Чтение онлайн

От… террористической группировки или военного бандформирования под наименованием "Ночные гоблины" не осталось ровным счетом ничего. Серьезно, нет трупов, нет кусков мяса, выдранных пальбой пулемета, не было даже брызг крови. Лучи фонарей бессильно шарили по асфальту. Ничего.

Так и подмывало схватить сержанта за воротник и вытрясти из него всю доступную информацию.

Узел продолжал заряжать автомат. Заполненный рожок занял свое место в разгрузке, а немного подрагивающие руки принялись за второй.

Во-первых, по всему виду сержант, имени и фамилии которого Костян так и не узнал, скорее сам его скрутит в бараний рог. Чувак, который на лютых похуях курит во время перестрелки либо конченный, либо достаточно крут, чтобы себе такое позволить. И по навыкам стрельбы, сержант определенно подпадает под вторую категорию.

А во-вторых… инициатива зачастую имеет инициатора. И Узел как-то не особо хотел привлекать к себе излишнее внимание в коллективе злобных и задроченных жизнью мужиков, что недавно вынесли замес с хуй пойми кем, потом стреляли в головы своим же братьям по оружию, а так же перетаскивали трупы и раненных. Экстремальные стрессовые ситуации крайне негативно влияют на здоровье и продолжительность жизни типов, что не отстреливают момент, когда лучше завалить ебальник и не отсвечивать.

Рассовав обоймы в карманы разгрузки, Узел и не заметил, как отрубился, привалившись к броне "старого" БТР-а. Никто не стал его будить пинками. Это не говорилось вслух, но "старички" отдыхали и не особо участвовали в происходящем.

Снов не было.

Густая, жирная и засасывающая в свое гнилое нутро болотистая тьма. Открыть глаза. Туман в черепе и ватность во всех конечностях.

Подняться на ноги. Немного качнуло в сторону. Разноцветная рябь перед глазами.

Утро.

Отблески огненного шарика, вынырнувшего из-за горизонта пылают в окнах высоток. Отсюда неплохо виден Москва-Сити. Контраст. Там Рай из хрома, дорогой мебели, стекла, алюминия и железобетона. Деньги, бухло и телки. А здесь нижний круг Ада. Узел не мог отделаться от запаха. Пороховой дым и смрад смерти разъедал слизистую оболочку ноздрей и словно насквозь пропитал ткань его формы, въелся в кожу и навечно остался запечатан в его организме. Песок, пыль, засохшая кровь. Выбоины, оставленные пулями и гранатами.

Рядом какой-то тип. Белобрысый, голубоглазый. Волосы почти серые от грязи.

Молча протягивает Костяну флягу.

Вода.

Обычная фильтрованная вода, обжигающая язык и глотку, бьющая по мозгам покрепче коньяка, виски и водки вместе взятых.

Узел вспомнил. Это был один из добровольцев.

Хотелось поднять его над землей и орать в лицо, брызжа слюной. Сука, получил чего хотел?! Понравилось?! Ты же сам сюда рвался, что, блять, все оказалось не так, как думал?! А на что ты, блять, тогда рассчитывал?..

Узел дышал. Просто дышал и не мог надышаться.

Прохладный воздух забивался в гортань и выворачивал кадык наизнанку, скручивая морским узлом пульсирующие легкие. Это была не потребность в кислороде. Потребность в жизни. Люди смертны, ты нихуя не неубиваем и не неуязвим. Рядовой кусок мяса, способный откинуться на тот свет от любой мелочи. И крайне занимательный вопросик — а есть ли в принципе этот самый "тот свет"? Особенно остро это ощущаешь, стоя на краю пропасти длиною в жизнь.

— Нас перекинут на другое направление, — наверное, голос блондина был когда-то довольно приятным. Мелодичным, певчим, под стать его холеной внешности заправского Казановы.

Сейчас он охрип, а барабанные перепонки Костяна не в том состоянии, чтобы чутко слышать. Достаточно громкий выстрел в замкнутом помещении может привести к легкой контузии, взболтав мозговое вещество блендером звуковой волны. На открытой местности этот эффект заметно слабее, но никуда не исчезает. Звуки словно через воду долетали до разума.

