"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22
Шрифт:
150 единиц биомассы/12 часов
Желаете создать?
Да/нет
Три "да".
Пять тысяч и девять сотен единиц биомассы — таки приличное количество, но Герои того стоят.
Довольно бодро вскакиваю на нижние конечности. Как огурчик — полон сил и энергии, хоть сейчас снова в бой.
Мох плот остановил свой рост и сейчас больше сосредотачивался на подпитке пульсирующего кокона Матери. Контрольные Узлы, Баки Плоти и временно пустые Фермы — плюс, еще немного инсектоидов-воинов. Жуки-химеры будут безвылазно торчать на "базе" пока не вылупиться Матка, а там она сама разберется, как лучше действовать, все жзе по своим вычислительным возможностям, она стоит где-то неподалеку от средней паршивости Искусственного Интеллекта, полностью сосредоточенного на выживании и развитии подконтрольной колонии.
А мне уже пора в ритме вальса отсюда сваливать.
Шаг во Врата и буквально лопатками чувствую, как они закрываются у меня за спиной.
Роман "Челябинск" Некрасов
Без уровня
Звук снятого с предохранителя ПММ и не до конца проглоченный глушителем пистолетный выстрел сливаются в единое целое нечто, что ставит жирную точку у меня во лбу.
Я падаю мордой в грязный бетон пола.
Блять… а я думал получиться повеселиться, как минимум пару лет. Обидно.
Темнота.
Темнота смерти.
ПРИЛОЖЕНИЕ, КЛАНЫ
"Кровь и Честь" — человек по кличке Крест, сын лидера полурелигиозной-неонацистской общины где-то в окрестностях Миссисипи получает Дар Системы [спойлер]. Смещает с руководящего поста своего отца прямо в могилу и сосредотачивает всю власть исключительно в своих руках. Благодаря классу Первой партии лишь укрепляет веру своих последователей в их общее дело. Наиболее верных и отмороженных бойцов инициализирует в Фамильяры* и начинает планомерную зачистку ближайших Врат с одновременным устранением главарей конкурирующих группировок и присоединением их рядового состава к своему воинству.
"Santa Muertе" – на границе Мексики и США человек, принявший имя Эль Диабло, получает Дар Системы [спойлер]. Являясь членом религиозного культа "Санта Муэрте", поклоняющегося божеству Смерти, он воспринимает это, как знак свыше. Вербует под свою руку ближайших братьев по вере и обращается напрямую к локальному лидеру их движения. Не смотря на полученные возможности, Эль Диабло не претендует на главенствующую роль в исполнении спонтанно зародившегося плана по возвышению на вершину силы, славы и богатства. Лидер культа [спойлер] берет большую часть обязанностей на себя, предоставив Диабло возможность спокойно зачищать Врата и создавать Фамильяров.
"СНГ" – отставной полковник ФСБ РФ получает Дар [спойлер] . Воспользовавшись старыми связями, он запасается оружием и экипировкой. Создает Фамильяров из верных и идейно обработанных бойцов, чьи личные дела ему особенно приглянулись, а так же набирает пушечное мясо из мелкой криминальной шушеры. Довольно быстро набирает уровни и влияние, а с помощью агентурной сети обнаруживает нескольких других Игроков Первой партии, что только начали привыкать к новоприобретенным способностям. Путем шантажа, пыток и угроз семье полковник, что берет себе имя Майор, в память о былых временах и в целях конспирации, принуждает их к принесении Вассальной Клятвы * , что лишь еще сильнее увеличивает его возможности.
"Кавказ" — Мурад, лидер независимого террористического радикально-религиозного карательно-диверсионного подразделения, обретает Дар Системы [спойлер]. Являясь умелым тактиком, опытным боевиком, а так же харизматичным лидером с аналитическим складом ума, он быстро собирает вокруг себя зарекомендовавших себя головорезов из Черкесии, Осетии, Дагестана, Чечни и Ингушетии. Группировка быстро подмяла под себя несколько населенных пунктов, объявив их Святой Землей.
"Новый Порядок" — группировка радикальных анархистов, что поставили перед собой цель уничтожить до основания существующий мировой порядок, дабы на тлеющих руинах создать новый, утопичный мир, где нет места жестокости и насилию. Дар Системы одним из них был воспринят как знак свыше, а так же полный карт-бланш на всяческие кровавые бесчинства, ибо иногда приходиться замарать руки, чтобы очистить общество от человеческой грязи.
