Чтение онлайн

14 апреля 1931 года произошла революция в Испании. Республиканцы (объединение всевозможных леваков, в основном социалистов-троцкистов и анархистов), победившие на выборах в подавляющем большинстве муниципальных округов, свергли короля Альфонсо Тринадцатого и учредили Вторую Испанскую Республику. Оказывается, уже вторую. Не знал. Никогда Испанией не интересовался.

Король подписал манифест, в котором признал свои ошибки и отказался возвращать свой статус путём насилия. При этом от короны он не отрёкся, однако и этого хватило, чтобы его отпустили с миром, вместе с семьёй и целым пароходом королевского имущества.

Временное правительство провозгласило курс на построение демократической республики трудящихся всех классов (основанной на началах свободы и справедливости), предоставление избирательных прав женщинам, отделение церкви от государства (прежде всего в образовании), лишение дворянства каких-либо привилегий, а также разрешение разводов. В общем, за всё хорошее против всего плохого. Благие намерения в самой нищей и отсталой стране Европы.

В Мадриде у нас один из хабов «Космос Эйрлайнс», но особой ценности он не представляет. Даже если его обобществят (экспроприируют), мы не сильно расстроимся. Во-первых, потеря эта будет временная, а во-вторых, на межконтинентальные линии уже вышел СИ-3, и надобность в промежуточных посадках отпала.

В самой Испании пассажиров очень мало, а Южная Европа (Франция, Италия и Португалия) и так предпочитала летать через Дублин. К Гражданской войне в Испании мы готовились и мадридский актив развивали по остаточному принципу. Основная его ценность в земельном участке, а этот участок мы обязательно вернём. Да ещё и неустойку стрясём, освобождением от налогов, так что в добрый путь: «До основанья, а затем…»

Собрание Организации в Гаване Руса мы устраивали дважды в год — на Рождество и Первомай. На Рождество собирались узким кругом, обсуждать общий бизнес и внутренние дела Соединённых Штатов, а на Первомай проводили большой сбор, для обсуждения глобальной повестки.

Первого мая 1931 года самым актуальным для нас вопросом стал Треугольник. Создание нашего собственного государства назрело.

Сергей Юрьевич Лосев провёл съезд-конгресс землевладельцев, чьи имения предполагалось принять в состав новой южноамериканской республики, и получил всеобщую единогласную поддержку. Желающих присоединиться было гораздо больше, но большинству пришлось отказать, чтобы не портить отношений с соседями.

Согласием о признании в обозначенных границах мы уже заручились у Советского Союза, Японской империи, Третьего рейха, Аргентины, Бразилии, Уругвая и Парагвая, а для успешного старта этого вполне достаточно. Основные торговые партнёры нас признают сразу, а со временем и остальные никуда не денутся.

Золотой запас накоплен очень солидный, сорок тысяч гектаров земли вокруг столицы в нашей собственности, армия и служба государственной безопасности имеются, так что пора начинать.

— И как мы назовёмся? — поинтересовался Генри Форд.

— Триангуло — название счастливое, приносит нам удачу, — заметил Морган, — предлагаю его и принять.

— Не только удачу, — поддержал я Джека, — но и деньги. Бренд «Триангуло» уже сам себя продаёт.

Это действительно так. Бренд у наших торговых партнёров раскрутился отлично. За товар под маркой «Triangulo» покупатели готовы платить больше, при прочих равных. Это уже тоже своего рода знак качества. Зачем что-то менять?

— Не эстетично.

— Непривычно, — согласился Джек, — ничего, привыкнем. Название, как название, ничем не хуже других.

Это точно. Ничем не хуже Гондураса.

Название приняли, приняли и план развития. Город у нас будет всего один, на нашей собственной земле, зато довольно большой — четыреста квадратных километров и начнём мы его развивать с переноса части предприятий из Швейцарии. Вместе с сотрудниками, разумеется. На наших швейцарских предприятиях работают в основном гастарбайтеры из Германии, Австрии, Франции и Италии, которых из страны, в случае потери работы, погонят сразу, так что с этим проблем не возникнет.

В Швейцарии у нас уже проблема с соблюдением режима секретности, соблюдать этот режим всё сложнее и дороже, поэтому срочно нужно переносить оттуда производства полупроводников, реактивных двигателей, вертолётных турбин и, главное, лабораторию теоретической физики Нильса Бора, который уже открыл возможность деления ядер атомов урана, с выделением колоссального количества энергии.

Нильс Бор и его команда (включая Оппенгеймера и Курчатова), подписали в контрактах обязательства неразглашения результатов своих исследований (которые стали интеллектуальной собственностью «Zurich Technologies AG») и получали за это огромные зарплаты, но подлый враг очень коварен, поэтому лучше спрятаться подальше, чтобы уберечь людей от греха предательства и последующего справедливого возмездия.

Города с нуля мы строить уже умеем, а тут даже не с нуля будем начинать — ядро уже сформировано. В наличии современный аэропорт, речной порт, отличный госпиталь, культурно-спортивные и образовательные объекты. Университета пока нет, но вложиться мы в него готовы. Что именно исследует команда Бора пока никто наших не понимает, но верят мне на слово, что на это не жалко никаких денег.

Верят, конечно, я ведь со своими провидениями ещё ни разу не пролетел. Да и не такие уж большие это теперь для нас деньги. Можем себе позволить строительство собственного Наукограда.

— Государству нужна Конституция, — напомнил Лосев.

Сергей Юрьевич будет нашим первым президентом, его кандидатура устраивает всех. Вполне естественно, что он об этом заботится. Вот только никто из нас конституции писать не умеет. Ни одного расового юриста в наших рядах нет. Придётся привлекать со стороны.

Нам нужна Конституция нейтрального государства с очень сильной государственной властью. Какой-то парламент нужен для обратной связи с народом, но именно для связи, а не для принятия популистских решений. Кто умеет писать такие конституции?

— Мы привлекали специалистов из России, — напомнил Георгий Семёнович Готуа.

Это он про Маньчжурию. Там тоже всё было непросто, тоже требовалось обозначить нейтральный статус, совместив его с Советскими законами, рублёвой зоной, да ещё и определением особого экономического статуса Харбина. Получилось, вроде, неплохо, пока всех всё устаивает.

Да, Конституция — это основной закон, но это не Заповеди Божьи. Конституцию можно править и менять.

— Их и привлечём. Организуешь, Григорий Евсеевич?

— Сделаю, — заверил собрание Зиновьев.

С Боливией всё понятно, война там закончилась, осталось принудить к миру Чили и можно проводить плебисцит. Подавляющему большинству населения всё равно — как будет называться их страна и где засядет правительство. В Асунсьоне — даже лучше. В этом случае все военнопленные боливийцы станут гражданами Парагвая и получат свободу. К тому-же им обещано снижение налогов. Возможность для этого имеется. Армия Парагваю больше не нужна, хватит Национальной гвардии, а это очень серьёзная экономия. Боливия содержала двухсоттысячную армию и стопятидесятитысячную Парагвай, и на что они сгодились? Даже стройбат из латиносов получается хреновенький, а про боеспособность и вспоминать неловко. В Национальной гвардии хватит пятидесяти тысяч служащих, остальное — чистая экономия.