Чтение онлайн

Что такое козыри? Герцог де Гоа вам объяснит, что это такое и почему они козыри. Корсика, например, отлично подходит, войск там у французов очень мало, да и на Сицилии не очень много.

Слишком опасная операция для флота? Можно что-нибудь придумать. Мы не против продать вам пару «винджаммеров» второй серии. Это которые с четырьмя мачтами. Не дёшево, ведь дёшево и хорошо одновременно не бывает. Зато таких кораблей в Европе пока ни у кого нет. Туркам-османам такие предложены, но пока они думают, вы уже полные руки козырей наберёте.

Денег нет? Денег нет, но вы держитесь. Вам дадим в кредит, под честное слово, без залога, после Корсики и Сицилии рассчитаетесь. Не возвращать же их Франциску совсем не ограбленными, это для него уж слишком жирно будет. Так и быть, уступлю вам на время своего герцога Васко да Гама де Гоа, графа де Видигейра. Лучше адмирала для проведения такой кампании вам не найти. И мне спокойнее будет, что не утопнут кораблики зря, вгоняя вас в зряшную долговую кабалу.

На императорский приёме, в том-же дворце вице-императора Чалько Юпанки, герцогскую корону получил не только дон Васко да Гама де Гоа, граф де Видигейра, но и контр-адмирал Авдей Шишка, граф Фарер, обручившийся с младшей сестрой императора. Шестнадцатилетней девицей в самом соку. Король Жуан Третий поймал себя на мысли, что с женитьбой он очень сильно поторопился. Девица, конечно, язычница, но зато какое приданное! Бывшее королевство, а ныне герцогство Ирландия. Живут же люди…

Праздничный приём развлекли три певицы, так же вызывающе бесстыдно одетые в короткие платья, с обнажёнными почти до колен ногами, что и обеденная скрипачка. По голосам этих девиц король Португалии сразу узнал, все пластинки для граммофона он у себя заслушал-запилил чуть ли не до дыр. Француженка Мирей Матье, испанка из Кастилии — Дженифер Лопес и русская — Вика Цыганова. Все три девицы не красавицы, полное подобие скрипачки Ванессы Мэй, но до чего же славно поют. Видимо, музыкальный дар у таких тощих и длинных развивается лучше, чем у красивых. Славно поют под чарующую музыку целого оркестра виртуозов. Струнно-симфонического оркестра. Живут же люди… Веселятся и танцуют, настоящего горя не знают.

С утра, тридцатого июня, король Жуан Третий, первым делом отправился на осмотр «винджаммеров» второй серии, четырёхмачтовых красавцев «Шивы» и «Виракочи». На «Шиве» его уже ждал адмирал, теперь имперский герцог Васко да Гама де Гоа, граф де Видигейра, одетый в имперский адмиральский мундир и восторженно сверкающий глазами.

— Дал Господь на старости лет. Теперь мы здорово удивим всю Средиземную лужу, ваше величество. На таких кораблях можно вершить воистину великие дела. Например, сжечь к демонам проклятый Венецианский арсенал. Снарядов полные погреба, всем уродам хватит… никто из них не уйдёт от нас без хорошего подарка, никого не обездолим…

— Вы ночевали здесь, герцог?

— Конечно, ваше величество. Едва дождался окончания приёма, настолько не терпелось. Как назовём этих красавцев?

— А, чего мудрить… Так и назовём — «Васко да Гама» и «Жуан Третий». Как вы думаете, когда эти корабли будут готовы к бою?

— Они полностью готовы, ваше величество.

— Я имею в виду команды для них, герцог.

— Команды готовы, эти экипажи прослужат у нас целый год, в качестве наёмников. Так распорядился император. А через год мы точно подготовим им смену.

— Да, уж… Вы были правы, герцог. Сын Солнца очень необычный человек, если он вообще человек. Понять бы ещё, чем он руководствуется при принятии решений. Чем мы ему так понравились?

— А какая теперь разница, ваше величество. Главное, что понравились. Вот закончим войну и не будет у нас препятствий для вступления в Империю, если вы, конечно, не передумаете.

— В этом не сомневайтесь, герцог. Я уже и место себе для дворца присмотрел.

