Чтение онлайн

— Да, ваше императорское высочество, — ответил я и пустился в рассуждения. — Порою мы неправильно воспринимаем войну. Она кажется нам лишь досадным нарушением спокойствия. От такого отношения проистекают многие ошибки.

— Вы хотите сказать, господин вице-канцлер, что война — это и есть естественное течение жизни? — удивился великий князь.

— Совершенно верно, ваше императорское высочество. — Война не просто часть истории рода человеческого, она и есть его история. Разве можно припомнить хотя бы один, более менее, длительный промежуток времени, когда бы люди не воевали? Все исторические хроники, все раскопки древностей, производимые кладоискателями и учеными мужами, свидетельствуют о том, что именно война всегда была основным содержанием жизни древних египтян, вавилонян, греков и римлян. О войнах повествует и Ветхий Завет. А разве история нашего, Богом благословенного, Отечества не свидетельствует о том же?

— Вы правы, Александр Петрович, — кивнул цесаревич, — но Боже мой, как же неприятна эта мысль!

— Да, ваше императорское высочество, лицо войны неприятно, более того — отвратительно, но отворачиваться от него не стоит, если не желаешь получить нож в спину. Сколько раз мы, усыпленные сладкими речами наших европейских соседей о мире, получали такой удар. И поверьте мне, еще получим, если не будем к этому готовы ежечасно. Европа воспринимает нашу природную доброту и соблюдение заповедей Господа нашего, как слабость. И если мы не хотим, чтобы война раз за разом приходила на нашу землю, к ней нужно быть готовыми постоянно. Более того, следует готовиться не к вчерашней, уже отгремевшей войне, а — к завтрашней, которая будет проистекать совершенно иначе. Сравните, ваше императорское высочество, Отечественную войну и нынешнюю, когда дело решает уже не только храбрость солдат и выучка офицеров, но и техническое оснащение, а также — пищевое и вещевое довольствие и медицинское обслуживание. А завтра — все это будет иметь куда большее значение, чем сегодня.

— Ну, храбрость и выучка всегда будут иметь решающее значение, — возразил великий князь.

— Вы совершенно правы, ваше императорское высочество, но солдат и офицеров следует беречь. Это самый ценный и трудновосполнимый наш ресурс.

— Ресурс, — невольно улыбнулся будущий царь. — Мне докладывали о вашей склонности к необычным оборотам… И все же, что вы предлагаете делать?

— Во-первых, полностью перевооружить армию и флот. Гладкоствольные и заряжаемые по старинке орудия и ружья должны отойти в прошлое. Во-вторых, парусный флот следует заменить на паровой и броненосный. В-третьих, отказаться от рекрутского набора, а вместо него брать в армию молодых мужчин, годных по здоровью, на несколько лет, чтобы они могли пройти воинское обучение, после чего — отпускать их в запас и призывать в случае опасности для Отечества.

— Говоря об этих молодых мужчинах вы, разумеется, имеете в виду исключительно мужиков?

— Простите, ваше императорское высочество, но вынужден возразить. Молодых мужчин всех сословий, почти без исключений — дворян, купцов, мещан и крестьян. Исключение могут составить лишь люди духовного звания. Ежели кто из юношей захочет связать свою судьбу с армией или флотом пожизненно, таковых следует обучать на унтер-офицеров и офицеров, вне зависимости от сословного происхождения, для чего — расширить число военных учебных заведений.

— Мещан и мужиков в кадеты и гардемарины? — хмыкнул цесаревич.

— Совершенно верно, ваше императорское высочество. Таким образом, мы получим огромную обученную армию в запасе, готовую в любой момент отразить вражеское вторжение. И в то же время, отслужив два— три года, молодые сыны России смогут вернуться к своим прежним занятиям.

— Я подумаю над вашим предложением, господин вице-канцлер, — кивнул тот, кому вскоре надлежит занять российский престол. — Хотя мне пока трудно представить дворянских детей, которые живут в казармах с сыновьями собственных кухарок и лакеев.

Цесаревич с интересом не только слушал своего собеседника, но и наблюдал за ним. Причем, не только сейчас — в жестком и тряском вагоне поезда. От великого князя не укрылось то, что имя екатеринославского помещика овеяно неслыханной славой, особенно — после дерзкой вылазки в Камышовую бухту, в которой недавно назначенный вице-канцлер принял личное участие.

