Чтение онлайн

Избирательная кампания в Соединённых Штатах проходит по вполне ожидаемому сценарию. Герберт Гувер «отгрыз» у Рузвельта три процента на Нью-Йоркской конференции, продемонстрировав американцам, как в мире уважают его лично, а Марго на пиаре от «Граналь Медиа» добавила себе четыре. Сейчас счёт: двадцать три — двадцать шесть — пятьдесят один. А ведь мы пока свой медиаресурс задействуем едва-едва, практически на холостом ходу катимся. Ниже пятидесяти мы Рузвельта точно опустим. Такая себе у него будет победа, на триумф совсем непохожая.

— Они в курсе.

Доходим до Эрмитажа. Там нас встречают Григорий Зиновьев и Сальвадор Дали. Завтра в одном из залов открывается выставка работ моего испанского приятеля-художника с замысловато «съехавшей крышей». Дали уже звезда, пора эту звезду оценить в деньгах, а не мнениях различных экспертов. В Эрмитаже выставляются в том числе и принадлежащие мне картины друга Сальвадора на темы «Звёздного десанта» и «Властелина колец» из нью-йоркского и ленинградского номеров Астории. Одна из картин моей коллекции будет продана. Та, за которою предложат лучшую цену к первому сентября.

Дали уже продаёт свои работы, но за сущие копейки — по две-три тысячи долларов/рублей, я же рассчитываю, причём вполне обоснованно, тысяч на сто.

Здороваемся, проходим в зал с экспозицией. Под четырьмя фаворитами из моей коллекции таблички с извещением, что картина может быть продана, а условия покупки можно узнать у администратора выставки. Администратор — один из адвокатов из конторы мсье Анри Контесона. Помните его? Граф Алексей Алексеевич Игнатьев мне его рекомендовал. Сейчас мсье Контесон администрирует все наши швейцарские активы, а в штате сотрудников его юридической компании в Женеве уже больше сотни только дипломированных адвокатов и нотариусов.

Не то чтобы я горел желанием «отжать» бизнес у Сотбис и Кристи, но раз уж представился случай, то почему бы не «пошатать трубу» у этой почти монополии? Случай действительно очень удачный — тут тебе и Олимпиада, и Эрмитаж, и раскрученный уже Сальвадор Дали.

Джек «завис у полотна 'Битва за Осгилиат», из моей ленинградской коллекции на тему «Властелина колец». Это одна из четырёх выставленных на конкурс лучшей цены картин. Я уже осмотрел и оценил все новые работы, а Морган всё не шевелился, стоял, как загипнотизированный.

— Всё в порядке, Джек?

— Всё в порядке, Эндрю. Это тоже твоя собственность? Я не видел её в Нью-Йорке.

— Это из ленинградской коллекции. В Нью-Йорке у меня «Звёздный десант». И чего тебя эта картинка так приморозила?

— Пока не пойму, но именно что приморозила. Аж мурашки по позвоночнику. Сколько ты рассчитываешь за неё выручить?

— Ничего заранее не рассчитываю. Сколько рынок определит, столько и будет. Может и вовсе не она продастся, я ведь четыре картины выставил на продажу, а продам только одну из них, за которую больше всего предложат. Это ведь не от нужды, сам понимаешь. Хочу оценить свою коллекцию, а этот метод самый честный. Да и Сальвадору не помешает узнать свою цену.

— Этот Сальвадор из той же копилки твоих чёртовых гениев, что и Эйзенштейн?

Улыбаюсь как можно более располагающе.

— Из той же моей чёртовой копилки гениев и ты, Джек.

— Польщён, честное слово, польщён, Эндрю. Где этот чёртов администратор? Он по-английски говорит?

— Выставка откроется завтра, Джек. Завтра и администратор придёт. По-английски он говорит.

— Завтра, так завтра. А свои работы ты продавать не собираешься?

