Чтение онлайн

Советский Союз тоже начал военно-морское строительство, но гораздо более скромное, можно сказать экспериментальное, и ведает им не Зиновьев, а народный комиссар Обороны Михаил Васильевич Фрунзе, но у Григория Евсеевича и без военных забав забот хватает. Ленинградом Зиновьев не управляет уже больше года, хоть и по-прежнему числится председателем Ленсовета. Зиновьев второе лицо во властной иерархии Советского Союза и задачи ему товарищ Сталин нарезает соответственно статусу — истребить национал-сепаратизм в Закавказье и Средней Азии, принять у немцев Привисленскую область (бывшее Царство Польское), заселить её и сделать преуспевающим Советским регионом, а теперь ему ещё и Дальневосточный кластер поручено развивать. В том числе и строить город в устье реки Пенжи и морскую плотину перекрывающую Пенжинскую губу, для приливно-отливной ГЭС.

Товарищ Сталин время не тянет. Как только учёные и инженеры подтвердили ему мои данные, тут-же Госплан получил задание включить этот проект в план Третьей пятилетки. Вот такой подход я очень уважаю. Здесь СССР ни копейки не тратит на поддержку различных интернационалов, негров и прочих дармоедов. Товарищ Сталин делает бизнес — строит корпорацию Антиимперия.

Корпорацию, акционерами-бенефициарами которой являются все советские граждане. Нужна такой бизнес корпорации приливно-отливная электростанция мощностью в восемьдесят пять гигаватт? Конечно! В другом месте эту электростанцию не построишь, значит нужно заселять земли вокруг неё. Такую прорву энергии грех не использовать, она ведь возобновляемая, а значит бесконечная. Закончатся на планете бокситы — можно будет производить водород. Газ взрывоопасный, но ведь производство его не завтра начинать. Технологии развиваются, разовьются и до использования водорода в качестве топлива. Бесконечного топлива, если кто-то с первого раза не понял.

А уж какую можно построить жизнь возле такого источника энергии — любой фантазии будет мало. Тропики под куполами устроить? Да запросто. Энергия — наше всё.

На третий Гран-при Гаваны Руса прилетели посмотреть президент Республики Испания (уже не Второй, а просто республики) Хосе-Антонио Примо де Ривера и Дуче Итальянской республики Бенито Муссолини. Повод отличный — в гонках принимают участие команды «Испано-Суиза», «Феррари» и «Бугатти», а интерес понятен. Разгромная победа партии Справедливость над конкурентами на промежуточных выборах, да над какими конкурентами — ещё буквально вчера незыблемым дуумвиратом Демократов и Республиканцев, сделала нашу «Кубинскую тусовку» очень интересной для хозяев «Старых денег», одним из которых, причём очень влиятельным, является Ватикан.

Ватикану мы ничего плохого пока не сделали.

Мы не сделали ничего плохого Ватикану, Испании и Италии, а также их прямым союзникам — Франции и Португалии. Мы вообще пока никому, кроме Дома Ротшильдов и их слишком талантливых подельников, ничего плохого не делали. Даже интернационалистов-троцкистов вырезали не мы, а боевики Гейдриха из Третьего рейха.

То есть плохое то мы, конечно, делаем, готовим слом всего колониального мироустройства в целом, но здесь имеется в виду конкретно плохое, то есть прямой адресный вред, поэтому парни вряд ли прилетели предъявлять нам претензии. Точнее будет сказать — сто сорок шесть процентов, что не за этим. Они прилетели о чём-то договариваться, но точно не с Батистой, или его карманным президентом Республики Куба.

Тогда с кем? Хороший вопрос. Кому из нас с ними общаться? Знаком с ними обоими только я один. Только я один заранее знаю — с кем здесь нужно знакомиться и устанавливать отношения. С Муссолини знакомы ещё и Морган с Фордом, а вот с герцогом Примо де Риверой только я. Я даже немножко поддерживал его «Испанскую фалангу» в самый материально тяжёлый период, когда до власти в Мадриде дорвались оголтелые троцкисты, которым сам Троцкий был недостаточно Троцким.

Тогда у герцога экспроприировали почти всё имущество, а я копеечками спонсировал его философский кружок. Не от себя, конечно. По легенде я находил герцогу спонсоров в Германии, Швейцарии и Латинской Америке, но это по легенде.