Количество Игроков Первой партии(во всем мире) — 4444
Несущий Слово
Химеролог в мире Апокалипсиса — 2. Грехи отцов
Глава 1
Шут — дар. Король — судьба.
— Горшок
Ромик получил свою звучную и немного странноватую кликуху "Челябинск", в те давние времена, когда спина спокойно гнулась во все доступные природой стороны, колени не ломило к дождю, а годиков ему стукнуло от силы два десятка с момента рождения и остывания трупа матери, загнувшейся при осложненных родах. Мотался он на неделю к дядьке в Челябинск, а потом, бухим телом, но не разумом, травил кентам байки о том, как там охуено отдыхать — две мокрухи и пару пидоров запинал, ибо, ну, а хули они?..
Вообще, все было немного по-другому — труп присутствовал только в единичном экземпляре и то какой-то шлюхи, один раз да, Ромик выбил зубы какому-то хлипкому щеглу, а еще два раза кореша этого пацанчика толпой запинывали его в самые дальние подворотни города. Но на пиздабольстве Ромика еще ни разу не ловили, так что поверили на слово.
И просто Ромик стал Ромиком Челябинском, который постепенно переквалифицировался из рядового бычья в средней руки решателя щепетильных вопросиков для своего бугра. Времена, когда всякой босоте можно было спокойно и особо не скрываясь крошить людей средь бела дня пачками, уже прошли. Теперь для подобного нужна была депутатская корочка или батя на руководящих постах в силовых ведомствах. У Челябинска такого не было, как и у бугра, решившего, что на болте он это все вертел и без особых проблем мутировал рэкет и крышевание в какой-то там бизнес, Ромик особо не вникал — так и так, это было лишь прикрытие и отмыв бабок, а его не заставляли носить рубашки и вкалывать в офисе. Да, правила игры изменились, но некоторые вещи оставались прежними.
Когда Челябинска выдернули ночным звонком из теплой постельки он был крайне недоволен. Молоденькая курва, подцепленная в каком-то кабаке, осталась тихо посапывать на смятых простынях съемной хаты, предназначенной как раз для таких дел. А Ромик запрыгивает в тачку и срывается с места. Его работа изначально подразумевала под собой ненормированный и часто плавающий график, а взамен приличный оклад. Вот только, Ромик привык кому-то угрожать, пытать, шантажировать и убивать, но никак не проверять в чем там обосралось молодое поколение. Притом, среди пиздюков был один "винтовой", а Челябинск принципиально не вел никаких дел с наркошами — эти ублюдки непредсказуемы даже больше, чем насквозь проспиртованные синяки, хуй его знает, что им в следующую секунду взбредет в черепную коробку. Два шрама каждый день напоминали ему в ванной, что значит иметь дело с теми, кем управляет не разум, а хаотичное переплетение химических реакций, медленно разъедающих подкорку мозга и раскинувшего по всему организму щупальца осьминога нервной системы. Один, уродливый и неровный рубец, оставленный куском разбитого зеркала тянулся от запястья по внутренней стороне предплечья и обрывался, едва-едва не достигнув локтевого сустава, чуть кровью не истек тогда, а еще и мизинец до сих пор до конца не сгибается. А второй, не такой длинный, но довольно широкий красовался на ребрах, немного цепляя собой грудину.
На дорогах практически никого не было. Тусклый свет фонарей, неярко поблескивающий на металле одиночных иномарок и раздолбаных ведер АвтоВАЗ-а. С пешеходами ситуация была похуже — можно было выцепить взглядом стайки студентов, алкошни и просто каких-то работяг, что-то забывших на улице в… сколько сейчас?.. часа два ночи, если часы на треснувшем дисплее смартфона снова не начали чудить, самостоятельно перестраиваясь на часовой пояс Китая или Бразилии.
В бардачке неприметной "девятки" ксива, пачка денег, нож и "чистый" ствол с глушителем, дополненный двумя обоймами. Двенадцать патронов 9х18 мм и прицельная дальность в пятьдесят метров — неплохая машинка. Плюс, полупустая пачка "Marlboro" и зажигалка. Одной рукой вытянуть из коробка трубочку медленной смерти от рака легких, поймать губами. Чиркнуть колесиком чуда технологий и сноп искр поджигает язычок газа. Огонь опаляет кончик сигареты и тут же исчезает. Привычно затянуться.