Чтение онлайн

— А вот вы философ, ван Шелл! Я надеюсь, речь не про наш план?

— Нет, граф. Наш план великолепен в своем замысле и не несет никому бед.

— Ага. Кроме тех, кто встанет на пути. Так что, местные могут напасть?

— Могут. И сделают это обязательно, если мы дадим им повод. То есть будем беспечны. Впрочем, они и на бдительных могут напасть, если их будет немного.

— Да, а нас как раз немного. Так что, не высаживаемся на острова?

— Не вижу смысла, граф. Находим остров, обходим вокруг него, если натыкаемся на цивилизованных людей, вступаем в контакт и спрашиваем, что за остров, где мы есть. А если не находим — плывём дальше. Воды у нас сейчас достаточно, с продуктами тоже вроде порядок. Зачем ненужный риск и драка ради драки? Тем более с таким диким противником. И еще — я понимаю, что вы достойный рыцарь, умелый и бесстрашный боец, прошедший много битв.

— Сейчас будет союз «но»?

— Да. Но скажите мне, пожалуйста, раз уж мы с вами собираемся идти плечом к плечу во все стычки, которые нас ждут, — барон сделал вдох-выдох, — какой магией вы владеете?

— Я зачарователь. Но это не делает меня менее опасным бойцом, чем другие маги.

Видели бы вы разочарование в глазах моего собеседника! В нем можно было утонуть, если бы оно было материально. Зачарователь — это чуть менее бесполезный в бою человек, чем учитель и чуть более, чем лекарь. Так принято считать. С другой стороны, если не брать пользу от подготовки оружия перед боем, то в самом бою зачарование не применишь. А то, чем занимаюсь я в драке, здесь зовется неприличным словом «порча». И только магические жезлы в моих руках не дают называть меня бесполезным куском мяса. Одна проблема, я сейчас без жезлов, то есть без парострелов больших и малых.

Всё было выяснено, учтено и разложено по полочкам, так что, когда впереди показался остров, а случилось это через три дня вполне комфортного плавания, мы уже знали, как поступим. Пока шли по морю-океану, я занимался арсеналом, подбирал оружие себе по руке, улучшал его и доводил до максимума качество стали меча и выбранного круглого щита. Ну и просто глазел на воду. Чудные переходы цветовой гаммы от темно-синего почти черного к бирюзово-голубому, изумрудная зелень, сменяемая оттенками фиолетового — здорово же! Даже кратковременный шквал не смог сбить меня с благостного настроя.

Так что к остову я прибыл на позитиве. Явно вулканического происхождения кусок суши возвышался над океаном россыпью зеленых гор. Самое неприятное для меня, что над островом не висела табличка с названием или хотя бы координатами. А жаль, было бы проще. Где-то далеко во времени и пространстве, в волнах вероятностей остался мой родной мир, где Яндекс-карты и навигатор, где в любой момент можно понять, где ты. А потом заказать пиццу.

Первое впечатление — на берегу нет причала, нет строений, в акватории острова не видно кораблей. Значит что? Значит, надо плыть вокруг острова. Как минимум, чтобы убедиться, что цивилизации нет ни на одном берегу. А еще есть шанс определиться с размерами суши и её конфигурацией. Чтоб прикинуть, на что похож остров и наконец понять, где мы с географической точки зрения. Остров своими очертаниями походил на что-то невообразимое. Куча бухт, выдающихся в воду мысов, а потом мы вообще увидели, что он разделен пополам сквозным проходом. И никакого намека на цивилизацию. Но барон повеселел, по его словам, уж очень характерные очертания суши дают основание предположить его название. А значит и понимание наших координат.

— Больше того скажу, здесь должны жить цивилизованные люди. Я примерно даже догадываюсь, где.

— И чем здесь занимаются цивилизованные люди?

— Выращивают сахарный тростник.

— Сами или руками пленных?

— Ох, граф, простите! Я забыл вашу историю. Когда слышишь про плантации где-нибудь в портовом трактире, воспринимаешь её иначе. И я даже предположить не мог, что работников для плантаций похищают у нас дома.