— А вот с этим я вам торопиться не рекомендую, ваше величество. Лет через пять, много шесть, Двор Империи переедет в новую столицу. Это у здешних вельмож денег куры не клюют, они могут себе позволить строить дворцы в разных городах, но в Португалии ведь не растут кофе, какао и сахарный тростник.

— Зато на Гоа они должны отлично расти, насколько я в этом деле понимаю.

— Даже если это и так, я найду на что потратить деньги с большим толком, чем дворец в Маракайбо. У меня ведь пять сыновей и дочь, ваше величество. Двум старшим достанутся владения и титулы, а младших ещё нужно обеспечить.

— Очень разумно, друг мой. Последую вашему примеру. Кстати, вы так и не объяснили мне — что такое козыри. Смысл-то я, в принципе, понял, но что это за термин?

— С удовольствием научу вас играть в преферанс, ваше величество. Оттуда и козыри, и прикуп. Только для игры нам понадобится третий. Не возражаете, если им станет мой медикус, Филипп фон Гогенгейм-Парацельс? Я собираюсь выделить ему баронство на Гоа, так что он уже не совсем простолюдин, а медикус отменный, настоящий чародей, его инки настойчиво звали преподавать в университете, но я сманил.

Имперский граф, магистр Ордена Священного Препуция, кардинал Игнатий де Лойола, с полным основанием мог считать, что свою миссию исполнил блестяще.

Заручившись в самом начале поддержкой султана Сулеймана Первого Османа, которого настолько впечатлили подарки императора и привлекла цена двух «винджаммеров», что он распорядился оказывать послу Империи все возможные услуги. Хочет он говорить с христианскими патриархами, вот и соберите их скорее, а захочет их заменить на более покладистых — тоже помогите, не самому же ему этим заниматься.

В мае 1529 года, султан Сулейман Великолепный отправился на войну, а уже в начале июня, в Стамбуле собрали не только четверых патриархов (Иерусалимского, Александрийского, Антиохийского и Константинопольского), но и шестнадцать митрополитов — всех высших предстоятелей ортодоксальной христианской церкви.

Граф-магистр-кардинал Игнатий де Лойола был блестяще образован и умён действительно до гениальности, а кроме того, на его стороне находились сила власти и сила денег, поэтому договориться удалось. Нет, договориться не о подчинении, выборы Папы состоятся сразу после объединения всех христианских церквей, а его святейшество Климент Седьмой пойдёт на них одним из кардиналов, как его высокопреосвященство Джулио Медичи, но только все ведь отлично понимают, что это не более чем формальность.

После Кёльнского собора, а об этом событии известно уже всем христианам, в том числе и восточным, авторитет нынешнего Папы находится на недосягаемой, немыслимой высоте, поэтому на его место никто не претендует, но принять участие в исторических выборах главам объединённой христианской церкви из восточников очень хочется. Всем хочется, всем двадцати. Это предполагалось заранее, поэтому Игнатий де Лойола, поторговавшись для приличия, с лёгким сердцем уступил. Пусть будет у церкви ещё двадцать кардиналов, кому они помешают? А выборы теперь вполне возможно провести в самом Иерусалиме, что очень важно с точки зрения мистического символизма — в Иерусалиме христианство зародилось, в нём оно и должно объединиться.

Все догматические разногласия договорились преодолевать постепенно, в ходе закрытых переговоров и дискуссий, как с автокефальной Русской церковью, а пока считать догмами то, что имело место до раскола 1054 года, а всех, по раздельности канонизированных с того момента, святых, пока считать подвижниками-кандидатами на Всеобщую канонизацию. Так их и поминать — заслуженный христианский подвижник, кандидат в святые. Вполне разумная позиция и справедливое предложение. Ведь компромисс — это «Договорённость, достигнутая при равном неудовлетворении сторон», то есть, при его достижении, чем-то поступиться должны все, а именно это и было всем предложено. Причём, Римская католическая церковь первой сделала шаг навстречу и очень широкий шаг, признав подделкой «Дар Константина». Да, ошибки были, и даже преступления были, но ведь их совершали обычные люди. И преступления, и ошибки совершали обычные грешные люди, разве это повод продолжать держать христиан в расколе?