— Нет. Оценка этих работ меня не интересует. Это не картины, а наброски-зарисовки сцен фильмов Диснея, живописцем я себя не считаю. Астория выделяет мне за их экспозицию приличные апартаменты, и этого пока вполне достаточно.

Несмотря на Великую депрессию, на десятые летние Олимпийские игры в Ленинграде заявилось больше стран и участников, чем на девятые в Амстердаме. Международный Олимпийский Комитет подписал спонсорские контракты с «Граналь Медиа», «Космос Эйрлайнс» и швейцарским производителем спортивной экипировки и аксессуаров «Триангуло Спортс Экипмент», на очень приличную сумму в четыре миллиона долларов, и на эти деньги обеспечил рекордное представительство.

Деньги и правда немалые (для двадцатых годов двадцать первого века это эквивалент полумиллиарда), но за них мы получили эксклюзивные права на организации трансляций Игр, с правом подачи рекламы в репортажах (для «Граналь Медиа»); статус официального Олимпийского перевозчика (для «Космос Эйрлайнс») и контракт-обязательство МОК об экипировке олимпийцев продукцией «Triangulo Sports Equipment», с правом использования олимпийских колец в фирменном логотипе компании.

Все контракты заключили до 1972 года включительно (на десять летних и девять зимних Олимпиад), то есть за каждые Игры заплатили чуть больше двухсот тысяч долларов. Это уже сущие гроши, но других спонсоров у МОК не нашлось.

Впрочем, Олимпийское движение в накладе не останется, теперь его популяризация — наша забота и эту заботу функционеры почувствовали уже на десятых летних Играх в Ленинграде.

Для начала нам удалось примирить МОК и ФИФА. Футбольный Олимпийский турнир состоится под двойной эгидой, он же станет первым Мундиалем для молодёжных команд (игроков не старше двадцати четырёх лет), то есть обретёт дополнительный статус и поддержку ФИФА. Футбольные матчи состоятся в трёх городах — Ленинграде, Москве и Гельсингфорсе, шестнадцать команд разыграют титул чемпиона по олимпийской системе, начиная с одной восьмой финала. Все переезды из города в город на скоростных электропоездах для олимпийцев оплачивает спонсор (здесь «Космос Эйрлайнс»).

«Граналь Медиа» взялся организовать фан-зоны для совместного просмотра телетрансляций в летних кафе (в том числе в биргартенах Берлина), а «Триангуло Спортс Экипмент» одел-обул-обеспечил инвентарём всех олимпийцев бесплатно.

Организованы Игры были на высшем уровне, Советское правительство во главе со Сталиным отлично понимало важность таких мероприятий для создания положительного имиджа самой прогрессивной страны в мире, они понимали, что положительный имидж — это ресурс, свободно конвертируемый и в политику, и в экономику, поэтому очень постарались.

Товарищ Сталин лично призвал жителей Ленинграда, Москвы и Гельсингфорса поддержать спортсменов, а руководителей предприятий предоставлять желающим поболеть работникам отгулы и отпуска.

Благодаря этому призыву, трибуны спортивных объектов заполнялись полностью, а МОК в итоге только с билетов заработал полтора миллиона рублей (миллион семьсот тысяч долларов по курсу на тот момент).

На церемонию открытия 30 июля 1932 года прибыли главы шести государств (Третьего рейха, Финляндии, Маньчжурии, Империи Цин, Китайской республики Гоминдан и Треугольника), что само по себе стало исключительным событием, вызвавшим широкий общественный резонанс во всём мире.

Общую победу в неофициальном зачёте одержала олимпийская команда СССР. Из ста восемнадцати комплектов наград, разыгранных в пятнадцати видах спорта, советские спортсмены завоевали тридцать девять золотых, тридцать три серебряных и тридцать одну бронзовую медаль. Вторыми стали немцы (тринадцать-одиннадцать-девятнадцать), третьими американцы (двенадцать-шестнадцать-девять).

Футбольный олимпийский турнир в третий раз подряд выиграла сборная Уругвая, она же получила титул первого чемпиона мира среди юниоров.