Чтение онлайн

Британское королевство ведь не принимало на себя никаких обязательств, ему и карты в руки. Балтийское море должно стать и станет внутренним морем Империи Севера, Русской Империи Севера. Именно Русской Империей. Не этнической, а языковой. Язык — это главное. Язык — это культурно-цивилизационный код. Именно поэтому, Савелий не запускает в мир книг и песен на английском, для англичан всё только на русском, «забытом языке богов», даже «Властелин колец» Толкина.

Восьмого февраля 1529 года, из Лимы вышел флот нового родственника императора, адмирала Родриго Пике, теперь герцога Гавайев, герцога Новой Зеландии и графа де Пуно. Младшим флагманом адмирала стал его же протеже на имперской службе, теперь контр-адмирал Жоржи ди Менезиш; а в компанию к ним напросился, постоянно скучающий в мирной жизни Паскуаль де Андагойя, герцог де Куба, герцог де Андалусия и граф Севильи.

Этот флот отправился «столбить» в имперское владение Южную Африку и Мадагаскар. Не из-за золота и алмазов, хотя и они потом не помешают. Сейчас Империи нужен уголь. Много угля, очень много, срочно нужно. Через три-четыре года, в океаны выйдут пароходы, а к тому времени нужно успеть создать угольные станции на всех маршрутах, а значит по всему миру.

Второго марта, из Маракайбо, вышел имперский флот Атлантического океана. Адмиралу Андреасу Нуньесу, графу де Хувентуд, с эскадрой из пяти вымпелов: «Нептуна», «Шивы», «Перуна», «Виракочи», «Марса» предстояло перехватить, выпадающую из слабеющих датских, некогда цепких, лапок, Исландию; эскадре контр-адмирала Авдея Шишки, тоже из пяти вымпелов: «Ареса», «Тора», «Аматерасу», «Мардука» и «Ахура Мазды», проделать то же самое с Фарерскими островами, а после утвердить имперскую администрацию в Ирландии; а эскадре вице-адмирала Тако Котага, графа де Канариас, из четырёх кораблей: «Ашшура», «Амона», «Варуны» и «Баала», доставить в Константинополь-Стамбул посла Империи и Святого Престола, Игнатия де Лойолу, магистра рыцарского-монашеского ордена Священного Препуция, кардинала и, в качестве магистра, имперского графа Мальты.

Графство Мальта стало совместной собственностью Империи и Церкви, под управлением магистра ордена Святого Препуция, которого утверждали совместно император (в качестве графа) и Папа (как главу ордена).

Первому графу-магистру Игнатию де Лойола предстояло вести переговоры не только с Константинопольским патриархом об объединении всего христианства в одну церковь, но и с султаном Сулейманом Первым, от имени Империи Инков. Сулейман Первый, как никто другой, может поспособствовать процессу объединения, у него рычагов давления на Константинопольского патриарха и всю греко-восточную христианскою ортодоксальную церковь хватает, вот и пусть поспособствует.

Взамен есть что предложить, хоть бы и те же «винджаммеры» второй серии, таких у Империи семь: «Нептун», «Шива», «Перун», «Виракоча», «Марс», «Арес» и «Тор». Не бесплатно, конечно, османы тоже ничего бесплатно не дают, тех же русских пленников пришлось выкупать, но по божеской цене. Если граф-магистр умно разыграет свою партию, а он ведь действительно умница, раскол западного христианства с греко-восточниками удастся преодолеть даже раньше, чем с русской автокефалией, а тогда уже и этот процесс ускорится значительно.

Христианская церковь теперь имперский актив и актив очень ценный, поэтому повышать его значимость и стоимость в наших интересах. Что не говори, а христианство себя ещё далеко не изжило, народ в Европе действительно верует — и простолюдины, и высшее общество; а такой мощный инструмент воздействия не использовать просто глупо. Найдётся ему применение, применение и внутреннее, европейское, и внешнее — турок-османов то из Европы кто изгонять будет, когда они там своё дело сделают?

В Северную Инку, Савелий решил в этом году не ехать. Нечего ему там делать, если хорошо подумать. Задачи нарезаны на пятилетку вперёд, и корректировать их точно ещё рано, а вот в Южной Инке дел как раз хватает.