Герцог Хосе Антонио Примо де Ривера в такие фуфлыжные легенды не верит, парень он очень толковый. К тому-же, он упоротый католик, как бы противоречиво это не звучало в паре с толковый. Ещё один уникум, везёт мне здесь на них. Дружище герцог уверен, что раз он истинный католик, то все ништяки нисходят ему от Отца Небесного, Сына Его и Святого Духа, что бы это самое «Духа» не значило. В том числе и мои копеечки, полученные им от правящих язычников Третьего рейха — Адольфа Гитлера и Хайнца Хофманна, и еретиков-протестантов-швейцарских банкиров. Сам Господь послал меня помочь милейшему герцогу Хосе-Антонио.

— Говорить нужно, — высказал мнение Джек, — сейчас они нам как минимум не враги. За Дом Ротшильдов эти двое адвокатами точно не выступят. Сейчас для нас — это самое главное. Чтобы не мешали нам добить поганцев

— Договориться о нейтралитете с Ватиканом было бы неплохо, — согласился Рокфеллер, — католики те ещё фанатики-мракобесы, особенно в Латинской Америке, а у нас на неё довольно много завязано.

Это точно. В Южной Америке у нас уже выкуплены все основные месторождения лития. Я специально их уточнял во время крайнего похода за «Кромку», когда страховал Моргана и Эйзенштейна. Литий мы взяли под контроль не только в бывшей Боливии, а теперь Большом Парагвае, но и в Аргентине, Чили и Перу. Даже к концу двадцатых годов двадцать первого века той исторической реальности — это было восемьдесят процентов всех разведанных источников. Да и кроме лития у нас в регионе интересов хватает. Отжать их у нас Ватикан не сможет, но через мобилизацию «фанатиков-мракобесов» бизнес нам попортит запросто.

— Говорить нужно, — согласился с предыдущими спикерами Генри Форд, — только кому из нас? Насколько мы готовы вскрыть этим мракобесам суть своей Организации? Чего ты молчишь, Эндрю?

— Я всё ещё думаю. Кого бы мы на переговоры не выставили — это частично нас раскроет, а дальше — дело техники. Следят за нами давно, все контакты отслеживают, поэтому, с поступлением новой вводной, аналитики сделают много неприятных для нас выводов. И добро бы только в Ватикане, но только там это точно не удержится. Нам придётся частично вскрыться. Нам придётся задекларировать какие-то цели, либо отказаться от переговоров вообще. Второе, как вы понимаете, настроит против нас всех хозяев «Старых денег», а вот какие нам лучше задекларировать цели — я пока не решил.

— Антисионизм? — предложил Форд.

— Этим мы не откупимся. Ротшильдов они уже наверняка списали, или этот процесс находится в процессе подготовки списания с конфискацией их активов. Муссолини и Примо де Ривера вместе — это запрос намного глубже. Запрос в самую суть.

— Готовы ли мы заменить собой Ротшильдов и продолжать игру по старым правилам?

Джек теперь крут. Он один из «Хранителей кольца Всевластия» и мыслит соответственно. После похода за «Кромку» он сильно изменился. Все при этом меняются, но у Джона Пирпонта Моргана изменение произошло слишком полярное. Он был нашим самым упорным сторонником поиска компромиссов, а стал самым лютым радикалом. И зрит в самую суть. «Кольцо Всевластия» воздействует.

— Вроде того. Узнать это, конечно, хотят все, но не всем интересны «новые Ротшильды» по старым правилам. Думаю, Ватикану такое как раз не интересно. Это ведь не их правила. Этой каретой «Старых денег» они не управляли. Тянули её лошадью, причём пристяжной. Для такой древней и влиятельной организации — это унизительная роль. Думаю, Ватикан ищет возможность повышения своего статуса. Они ведь не идиоты и прекрасно сознают, что их религия как бизнес чахнет слишком быстро. Ватикану нужны новые правила в новой игре.

— А нам это невыгодно? — спросил Морган.

— Не знаю пока, Джек. Не успел ещё всё обдумать посчитать. Слишком много вводных-переменных. Любой договор — это компромисс, то есть положение, в равной степени не устраивающее обе стороны. При договоре, обязательства придётся принимать и Ватикану и нам. Если мы примем на себя меньше обязательств, чем другая сторона, то выгодно.

— Что нам нужно от Ватикана, если Ротшильды и так в процессе списания? — поинтересовался Рокфеллер.

— Например информация о третьем хозяине «Старых денег». Мы ведь ничего не знаем об этой группе очень опасных тварей.