Чтение онлайн

И, блин, снова никто не удивился.

Я рассердился и решил, что если случится что-то из ряда вон выходящее, то назло всем останусь непоколебим!

И потом я еще долго шел, ворча на эту тему и возмущаясь всеобщим спокойствием, неизменно проявляемым при встрече со странностями.

— А как ты чувствуешь здешнюю магию? — спросил Гарр, поравнявшись со мной в очередной раз.

Досадливо крякнув, что сам не догадался проверить столь важный момент, я активировал магическое зрение. Вышло это обескураживающе легко и просто. Какая-то очень мягкая податливая и ненастойчивая энергия была везде и всюду. Ее потоки накатывали на меня, как волны теплого моря, разбиваясь и откатываясь назад.

И тогда я вдруг понял, что могу открыться этой субстанции и пустить ее в себя. Сделав это, понял, что теперь они проходят сквозь меня, не задерживаясь и даже, кажется, не догадываясь о моем существовании.

Прервав сеанс волнотерапии я обнаружил, что совсем не потратил собственной энергии.

— Энергии здесь полно, правда она какая-то мягкая, что ли, — описал я свои ощущения.

— Да, — согласился Гарр, — я тоже сейчас так чувствую, но иногда попадаются места, где нельзя воспользоваться даже внутренним ресурсом. И таких нехороших мест гораздо больше.

В этот момент мы снова услышали восхищенный свист Стуна.

На этот раз мы вышли в громадный зал, оканчивающийся стеной с нишей, уходящей куда-то вниз. А в этой самой нише расселись три больших — метра три в холке — каменных горгульи.

Они напомнили мне тех самых трех обезьян, которые: ничего не вижу, ничего не слышу, никому ничего не скажу. Вот только наоборот! У первой вместо глаз были громадные небесно-голубые камни. У второй уши были оттопырены настолько, что больше походили на два обзорных локатора, там более, что из каждой ушной раковины выдвигались какие-то едва заметно вибрирующие волоски.

А вот третья…

С ней явно что-то было не так. В широко открытом рту было как-то очень подозрительно пусто. Там явно должно было что-то находиться!

А оно и находилось! Пока к ней не подошел Хрюн!

Пораженный и оглушенный своей догадкой я резко обернулся к библиотекарю.

— Хрюн! Что там было?! Немедленно верни на место, пока не поздно!!!

— Поздно… — услышал я за спиной очень приятный и абсолютно незнакомый голос.

И холодный пот тут же заструился по спине.

Глава 13. Безумно разговорчивый монстр

Говорила горгулья. После произнесенного слова она взяла паузу на то, чтобы отряхнуться и расправить крылья.

После настоящего контролируемого камнепада оказалось, что размеры монстра не столь велики, особенно, если сравнивать с двумя оставшимися недвижимыми статуями.

Про зажатый в руке топор я вспомнил уже после того, как Стун начал медленно подступать к новой опасности, нацеливая на существо острие алебарды.

— Я бы не советовал, — сказала горгулья, оценивающе осмотрев великана, — в этот раз не только древко сломаться может, но и металлическая часть пострадает. Я гораздо крепче тех пустотелых крепышей, что против своей воли снабдили вас бесполезным, по сути, оружием.

— Оно помогло нам попасть в замок, — возразил Флин, первым нашедший в себе силы заговорить с общительным существом.

— Брось, юноша, — взмах верхней (передней?) лапы, — найди вы сразу лестницу, это элегантно решило бы вопрос с проникновением. А так, пыхтели, карабкались, ребят разбудили, а потом еще и поломали. Они ведь до сих пор там не могут понять, как им быть. Они ведь там поставлены следить за порядком. А их доспехи и оружие — часть устоявшегося порядка.

— А что они собирались с нами делать? — уже освоился в беседе Флин. — Оружия в руках у меня и у Хрюна не было, но доспехи все равно двигались к нам.

— А что ты хочешь от пустоголовых железяк?! — захлопал тяжелыми веками монстр. — К самообучению они не способны. Кто был для них нарушителем порядка? Вы. Это уже потом, когда их оружие не просто переместили в рамках замка, а сломали, тогда, да, тогда главный враг — Женя.

Монстр даже протянул было ко мне непропорционально длинную лапу, намереваясь похлопать по плечу, но передумал и вернул ее обратно, заложив ладонь подмышку.

— Простите, а как мы можем к вам обращаться? — уточнила Рина. — Невежливо как-то разговаривать с местным жителем, не зная, как к нему обращаться.

— Дедушка! — губы монстра обнажили жуткий оскал — горгулья приветливо улыбнулась. — Ты и этот распрекрасный полукаменный малютка можете смело называть меня Дедушкой! Женя может говорить мне «Дружище». Я знаю, он любит это слово. Иллюзионист… Маг хорош! Настоящий самородок. Именно из-за таких, как он, я в свое время и полюбил этот мир…

На этом горгулья замолчала на несколько минут. Взгляд больших глаз ночного хищника затуманился, тело вновь стало покрываться каменной коркой.

Мы тоже не издавали никакого шума, очень надеясь, что монстр вновь превратится в статую.

Но не тут-то было!

Встряхнувшись, устроив фонтан каменных брызг, мой Дружище уставился сначала на Хрюна, а потом на Флина.

— Вы можете называть, как хотите. Вас в изначальном расчете вообще не было. Точнее, вы были, но как те самые парни, которыми можно пожертвовать для драматичности сюжета…

— Прости-ка за прямоту, Дедушка, — перебил монстра Стун, — но я должен спросить, в полном ли ты душевном равновесии? А то ведь, не сердись, пожалуйста, но у меня возникают сомнения на этот счет.

— Ты про то, что я здесь пробыл тьму времени в одиночестве? Или изъясняюсь я не слишком понятно? Если первое, то время — понятие относительное. Если уметь с ним договариваться, то жить можно не долго, а медленно, тогда его пагубное воздействие сводится практически к нулю. К тому же, время действительно умеет лечить. Да, я был болен, очень серьезно болен, но опыт и время помогли мне остановить болезнь и повернуть ее вспять. Теперь я скорее здоров. Но, согласись, внучок, тут я слегка необъективен.

— Получается, что те стражники нас двоих убили бы? — уточнил Хрюн.

— Ни в коем случае! — повысил голос Дружище. — Что я монстр, что ли? Нет. Они бы притащили вас ко мне, а за ними тащились бы следом и ваши друзья. Так или иначе, пробудился бы один из моей троицы, — взгляд в сторону двух оставшихся истуканов, — и дальше мы бы пошли все вместе. Точнее, вы бы пошли, а я еще и летать умею.

— Вы же тяжелый, — проявил профессиональный интерес основоположник местного воздухоплавания Флин, — как вы можете летать? Только за счет магии?