне хромого, и нерасторопный! Да у вас там, в деревне все такие убогие, что ли? Или к нам еще самых удачных присылают? Это ж как тогда остальные у вас выглядят?!

– Братишка Флин, - сказал я достаточно громко и разборчиво, чтобы услышали все, кто находился в тот момент поблизости, - когда этот уважаемый стражник открывает рот и пытается что-то тебе сказать, то я слышу только…

Тут я надул щеки, высунул язык и издал громкий и протяжный неприличный звук, который больше всего напоминал ветры, испускаемые человеком, прибывающем в отхожем месте.

– Я решил, что ослышался, но мой нос подтверждает, что уши не ошиблись! Когда стражник открывает рот, то пахнет именно тем, что я и слышу!

Простым и грубоватым селянам, что были поблизости, шутка пришлась одновременно и по уму, и по сердцу. Кто широко улыбнулся, кто прыснул в кулак, а некоторые и вовсе в голос засмеялись.

А этого капрал Стинк стерпеть уже не смог. Чудное оружие – нечто среднее между копьем и метательным дротиком, подвешенное у него на поясе, незаметно для глаза оказалось в уже отведенной для броска руке. Потом последовал свист рассекаемого воздуха, и я почувствовал ощутимый толчок в плечо. Буквально отлетев на пару шагов, я уставился, на толкнувшего меня Флина, не понимая, откуда у мальчишки взялись на это силы. Потом, проследив его не менее удивленный взгляд, увидел вибрирующее древко оружия, застрявшего в досках подвесного моста примерно в том месте, где только что стояла моя нога.

Хотя, зная меткость местных жителей, думаю, что правильнее было бы сказать: точно в том месте.

О местных законах, обычаях или даже понятиях, которые могли бы помочь как-то расценить этот достаточно однозначный жест я не имел должного понятия, но что-то подсказывало мне – правда на моей стороне.

Поэтому я снова пошел в словесную атаку, благо больше на поясе у забияки ничего смертельного на вид не болталось.

– Братишка, - вновь окликнул я все еще удивленного Флина, понемногу приближаясь к стражнику, чтобы успеть оказаться рядом, если тот найдет что еще в меня метнуть, - если в городе капралы стражи не могут попасть в не-рас-то-роп-но-го деревенщину, то как здесь планируют выигрывать Великие Игры? Сражаясь на стенах города, врукопашную? Так этот Стинк себе даже пальцем в нос не попадет, чтобы в нем поковыряться, раз не попал в меня…

Договорить я не успел, так как задумка стала воплощаться даже раньше времени. Неуравновешенный стражник бросился на меня с кулаками.

Это зрелище выглядело бы очень смешным, не будь оно таким печальным. Наверное, примерно так смотрелась со стороны та детская драка за школой из моего недавнего сна. Вот только теперь драться пытался взрослый человек, считай – военный. И делал он это изумительно неумело. Мне даже не пришлось его бить, уходя от изображающего ветряную мельницу противника, я просто в один из его выпадов оказался сбоку от стражника и просто толкнул его бедром в таз. Поскольку противник в этот момент стоял в каком-то подобии широкой стойки, а ноги его были на одной линии, то равновесие с радостью и готовностью покинуло олуха, и тот распластался на досках не самого чистого моста. Хотелось бы мне, чтобы он на потеху публике шмякнулся в коровью лепешку, или в конское яблоко, но, к сожалению, данных продуктов жизнедеятельности крестьянских кормильцев и помощников в месте падения этого хама не оказалось.

И все же эффект от нелепого падения был. Теперь, не таясь, улыбались даже стражники.

– Ты устал, Стинк, - сказал самый возрастной из них, пока капрал, чертыхаясь, поднимался – вон, падаешь на ровном месте. Пошел бы, отдохнул…

– Да и нам пора, - засуетился перепуганный моим представлением Флин, - становясь между Стинком и все еще торчащим в досках моста оружием, - ты иди, брат, сразу поворачивай направо, потом все время прямо, а я тебя догоню!

Я глянул на противника. Его лицо заливало краской, но больше в драку он лезть не собирался. Все-таки не такой дурак, каким кажется на первый взгляд: понял, что дальше позор будет только сильнее.

– Скользко тут у вас на мосту, - буркнул я, переведя взгляд на мальчишку, - смотри не упади, а то нести тебя потом.

Сойдя с моста, я тут же повернул в указанном направлении и остановился, прислушиваясь.

Если бы конфликт со стражником вспыхнул с новой силой, пришлось бы экстренно возвращаться и решать его уже более радикальными методами. Но Флин, видимо, был тем еще дипломатом, потому что меньше, чем через минуту он уже чуть было не впечатался в меня, выскочив из-за поворота.

– Ты слишком хорошо вжился в роль балбеса, раз ввязался в конфликт с капралом! – выпалил он. – Никто умный так не поступил бы! Стражники – люди не самой уважаемой профессии, но и драку с ними затевать не стоило!

– Да я его даже пальцем не тронул! – делано возмутился я. – К тому же легендой нужно заниматься. Вы же с Гарром сами хотели, чтобы твой родственник был туповатым. Так что я дебютировал в роли во всей красе!

– Скорее ты бросил на себя тень или выставил в не самом лучшем свете! – возразил Флин.

– Между прочим, ты, как художник, должен понимать, что тени только придают рисунку объем! – козырнул я невесть откуда полученными знаниями.

– Вот только из образа не выходи! – охладил мой пыл мальчишка. – У тебя на какое-то время даже лицо глупым быть перестало, и мне от этого как-то не по себе. Будто с незнакомцем разговариваю.

Поборов мимолетное желание отвесить мальцу подзатыльник, я начал осматриваться по сторонам.

Что я вам скажу – антуражно! Перво-наперво меня удивило то, что я не чувствовал особой вони, которая, как я слышал и читал, была извечным спутником тех же европейских средневековых городов. Да, пахло далеко не розами, но в целом, нормальный воздух – глаза не слезятся.

А еще тротуары! Мало того, что они есть, и сделаны из плотно подогнанных друг к другу плоских булыжников, так еще и выполнены они немного под наклоном. Края чуть выше, а центр – ниже.

– Это для стока воды сделано? – высказал я единственную пришедшую в голову догадку?

– Да, - подтвердил Флин, - внизу по улице будет колодец, а под ним подземный желоб. Конкретно с этой улицы вода после дождя стекает в защитный ров. Поэтому там никто и не купается даже в сильную жару. В ливень многие жители выплескивают из окон кому что не лень, сам понимаешь.