Чтение онлайн

А еще неожиданно заметила внутри у Барби словно бы маленькие искорки разных цветов: голубую, желтую, красную и зеленую. Они вертелись друг вокруг друга в районе груди. И такие же были видны в теле ее ребенка, только у него голубая была сильнее прочих раза в два.

– Твой сын тоже будет магом, - сказала неожиданно для себя самой, а затем проморгалась, настраиваясь на обычное зрение.

– Сын?
– она удивилась.
– Вы можете сказать пол ребенка?

Я кивнула, вновь вглядевшись в ребенка и почти ощупав его со всех сторон магией. Не особенно я разбиралась в детях, но на мой взгляд было все хорошо несмотря на вчерашнее купание:

– Да, сильный красивый и здоровый мальчик.

Она улыбнулась, хотя в глазах ее стояли слезы.

Вхождение нашей шикарной яхты в бухту маленького поселка, конечно, произвело на местное население незабываемое впечатление. Для других судов тут было мелковато, но яхточка имела не слишком глубокую осадку, да и я тщательно следила за глубиной и поддерживала судно водой, чтобы не сесть на мель, а паруса использовались чисто для вида. Схождение же с корабля опальной учительницы и вовсе произвело шокирующее впечатление. Не знаю, заметил ли кто-то вчера ее исчезновение, но, когда мы шли к ее дому, нас сопровождала едва ли не вся деревня. Люди перешептывались и распространяли вокруг себя облака негативных эмоций: зависть, неодобрение, гадливость, стыд - все было так густо замешано, что и не разберешь.

Барби зашла с полуорками в дом, чтобы собрать вещи, а я с Гартом осталась во дворе, тогда-то к нам и подошел какой-то полный мужик с лоснящимся от жира лицом.

– А вы кто, простите, уважаемая?

– А я тетя Барабуры по материнской линии, - соврала, не моргнув глазом.
– Она мне написала, что что-то у вас тут странное с транспортом, никак не могла до меня доехать. Вот пришлось несчастной инвалидке самой за племянницей плыть.

– Как же вы можете?!
– возмутился мужик, а потом наклонился ко мне и зашептал: - разве вы не знаете, что она ребенка нагуляла? Ее даже из учителей выгнали за...
– он произнес слово, которого я прежде не слышала, но по эмоциям и так было понятно, что обвиняет он мою «племянницу» в том, что она женщина с низкой планкой социальной ответственности.

Гарт, услышав это, схватился за свой кортик, но я подняла руку, останавливая:

– Жених ее погиб в море, ужасная трагедия, - произнесла я, глядя этому типу прямо в глаза.
– Если бы вы отнеслись к девушке с сочувствием, родила бы она и вырос бы у вас в деревне сильный маг. Она ведь и сама одаренная, пусть и не обучена, а сынок ее и вовсе далеко пойдет. Но теперь и к лучшему, такой маг моему роду очень даже нужен, может, меня от болезни излечит, - и с этими словами я послала ему такой же поток эмоций. Душа его наполнилась разочарованием, жадностью, жалостью... он без промедления поверил в мои слова и ощутил всем своим существом все упущенные возможности, которые я описала и которые додумал сам.

– Я готова, - Барби вышла из дома с маленькой сумкой с вещами, а следом за ней двое полуорков тащили несколько баулов и здоровенные связки с книгами. Я довольно улыбнулась.

Когда мы вернулись на корабль, я увидела, что эмоции в толпе изменились - тот человек успел рассказать об услышанном, и по толпе распространилось недоумение, сожаление, зависть... эмоции так легко заражают людей, да только злость, зависть и брезгливость прежде распространились между ними быстрее, будто круги по воде.

Когда мы уже покинули негостеприимную бухту, я махнула рукой, сама не понимая своей злости и того, что творю. Но от меня отделилось облако силы, словно веер брызг она разлетелась в стороны и упала в воду. И все крупные рыбы, почувствовав ее, ринулись прочь из этих мест. Не будет тут больше доброй рыбалки, как прежде.

