Чтение онлайн

Затем девушка наклонила голову в левую сторону, и глаза её расширились.

— Матеуш… — тихо, слабым голосом произнесла она.

Брат всё ещё лежал без сознания, но на её зов откликнулся другой человек.

— Дочка!

Златана обернулась на голос и со страхом взглянула на отца.

Великий князь Польши сидел на обычном больничном стуле с перебинтованными руками. Он выглядел странно, как-то поникшим, но сейчас в его глазах засияла искорка надежды.

— Дочка, ты очнулась… — протянул он тихим, не похожим на собственный, голосом.

— Папенька, — пропищала Златана. — Как ты… почему…

— Тихо, тихо!

Болеслав подскочил, едва не опрокинув стул, и упал на колени возле койки Златаны. Его громадная ладонь накрыла тонкую руку девушки, и, несмотря на бинты, пропитанные кровью, Златана почувствовала тепло родного человека.

И вдруг стало намного легче. Хотя голова до сих пор кружилась, а к горлу подкатывала тошнота, сейчас она чувствовала себя защищённой.

— Доченька, я так за тебя боялся.

— Прости, папа, — прохрипела Златана. — Это я… я спрятала Матеуша. Просто я не хотела…

— Я знаю. Знаю, Златана.

На глазах князя выступили слёзы. Очень редкое зрелище. Златана видела это лишь один раз. В тот день, когда погибла матушка.

— Знаешь?

— Да. Я догадался довольно быстро, но не знал, что с этим делать.

— Но ты же не станешь? Не станешь его…

Слово «убивать» Златана произнести не смогла — оно просто комом застряло в горле.

— Нет, дочка. После всего, что произошло, я просто рад, что вы живы и скоро поправитесь.

— Мы? — тихим слабым голосом произнёс Матеуш.

Златана одёрнулась и увидела, что брат очнулся и тоже смотрит в потолок.

Отец тут же нахмурился и встал. Перед Златаной он мог позволить себе показать слабость и слёзы, но сын — другое дело.

— Ты в порядке, Матеуш? — задал он довольно дурацкий вопрос.

И получил такой же дурацкий ответ:

— Да, конечно! Видишь, я прямо пылаю здоровьем! Кхе-КХАХ! — и взорвался кашлем, от которого поморщился из-за боли.

— Все шутки шутишь? — голос отца тоже изменился, он приобрёл твердость и строгость.

Златана вздохнула. Неужели ему не хватило поводов, чтобы изменить своё отношение к Матеушу?

Но вдруг парень задал вопрос, который заставил и Болеслава вздрогнуть.

— Ты правда хотел меня убить?

Наступило молчание. Болеслав сглотнул, нахмурился и сжал кулаки. Раны снова открылись и бинты стали пропитываться кровью.

— Значит, тогда, в Москве… Стефан действительно действовал по твоему указанию, да? Я думал, что он просто сорвался, перепил. Я умею действовать на нервы. Вот почему ты его не наказал, выходит.

Затем Матеуш с трудом повернул голову и посмотрел на сестру. Он облизнул высохшие губы, вдохнул поглубже, чтобы набрать воздуха в лёгкие, и произнёс:

— Спасибо тебе. Хотя ты могла бы сказать, что происходит.

— Я боялась, — призналась Златана. — Хотела выставить всё как наказание, перевоспитать.

— У тебя это получилось. Так много я ещё никогда не отжимался.

Он снова повернул голову, уставившись в потолок, и прикрыл глаза. И ещё раз вздохнул, будто после очень тяжёлого труда.

— Матеуш… — хрипло произнёс Болеслав.

— Не надо, бать.

Златана удивилась. Брат никогда не смел перечить отцу. Он не всегда его слушал и пытался часто увильнуть от указов, но в открытую перечить и уж тем более прерывать?

Да, кажется, заточение действительно пошло ему на пользу. Златана даже улыбнулась при этой мысли.

— Не надо, — повторил Матеуш. — Дай мне просто отдохнуть, голова раскалывается. Я бы предпочёл тишину.

Болеслав кивнул. Напоследок слегка улыбнулся дочери и покинул палату, оставив своих детей одних.

Несколько минут они действительно молчали, но затем Златана не выдержала и решила заговорить:

— Матеуш?

— Нет, Златовласка, — прервал и её брат.

Именно он первым назвал её так. Отец этого не помнил, но Златана никогда не забывала.

— Но я же просто…

— Послушай. Отец заказал мою смерть, телохранитель с твоей подачи заточил меня в какой-то дыре, а затем непонятные уроды вырубили меня и хрен пойми что сделали. У меня нет никакого желания сейчас обсуждать это. Дай мне немного отдохнуть, хорошо?

— Хорошо, — тихо ответила Златана.

И они не заметили, как снова заснули.

?-?----??----?-?

А вот и они! Наши бравые правоохранительные органы! Чёрт, в этом мире на самом деле всё с ними обстоит не так уж и плохо. Но сейчас они меня просто взбесили.

Тут целый городок едва не разбомбили, а эти козлы припёрлись только сейчас. И вообще Гродно будто очнулся. Прикатили скорые, бригады врачей из других больниц, спасатели. Ну и, конечно, полиция со всеми вытекающими.

Когда я подошёл к их старшему, майору Гаврюхину, ничего, кроме оскорблений и угроз, мне говорить не хотелось.

Но за меня начал разговор Соколов:

— Потрудитесь объясниться, господин майор! — строгим голосом требовал граф. — Мы отправляли запрос в ваш отдел и не получали никакого ответа. Какого лешего у вас происходит? Почему целый день силовые структуры Гродно не реагировали на происходящее?!

Майор насупился и пробормотал что-то невнятное. Мне захотелось выдать ему такую мощную оплеуху, чтобы мозги перевернулись несколько раз в его тупой черепушке!

Но ответа от этого идиота ждать не стоило. Что-то мне подсказывало, кто-то специально подстроил всю нынешнюю ситуацию. И у меня даже были мысли, кто именно это сделал.

— Ваше Сиятельство, — тихо прорычал майор. — Попрошу проявить уважение. Я не обязан перед вами отчитываться!

Видимо, ему надоело бормотать невнятные отговорки, и он решил совсем распрощаться с языком, потому что Александр был недалёк от того, чтобы вырвать его с корнем. Или выжечь, что было бы в его стиле.

— А сейчас, — продолжал Гаврюхин, — попрошу вас обоих проследовать в центральный отдел Гродно.