Чтение онлайн

«Ситуация неприятная, но законность действий президента признал Верховный суд. Если хотите другие законы — голосуйте за конгрессменов Справедливости. Будь у нас в Конгрессе большинство — мы бы такого не допустили. Повторюсь — ситуация неприятная, но гражданские беспорядки — ещё хуже. Если Справедливость получит большинство в Конгрессе на следующих выборах — мы обязательно выясним — что за таинственные „эксперты“ готовят для президента Соединённых Штатов такие указы».

Весь этот спектакль прошёл в прямом эфире «Граналь ТВ Атланта», а на следующий день в записи по всем нашим каналам в САСШ.

Пятого мая 1933 года, социологические опросы показали, что, если бы выборы в Конгресс прошли завтра, за Справедливость отдали бы свои голоса шестьдесят три процента избирателей, двадцать за Республиканцев и всего семнадцать за Демократов. Это на неостывших эмоциях, но всё равно круто. «Граналь» — сила!

— Да уж, — оценил результаты опросов Жюль, — так мы сможем и импичмент Рузвельту организовать.

— Сможем, если захотим, но мы этого не захотим. Нам гораздо выгоднее, чтобы он пошёл на второй срок. Он — гарант победы Марго. Да и вообще — он наш благодетель. Не пойму — чего вы все на него злитесь. Он ведь для нас это золото собирает, чтобы нам было на что возвращать Америке величие.

Двадцать первого мая 1933 года войну Империи Япония-Ямато объявила Британская империя. Да, именно так, войну объявили сами британцы.

Вступивший в должность командующего Японским императорским флотом (уже полный адмирал) Исороку Ямомото, во исполнение воли международного сообщества о запрете торговли опиумом распорядился досматривать восточнее Сингапура британские трампы, следующие в Шанхай и Гонконг.

Пойманные с запрещённым грузом суда арестовывались и конвоировались в Кобе. На суды по японским законам, которые без лишних проволочек отправляли наркоторговцев капитанов и других причастных на виселицу, а суда и грузы конфисковывали в пользу казны. Нужно же хоть частично компенсировать расходы на борьбу Японского императорского флота со всемирно признанным злом.

Свою борьбу за здоровье всего человечества японцы не скрывали и даже рекламировали. Запись казни шести британских капитанов и их старших помощников, в присутствии британского же посла, предоставляли всем желающим. Стесняться здесь нечего, этим гордиться нужно. Посла, сразу после казни, объявили персоной нон-грата и из страны выслали, за поведение несоответствующее высокому дипломатическому статусу.

Естественно, такие вызывающе наглые действия Британия терпеть не стала и двадцать первого мая японскому послу в Лондоне было вручена нота с объявлением войны. Двадцать пятого, такая-же нота была вручена послу в Амстердаме.

Голландцы не поддерживали торговлю опиумом, на ней они не зарабатывали, но деваться им было некуда. В Юго-Восточной Азии они до сих пор сохраняли своё присутствие только милостью британцев, так что отказать не смогли, а вот французы соскочили.

Во Франции уже назрела очередная революция, и не происходила она до сих пор только потому, что прогрессивные силы общества не могли договориться — какой из социализмов Франции подходит больше — Ленинский, или Гитлеровский. Ленинский демонстрирует лучшую динамику развития экономики, а Гитлеровский вполне себе натягивается на колониальную модель. Половина французских социалистов не желала признавать «наполовину бесов» /ссылка 53: определение Киплинга в стихотворении «Бремя белых»/ равными себе. Впрочем, о Франции позже.

Британцы — архитекторы и строители существующего миропорядка. Больше века они определяли правила игры, карали и миловали, штрафовали и поощряли, взращивали агентов влияния во всём мире, поэтому разведка у них в моменте была безоговорочно лучшей, но главную цель японцев они так и не вычислили.

