Чтение онлайн

Сейчас нужно восстановить общее состояние больного, обезболить, и позволить омертвевшим тканям на ногах немного отслоиться. Отсроченная ампутация позволит нам выиграть время для первого пациента. А там, может, и другие хирурги освободятся.

Мне искренне не хотелось проводить эту операцию, но иного выхода не было. Если отморожение дошло хотя бы до третьей степени, то спасти конечности был бы шанс.

Первые три степени повреждение от холода проникает сквозь разные слои кожи. А уже на четвёртом идёт катастрофическое повреждение и некроз всех структур конечности.

Пока пациента везли к лифту, я быстро поднялся к Кондо Кагари, который до сих пор сторожил своего диабетика.

— Ситуация вышла из-под контроля, Кондо-сан, — произнёс я. — Помогать готовы?

— Конечно, — закивал он.

— Сейчас привезут больного с отморожением. Просто поддерживайте его общее состояние! Больше до освобождения других хирургов ничего не делать, вам ясно?

— Да, Кацураги-сан! — кивнул Кондо Кагари.

— Тогда бегите, а я займусь диабетиком.

— Одна нога здесь — другая там, — заявил Кондо Кагари, эмоционально взмахнул руками и случайно задел краем ладони стопу пациента с сахарным диабетом.

Большой палец правой ноги с тихим щёлком упал на кафель…

— Упс… — прошептал Кондо, став белее декабрьского снега.

— Что же я наделал?! — воскликнул Кондо Кагари. — Что я натворил? О нет, нет, нет… Кацураги-сан! Клянусь, я случайно!

— Кондо-сан… — попытался возразить я, но коллега болтал без умолку.

— Нет! Вы не должны закрывать на это глаза, — произнёс он и зажмурил глаза. — Доложите обо мне! Увольте меня! Я палец отломал пациенту! Нарушил главную заповедь «Не навреди»!

— Кондо-сан, успокойтесь и послушайте меня… — я схватил Кагари за плечи, но тот продолжил отнекиваться.

— Вы ведь всё видели! И вы, и Нода-сан!

Я взглянул на Ноду Тирико, но анестезиолог лишь пожала плечами. Видимо, девушка уже имела кое-какой опыт работы и понимала, как и я, что вины Кагари в этом нет.

— Кондо-сан, я бы в любом случае этот палец отрезал! — повысил голос я, чтобы коллега хотя бы постарался прислушаться к моим словам.

— А? — удивился он. — Как это? Что вы имеете в виду?

— Если палец самоампутировался, значит, лечить его было уже бесполезно, — произнёс я. — Понимаете?

— Но он ведь не сам…

— Но и вы — не хирургический инструмент, — ответил я. — Ткани уже мертвы. Скорее всего, придётся ещё несколько пальцев ампутировать. Но стопы постараюсь спасти.

Кондо Кагари всего трясло. Похоже, он всерьёз решил, что был хоть какой-то иллюзорный шанс спасти пальцы ног нашего пациента.

— Кондо-сан, прошу не забывать, это — сахарный диабет. Причём запущенный! — напомнил я. — В таких случаях ноги отрезают, не говоря уже о пальцах.

Я не пытался поддержать Кагари. Мне лишь хотелось объяснить ему суть произошедшего. При развитии сухой гангрены происходит глубочайший некроз тканей. Даже кости обламываются без труда из-за того, что сосуды их уже давно не питают. Вся органика в них давно умерла.

— Кондо-сан, ну, вспомните хотя бы эксперимент из школы. Делали на уроках химии такой? С куриными костями? — я решил перевести тему, чтобы мой коллега пришёл в порядок.

Если он так и будет паниковать, ему вряд ли удастся заняться тем больным с отмороженными ногами. А разорваться и вылечить всех сразу я не могу — такой возможности магия мне ещё не давала.

— У нас таких экспериментов не проводили, — помотал головой он. — Не помню!

— Тогда я вам напомню. Кратко, чтобы, наконец, достучаться до вашего рассудка, — вздохнул он. — Если подержать кость над пламенем, что выходит?

— Она сгорит? — предположил Кондо Кагари.

Нода Тирико, кажется, знала ответ на вопрос, но терпеливо ждала, когда мы с коллегой закончим беседу.

— Не совсем, — помотал головой я. — Костная ткань состоит из двух типов веществ. Из неорганический и органических. Органика на огне сгорит. А всё остальное останется. Кость сохранит твёрдость, но станет крайне хрупкой. Рассыплется от любого повреждения.

— Точно… — вздохнул Кагари. — А если поместить в кислоту…

— Верно, — кивнул я. — Если поместить в кислоту, то все неорганические вещества из кости выйдут. И она станет очень гибкой. Некоторые кости после такой обработки можно даже в узел завязать. И какой вывод из этого следует?

— Неорганика вроде кальция и фосфора даёт кости твёрдость, а органические вещества — белки и аминокислоты — гибкость, — ответил Кондо Кагари.

— И чего же больше всего не хватало нашему пациенту, если учесть, что кровообращение в его нижних конечностях почти сошло на «нет».

— Органика, — чуть успокоился Кондо. — Они стали хрупкими.

— Верно. А ещё точнее — они умерли. Там, может и остался кальций, но все живые ткани давно исчезли, — уточнил я. — Теперь вы понимаете, что глобально вы ничего плохого не сделали?

— Да! — воскликнул он.

— Но впредь будьте осторожны, — посоветовал я. — Махать руками рядом с пациентом не надо. Ситуации разные бывают.

— Помню, один мой коллега ещё вёз пациента на рентген, — решила добавить Нода Тирико. — Больной сломал берцовую кость, которая, как вы понимаете, лежит в основе голени, поэтому самостоятельно передвигаться не мог. Вот и представьте! — развела руками девушка. — Едет он в гипсе на своей коляске. Один терапевт его завозит в лифт, не рассчитывает расстояние до дверей и… Бац! — анестезиолог хлопнула в ладони. — Сломанную ногу прищемило лифтом. Ох, как же всегда тогда орали… И пациент, и терапевт… И заведующий, который увольнял терапевта.

— Кстати, точно! — вздрогнул Кондо Кагари. — Я понимаю, что больной уже под наркозом, но… Ему не было больно?

— Он не под наркозом, — пожала плечами Нода Тирико. — Я лишь ввела обезболивающие и успокоительные. Наркоза, как такового, пока не было. Он спит.

— Но больно ему не было, Кондо-сан, — объяснил я. — В таких пальцах мертво всё, включая нервные окончания. После дежурства обязательно повторите теорию. Не хочу казаться занудой, но такие вещи знать надо.

— Принято, Кацураги-сан! — поклонился Кагари. — Спасибо вам большое, тогда я побегу к больному с отморожением!

— Стойте, Кондо-сан! — остановил его я. — Хочу убедиться. Что делать с общим состоянием переохлаждённого пациента помните?

— Д-да, конечно! — кивнул он. — Ноги не трогаем, ждём, когда ткани отойдут сами. Обезболиваем, отогреваем, для улучшения кровообращения колем спазмолитики и кроверазжижающие…

— Отлично, Кондо-сан, — перебил его я. — И антибиотики не забудьте. Если инфекция ещё не присоединилась, то обязательно присоединится уже в больнице. С отогреванием санитарки и медсёстры разберутся, а ваша задача — подобрать верные дозировки всех остальных препаратов. И следить за состоянием пациента до прибытия хирургов.