У меня было своё мнение по поводу поведения некоторых владельцев плантаций. Именно они являются конечными бенефициарами моего похищения, так что месть моя не завершилась с убийством команды «Черного угря». Но вот какое дело — моего отряда для этого явно маловато. Даже одну плантацию разорить маловато. А уже если браться за решение проблемы в целом… Требуется собрать информацию обо всех таких местах, собрать баталию, а потом прийти с проверкой. Кто трудится на плантациях, на каких условиях, что потом делать с телами хозяев земли? Вопросы требуют решения. А то ишь, устроились! Белых, привезенных сюда стыдливо называют переселенцами, как рассказа барон. И стараются молчать о том, что переселяют не спросив, а работать заставляют за миску каши.

Что из всего этого следует? Да всё предельно ясно — контора наёмников, взявшая на меня заказ, была мною уничтожена. Не лично, но с поддержкой родственников. Чем отличается шалман плантаторов, спонсировавших мой захват? Правильно — ничем. Пусть масштаб бедствия побольше, так и я нынче не робкий виконт, имеющий всего десяток бойцов в своём подчинении.

Барон, потихоньку изучающий меня в нашем невольном совместном путешествии, что-то такое заметил по выражению моего лица. Впрочем, с его стороны вояж в моей компании невольным не считается — он очень сильно возжелал вступить на палубу моего корабля, так сильно, что ему было неважно, в какую сторону плыть. Лишь бы с островка того свалить.

— Ваше сиятельство, я правильно понимаю вас?

— В смысле?

— Прищуренные глаза и очертившиеся скулы в тот момент, когда мы заговорили про плантаторов, это явные признаки того, что вы им не спустите своё унижение.

— За своё унижение я рассчитался сполна. Мне неприятно, что одну планету со мной топчут люди, ради наживы, готовые на всё. Хочется отряхнуть мир от этих мерзких существ.

— Юношеский максимализм или цель на будущее? Имейте в виду, такими действиями вы создадите массу неудобств не только тем, кто использует принудительный труд на плантациях, но и покупателям тропических товаров. Сахар пользуется спросом.

— Сахар я и сам кушаю. Заставив изменить подход к его выращиванию, я всего лишь снижу уровень прибыльности данного бизнеса. Торговцы люди без чести и совести, их нужно держать в узде, иначе они захватят этот мир с сделают его невыносимым для жизни. Поверьте мне, я знаю, что говорю.

— Сталкивались с вероломством торгашей?

— Воевал с гильдией торговцев у себя на Родине. Они хотели диктовать нам, Пристам, свою волю.

— И что вы сделали?

— Ударил по самому больному, дорогой мой барон, заставив платить виру. Эти люди предпочтут, чтоб им отрезали руку или даже голову нежели их мошну. Если нам дороже жизни честь, то им — доходы. План такой — раз вы утверждаете, что здесь возделываются плантации тростника, значит есть связь с миром. Находим порт, причал или что у них создано для приёма кораблей, выясняем ситуацию с наймом матросов, а потом я еду к плантатору для проведения переговоров о закупке сахарного тростника.

— А если у них есть готовая партия на продажу?

— Куплю пробную партию товара. Заодно разведаю, в каких условиях живут работники и кто они. Вдруг здесь местные трудятся?

— Местные?! Вот уж нет! Все эти острова населены племенами людоедов.

— Настоящих?

— Самых настоящих. Говорят, они вытеснили и сожрали всех мирных, так что теперь едят друг друга. Этих на плантацию не поставишь. Их только выжигать и истреблять.

Да уж, вот и думай после этого, кто аморален: белые люди, насаждающие свои порядки или местные, живущие по заветам предков в полном единении с природой, с моралью диких зверей и таким же рационом. Честное слово — таких аборигенов защищать я бы не стал. Мир станет лучше, если определенная часть туземной самобытной культуры сгинет без следа. Вон на острове Пасхи цивилизация самовыпилилась — и ничего, человечество этого даже не заметило. А когда наткнулось на остатки, только недоуменно пожало плечами.

В капитанской каюте нашелся и сундучок с судовой кассой, и тайник с заначкой — было на что развернуться в плане бизнеса, хоть и не сильно широко. В трюме, как я и говорил лежал шанцевый инструмент и скобяные изделия. Кому-то дешевые железяки, а по меркам этого времени — высокотехнологический товар, который полезен при освоении новых территорий. Тем более, как сказал барон, на многочисленных островах кроме благоприятного климата никаких других полезных ископаемых не водится. И захочешь, а металлургический промышленность не создашь. Так что сюда железки — обратно экзотические фрукты и сахар. Не тростник же везти — это ненамного умнее, чем перевозить через море сено.