Пришло время выводить образовательную систему на новый уровень — делить научные и преподавательские кадры Лимы, и на их базе создавать университеты в Маракайбо и Медельине. Ещё двух городах, где численность населения скоро превысит стотысячную отметку. Настоящих университетов советского образца, а не современных европейских, где студиозусы изучают в основном богословие. То есть, не в основном, а в обязательной программе, всё остальное там изучается факультативно. Да и Василию Ивановичу, в Царьградский университет, кадров выделить не помешает.

Нужны новые учебники и справочники, пора начинать осваивать производство двигателей внутреннего сгорания и больших турбин для электростанций. Без мощных электростанций не будет алюминия и титана, а какой без них прогресс? Не из чугуна же двигатели делать. Если сейчас начать, до серийного промышленного производства дойдёт лет через десять-пятнадцать. Как раз к свадьбе, да.

Нужно начинать модернизацию верфей в Лиме, или строительство новых. Пароходы — это уже не отдалённое будущее, это уже наше завтра. Впрочем, «Винджаммеры» себя ещё не изжили, а изживут только когда их научатся делать сами европейцы с азиатами, то есть ещё очень нескоро. «Винджаммер» дёшев в постройке и эксплуатации, по сравнению с пароходом, и как грузовое судно, на некоторых маршрутах, при перевозке массовых и недорогих грузов, вроде угля, использовать его гораздо выгоднее. Так что верфи нужно строить новые.

Нужен город Асунсьон, с портом на Паране, и железная дорога от него до Эль-Мутуна. Пока её построим, в Монтевидео начнёт поступать уголь из Южной Африки, так что нужен и коксохимический завод в Уругвае. Эль-Мутун — это очень надолго. Самое богатое железорудное месторождение мира, из открытых к двадцать первому веку той исторической реальности, а неоткрытыми там остаются только подводные залежи, да ресурсы Антарктиды, поэтому в железную дорогу Асунсьон — Эль-Мутун точно стоит вложиться.

Ещё нужно… Да много чего ещё нужно, на самом деле, но читать это всё слишком скучно.

Король Наварры, Генрих Второй д'Альбре, граф де Фуа, де Бигорр, Басконии, Перигора и Арманьяка, виконт Беарна, Лиможа и Марсана, сеньор д'Альбре, князь-архиепископ Кёльна и герцог Швабии, прибыл в Маракайбо семнадцатого марта 1529 года. Совершив первый, а значит исторический, визит главы иностранного государства в Империю Инков. Первый, если не считать Папу Климента Седьмого, который тоже формально считается главой государства, но в Империю то он прибыл кардиналом Джулио Медичи, а Папой стал уже здесь, так что друг Генрих опередил в этом забеге всех, и снова заработал себе жирный плюс в карму.

Чёткий парень, Генрих д'Альбре, выполнил поставленную перед ним задачу в Швабии и теперь нуждался в новых наставлениях на путь истинный. Наставлениях Папы Климента Седьмого, который, как думал Генрих, подарил ему княжество-архиепископство Кёльн, и императора, благодаря чьим мудрым советам и некоторой помощи, королю крошечной Наварры удалось завоевать герцогство Швабия, большое и богатое. Очень богатое, богаче всех остальных его владений, вместе взятых.

Прибыл друг Генрих не с пустыми руками. В Швабии, по сложившейся уже традиции, он лишил титулов и владений всех, выступивших против него, феодалов, «забрив» их самих в штрафной батальон, а их владения обчистил и продал своим сторонникам, на чём, естественно, очень прилично нажился.

Может Генрих д'Альбре сейчас и не богаче Франциска Валуа, если считать все их активы, но у короля Наварры гораздо больший капитал в «наличке», а не в постоянно дешевеющей недвижимости. С собой он привёз двадцать тысяч французских ливров серебра (десять тонн), из которых половина предназначалась Папе на всякое богоугодное, в качестве частичной благодарности за его благодеяние, а половина на закупку вооружений и боеприпасов у Империи. Но и друга императора друг Генрих подарком не обнёс, вычистив в Швабии, а также прочих своих владениях, все закрома, на предметы искусства. Нашлось у него там, кстати сказать, очень немало.