Я решила забить на мнение местных жителей и зайти в порт, чтобы пройтись по магазинам - нам нужно было закупиться вещами. Конечно, Барби причитала, что у нее есть все необходимое, но на деле у нее не было нормальной одежды для беременных, она просто расшивала свои старые платья и юбки, если это было возможно. Да и в целом ее гардероб не менялся со времен жизни с отцом, она все экономила на будущую учебу, а потом эти средства уже стали потенциальным приданым для будущего малыша.

Когда мы вошли в бухту, оказалось, что команда нас потеряла, на пристани нас встречали как долгожданных гостей. Все выглядели смущенными, а Марус едва ли не пустил слезу:

– Мы думали, что вам больше не нужны, вот вы и уплыли, - признался он и получил подзатыльник от Дорепа, но по их эмоциям я видела, что он по молодости выдал то, о чем думали все.

В общем, по магазинам мы пошли полным составом, присоединилась даже жена Клифа -молодая пухленькая подвижная женщина - Вуря, посадившая сына, которого некуда было пристроить, мужу на шею. Она, услышав о необходимости переодеть мою новую подопечную, немедленно взяла нас обеих в оборот и потащила в единственную в городе лавку портнихи. Да, по сравнению с деревней, где жила Барби, я все же готова была признать это поселение городом.

Между делом Вуря и выдала, что едет вместе с мужем, раз есть такая возможность.

– Моя мама тоже поедет, если уж можно, - вставил Марус.

– Мои останутся - у зятя тут дело, семья, наследство, - с грустью вздохнул Рэн.

– А я б рад, если бы моя старуха осталась, так нет, понесло же ее на старости лет на приключения, - проворчал Дореп, но я видела по эмоциям, что на самом деле он рад.
– А дети давно уже по стране разъехались, сын в армии, ему все равно, куда в увольнение приезжать: что сюда, что в Уркатос. А дочь, - он махнул рукой.

Я вопросительно покосилась на Гарта, и тот пояснил:

– Дочь Дорепа уехала с труппой странствующих менестрелей.

– Не сидится моим потомкам на месте, все гонит их куда-то свет Желтой луны, что покровительствует странникам.

Я в очередной раз сделала себе зарубку в памяти, что нужно разобраться с местной религией.

В лавке портнихи мы пробыли недолго, выбор одежды, подходящей беременным, там был откровенно скудным, а ткани не слишком хорошего качества, но я выбрала несколько платьев большого размера, которые портниха согласилась ушить по длине и присобрать в плечах. Получился несколько своеобразный дизайн, но Барби хотя бы не выглядела как бедная родственница.

На обратном пути мы зашли на рынок, чтобы прикупить чего-нибудь перекусить, и я заметила на отшибе странное здание - квадратная в своем основании башня, довольно скучная из темно-серого местного камня высотой всего-то в два этажа или чуть выше, но по местным меркам и это - высотка. Сперва я подумала, что, может, это местный маяк, но потом сообразила, что она стоит слишком далеко от берега. Потом она напомнила мне часовую башню, потому что сверху на ней было что-то круглое, но, присмотревшись, я поняла, что часовых стрелок нет (да и вообще я часы в этом мире не встречала), скорее это просто круглое окно, забранное серо-голубым стеклом.

– Что это?
– все же полюбопытствовала я.

– Храм, конечно, - удивилась Вуря.
– Хотите зайти?

– Если можно, - кивнула я с любопытством.
– Никогда не видела храмов в Империи, у нас на островах все несколько иначе...

Услышав мои слова, Барби перешла в «учительский режим» и зарядила лекцию, как заправский экскурсовод:

– Люди в Империи поклоняются Четырем Лунам, что олицетворяют силу Четырех Стихий или Элементалей.

Внутри храм оказался довольно скучным, не сравнить с земными православными храмами: никаких росписей на стенах, все те же серо-черные скучные камни, никакого ярко оформленного алтаря или статуй. Большое квадратное помещение, в каждой из четырех стен которого были круглые окна, а под ними по входной двери, так что здесь не было никаких задних скрытых от посещения помещений или чего-то подобного. Единственная разница - стекло в окнах раскрашено в разные цвета: голубой, желтый, красный и зеленый. Витражи не наборные, без рисунков, и отбрасывают на пол простые однотонные овальные блики, рассеченные на клеточки оконным переплетом.