Японцы не вырабатывали планов захвата Калимантана (Борнео). Император Хирохито отлично понимал, что, если штабы армии и флота этим займутся — все планы моментально утекут на Проклятый остров, где на каждый обдуманный и выверенный ход будут искать противодействие, и обязательно какую-нибудь гадость придумают.

Плана у японцев не имелось, только намерение, которое Божественный Тенно поручил воплотить в жизнь своему самому доверенному самураю — Исороку Ямомото. Ямомото было поручено импровизировать самому, ничего не доверяя штабам. Искать состояния сатори (дзен) и в нём принимать решение.

Вот мой хороший приятель Исороку-сан и импровизировал. Устраивать неспровоцированную агрессию он счёл ходом неразумным, поэтому начал с борьбы за благо всего человечества — борьбы с опиумом. Рузвельт, конечно, тот ещё говнюк, но вот так сразу перевернуть игорный стол и выхватить кольт ему будет очень непросто. Решение о запрете торговли опиумом международное сообщество принимало в Нью-Йорке, по инициативе президента Соединённых Штатов, так что кушайте теперь то, что сами заварили. На той конференции приняли решение с этим злом бороться, вот вам борьба. Осудить её Рузвельт не мог, да и проблем у него без того хватало — американцы из-за указа о конфискации золота чуть было не устроили вторую гражданскую, в Америке и так подозревают в Рузвельте британского агента, причём небезосновательно. Да, Конгресс и Верховный суд хозяева «Старых денег» купили, но и так прошли по самому краешку, чтобы ещё и открыто поддерживать британцев, да ещё и в торговле опиумом.

В общем, адмиралу Исороку Ямомото удалось представить Империю Ямато в самом выгодном свете. Нелюди-британцы не пожелали смириться с потерей прибыли от наркоторговли и напали на страну, защищавшую всё человечество от этой дряни.

Ну, не сказать, чтобы прямо-таки напали-напали, напасть-то они как раз не успели, однако намерения свои обозначили ясно, и адмирал Ямомото с чистым сердцем и холодной головой ударил первым. Нет, не по Калимантану, Гонконгу, или Шанхаю, как от него скорее всего ожидали, он ударил сразу по Сингапуру.

Сингапур в этой истории стал аналогом Перл-Харбора в той. Точно так же, в режиме радиомолчания, японцы подкрались и ударили. Два ударных авианосца и сопровождающая их «челядь», как в эпоху до изобретения радио, управлялись флажными сигналами. Радиорубки на кораблях опечатали, а под телеграфные ключи подложили резину, чтобы не проскочила даже случайная искра. Такого средневекового коварства британцы не ожидали, и огребли за это по самое «не балуй».

Сингапурская стратегия британцев /ссылка 53: Военно-морская стратегия Британской империи на Дальнем Востоке в период между двумя мировыми войнами/ предполагала строительство в Сингапуре укреплений, которые, в случае нападения японцев, смогут продержаться до прибытия основных сил Royal Navy, но строительство это фактически только началось.

То есть, началось-то оно больше десяти лет назад, но и проект постоянно корректировался и финансирование выделялось явно недостаточное. Корректировки в проект внесло развитие авиации, а финансирование урезали более чем на две трети — сначала на треть после отказа Германии выплачивать репарации, а потом остаточный бюджет ополовинила Великая депрессия. В общем, к моменту подхода Японского императорского флота, никакой единой системы укреплений не имелось, только несколько разрозненных объектов, а ПВО обеспечивали старые морские трёхдюймовки, на старых же морских (немного модернизированных) станках, наводимые вручную.

Серьёзную силу из себя представляла Сингапурская эскадра, целый флот, с двумя новейшими линкорами «Нельсон» и «Родней» в основе, но их японцы подловили у пирсов, с частично отпущенной на берег командой. Уж чего-чего, а нападения целого флота на главную базу в Сингапуре, всего на восьмой день войны, британцы точно не ожидали. Шанхай — да, Гонконг — возможно, а Сингапур — точно нет. Корабли пополняли припасы, бункеровались и готовились к выходу третьего июня. Ямомото ударил двадцать девятого мая.