— С хуя ли?

— Пересменка. Чтобы крышей не потекли.

Да тут чердак и после одной такой стычки съедет. Вообще, какого хуя? Их собрались гонять с места на место? Кинут в еще большую мясорубку или сжалятся и назначат на относительно тихий участок, избавленный от присутствия "гоблинов" и ебучих живых мертвецов? Хуево быть рядовым — ровным счетом нихуя не понимаешь, ибо руководящий состав, как-то не соизволил пояснить что к чему.

— Много знаешь об этом?.. — махнуть рукой на отбуксируемый броневик.

Старые БТР-ы заметно пострадали после ночного нападения. Сколы, выбоины, изувеченные колеса. Вроде как, один "гоблин" как-то умудрился изъебнуться и закинуть связку трофейных РГД-5 в распахнутый люк, украшенный трупом пулеметчика. Где ближайшая ремонтная база военной техники?..

У блондина между пальцами, изящными пальцами музыканта, теперь изуродованных обломанными ногтями и коркой гари, сама собой возникла мятая сигарета. Ментоловая. Клацнул бензиновой зажигалкой. Трепещущий огонек окутал кончик спрессованного сгустка смерти.

— В душе не ебу кто такие гоблины, но их на ближайших дорогах — как грязи. Приходят ночью и крошат мирняк. Понатыкали постов, чтобы к центру не лезли, там больницы и школы, дороги перекрывают. Войска рассылают по всем крупным городам и эвакуируют гражданских из сел и деревень.

"Гражданских", "мирняк" — давно ты стал таким дохуя крутым армейцем? Узел видел, как у него тряслись пальцы на автомате, пока они ехали в "шишиге".

— Гоблины везде?

— Такие только возле Москвы.

— Такие?

— Ага, по всему миру полезли. Зеленые, красные, серые и так далее. Все друг от друга отличаются и пиздец как. Биологическое оружие, отвечаю. Как и мертвяки.

— Мертвяки?..

— Не знаю, может слышал, но мертвые теперь восстают. Зомби-апокалипсис наступил. Нужно стрелять в голову, чтобы не восстали. Не веришь?

— Верю.

— Видел?

— Да.

— Бля, я по Интернету видел, они разными бывают, как и гоблины. Есть обычные, как в "Ходячих", а есть хуй проссышь что. И да, через укус не заразишься, только через смерть, — он невесело хмыкнул, выпустив облачко сизого дыма.

— Поэтому пошел добровольцем?

— Почти.

Помолчали.

— Знаешь куда нас отправят?

— К больнице, вроде, или к точке эвакуации. Ближе к парку, короче.

— Почему туда?

— Там тихо. Пока что.

Хранители Улья, вопреки моим ожиданиям, оказались не здоровенными глыбами бронированных хитиновых пластин, клыков, когтей и шипов. Нет, они походили на людей. Тощих, узкоплечих и нездорово-бледных людей, лишенных даже намека на первичные и вторичные половые признаки вместе с растительностью — волос на голове, теле, бровей и ресниц у них не было. Но была у них одна фишка, что моментально возвышала их над рядовыми смертными.

Возможность к изменению.

Нет, не что-то навроде метаморфизма Мучителей, позволяющего менять когтистые клешни на бритвенные серпы или костяные клинки. Нет, все куда круче и банальнее. Невзрачные и хлипкие тушки Хранителей, которые к слову, были на голову меня ниже, под самые брови укомплектовывались разномастным вооружением, полным арсеналом того, что можно было создать из генов и прочей органики. Доля секунды и кожа на предплечье выворачивается наизнанку, обнажая броню тугих мышечных волокон, спокойно держащую ножи и касательные столкновения с автоматными пулями, а так же зазубренные косы лучевой и локтевой кости, сросшихся в смертоубийственную приблуду, навылет дырявящую броники третьего класса защиты. Согласитесь, серьезная заявочка. Даже как-то жалко, что их нельзя будет отправлять в свободные рейды по всей Москве.