Дошло до того, что Александр Николаевич самолично отдал приказ поддержать десант шабаринцев внезапным наступлением русской армии из-под Севастополя. И ведь не ошибся. Французы не выдержали двойного удара и предпочли спасаться позорным бегством. А следом за ними Крымский полуостров стали покидать и англичане. В итоге, вместо длительной обороны Севастополя, к которой готовились войска, пришлось гнать врага с Русской земли.

Великий князь был честен перед собой. Он понимал что львиная доля этого головокружительного военного и политического успеха принадлежит губернатору, а теперь — вице-канцлеру Шабарину. Его удивительная смелость, прозорливость, изобретательность сослужили хорошую службу Империи. Этот человек достоин самых высоких почестей и высших государственных наград. На него стоит опереться в своем царствовании.

Мысли Александра Николаевича невольно обратились к тяжело больному отцу. Как медленно ползет этот поезд! Но, увы, на коляске, даже самой легкой, по такой распутице быстрее не доберешься. А ведь между Екатеринославом и Петербургом железной дороги нет. Чтобы заглушить тревожные мысли, цесаревич снова вернулся к беседе с Шабариным. И не только чистого любопытства ради. Будущему императору надлежит думать об основах своего правления.

— Возвращаясь к нашему разговору, — снова заговорил он, — хочу спросить, какие еще, по вашему мнению, следует предпринять шаги, для укрепления государства?

— Прежде всего — всемерно развивать промышленность, ваше императорское высочество, — ответил вице-канцлер. — Не только в Екатеринославской губернии, но и на Урале, а тем паче — в Сибири хранятся колоссальные залежи угля и необходимых для производства металлов руд. Эти месторождения следует разведать, а следовательно многократно увеличить корпус горных инженеров. А для этого — создать ряд училищ, где готовить юношей, имеющих склонность к такого рода изысканиям.

— И, разумеется, всех сословий, — улыбнулся великий князь.

— Безусловно, ваше императорское высочество. Образование всех уровней вообще следует расширять. Именно в нем заключается сила нашего государства.

— Однако молодые люди, обучающиеся в наших университетах, нередко критически относятся к самодержавной власти как таковой и к нашим государственным установлениям в целом, — заметил Александр Николаевич. — Полагаете, что кухаркины дети, получив образование, будут более к нам лояльны? Я думаю, что — нет.

— Вы, как всегда правы, ваше императорское высочество, но следует задаться вопросом — почему?

— И почему же?

— Потому, что обучаясь естественным и точным наукам, они нередко видят вокруг себя патриархальные устои, отсутствие прогрессивных веяний в промышленности и в других областях деятельности. Не имея четкой, хорошо просматриваемой перспективы не только личной карьеры, но и развития Империи в целом, эти кухаркины дети хватаются за любые идеи, приходящие из Европы, которые мнят прогрессивными. Как с этим бороться?.. Довольно просто. Нужно загрузить студентов умственной работой не только в смысле обучения, но и сразу подключать их к полезным делам по созданию железных дорог и подвижного состава, новых пароходов — военных и коммерческих, к развитию телеграфной сети, рудным изысканиям и так далее. Пусть изобретают, придумывают полезные для Отечества новшества и при этом — не задаром. Промышленникам нашим уже сейчас следует обратить внимание на талантливых молодых людей. И выплачивать им стипендии, с условием, что по окончанию учебного заведения, стипендиаты станут трудиться на их рудниках и фабриках.

— Я вижу, Александр Петрович, у вас на все готов ответ. Вот только как соединить ваше предложение об обязательной службе с необходимостью развивать образование?

— Поступившим в университет и в другие учебные заведения, давать отсрочку от службы. Одновременно — ввести кафедры, где обучают военному делу и призывать студентов на ежегодные военные сборы. К примеру, во время летних вакаций. У молодых людей будет меньше времени нахвататься дурных веяний с Запада.

— Да, господин вице-канцлер, вам пальца в рот не клади. Вижу, что решение моего царственного батюшки назначить вас на нынешнюю должность было чрезвычайно мудрым.