Чтение онлайн

На самом деле, мне было непонятно, почему Маша бесится. Нет, она с самого начала не проявляла особого энтузиазма ни по поводу сценария, ни по поводу идеи снимать это всё в полузаброшенном пионерлагере. Но всё-таки так агрессивно себя не вела. Может быть, на неё действует жара? Или кузнечики. Да, точно! Кузнечики! Ведь они дико мешают спать! Вот бы была такая кнопка – выпустить отравляющий газ…

– О чём задумался? – Саша вывела меня из забытья.

– О кузнечиках!

– А что с ними не так? – удивилась Алиса.

– С ними всё так.

– Кузнечики не ня, – брезгливо вставила Саша.

– Почему? – спросил я.

– Ну, они такие страшные.

– Не любишь насекомых?

– Нет!

– Я тоже.

Повисло тягостное молчание. Всё-таки, что бы там ни нашло на Машу, она всегда может поддержать любой разговор. Наверное, даже о кузнечиках. Я тут же представил, как она живо рассказывает всем о своей ненависти к этим исчадиям ада, которые не только имеют наглость отравлять своим присутствием и без того несовершенный мир, так ещё и стрекочут по ночам, нарушая уже её собственный внутренний покой и тонкую душевную организацию.

– Готовы к ночным съёмкам? – к нашему столу подошла Ольга Дмитриевна.

– Ночным? Мы же даже начало не отсняли! Да и вы говорили, что вроде бы на сегодня всё… – запротестовал я.

– Надо использовать время по максимуму! А то так вообще никогда не закончим!

Нельзя сказать, что я сильно устал, да и хоть какую-то заинтересованность в успехе своего проекта показать было необходимо.

– Хорошо. И что снимать будем?

– Сцену в лесу ночью со Славей.

– Нани-нани? – Саша услышала, что речь идёт про её героиню, и встрепенулась.

– Только пожалуйста, – натужно начала Ольга Дмитриевна, – в этот раз придерживайся текста!

– Хай-хай!

– И перестань уже, – она скрипнула зубами, развернулась и ушла.

– А что там за сцена? – Алиса хлопала глазами.

– Что, не читала сценарий?

– Нет, конечно! – гордо сказала она. – Мне вполне достаточно тех мест, где появляюсь я.

Я не стал утомлять её разговорами о том, что, чтобы до конца понять своего героя, нужно составить цельную картину происходящего.

– Там я наблюдаю за Славей, которая танцует на берегу лесного озера…

– Ня-ня! Как романтично! – Саше явно нравилось.

– … и раздевается при этом!

– Ня? – она непонимающе посмотрела на меня. Через несколько секунд к ней пришло осознание. – Ра… раздевается?

– Не полностью, не волнуйся.

– Ну, если это с тобой, – она покраснела.

Да, похоже, эта девочка не только обсмотрелась аниме, но и от рождения не отличается особым умом и сообразительностью. И почему Ольга Дмитриевна именно так подобрала роли? Как по мне, так Маша куда лучше бы подошла на роль Слави, а Саша – на роль Мику. Впрочем, решать режиссёру, а он у нас – Ольга Дмитриевна.

– А там будет это? – заговорщически спросила Алиса.

– Что? – Саша непонимающе уставилась на неё.

– Нет, – отрезал я.

– То есть вообще не будет?

– В этой сцене – нет.

– Значит, будет позже, – Алиса ехидно ухмыльнулась.

– Если тебе так интересно, взяла бы и прочитала сценарий уже!

– А мне совсем и не интересно, – Алиса встала из-за стола. – Ладно, пойду.

– Так что «это»? Что будет? – Саша навалилась на стол и пристально уставилась на меня.

– Ничего. Иди готовься, солнце уже садится.

– Ня-ня! – она вскочила и побежала к выходу.

Я доел картошку и тяжело вздохнул. Да, такими темпами нам точно не снять даже половины. Можно, конечно, в конце написать «to be continued» и превратить всё в эпическую сагу от студентов заштатного провинциального института кино и телевидения. Я внезапно почувствовал, что мне, в принципе, уже всё равно.

– Готов?

Я обернулся и увидел Шурика.

– Я-то чего… А ты как с ночными съёмками?

– Ох. Как-нибудь…

– Ну ок, тогда пошли.

К вечеру наконец-то похолодало. Даже слишком. Я сидел на пеньке и кутался в лёгкую кофточку, пока остальные расставляли камеры и освещение.

– И почему я этим должна заниматься? Меня ведь даже в этой сцене нет! – Маша натягивала между деревьями светоотражающее полотно.

– А кому ещё? У нас и так нехватка кадров! – удивилась Ольга Дмитриевна.

– Вот и взяли бы больше народу! В съёмках такого шедевра любой бы согласился поучаствовать.

– Ты чем-то недовольна? – Ольга Дмитриевна грозно посмотрела на неё.

– Н… нет, всё в порядке.

Пожалуй, режиссёр была единственным человеком, с которым Маша спорить не решалась. Интересно, почему?

Ко мне подсел Шурик.

– Как думаешь, сделаем за два-три дубля?

– Не знаю. Не от меня зависит, – я кивнул в сторону Саши, которая усердно прыгала на берегу озера, входя в роль.

– Понятно… – Шурик обречённо вздохнул и направился к камере.

– Ладно! Пора начинать, – скомандовала Ольга Дмитриевна.

Я спрятался за деревом.

– Камера! Мотор!

Мимо меня, пританцовывая, прошла Саша. Я не мог не отметить, что при дополнительном освещении, смешанным со светом луны, она выглядела глупо. Но это дело оператора. Наверное, так будет в итоге лучше. Я медленно вышел из-за дерева и направился за ней. Саша не спеша шла вдоль берега, словно порхала, скидывая по дороге пионерский галстук и расстёгивая рубашку. Получалось у неё действительно здорово. Уверен, что она бы стала прекрасной актрисой немого кино. Вскоре Саша скрылась в лесу, а я некоторое время постоял на берегу и направился за ней.

– Стоп! Снято! – радостно прокричала режиссёр.

– Ну? Ну? Как? – Саша выбежала из-за деревьев.

– Отлично! Превосходно! Вот всегда бы так – с первого дубля! И закончили бы тогда всё вовремя!

– Вы так говорите, как будто мы не закончим всё вовремя, – скептически заметил я.

– Закончим, не сомневайся!

– И что, это всё? – рядом со мной непонятно откуда возникла Маша.

– А что ты ещё хотела? – непонимающе посмотрела на неё Ольга Дмитриевна.

– Почти три часа подготовки ради минуты съёмки?