Чтение онлайн

Однако всё вышло гораздо проще. Потенциальные кандидаты оказались не такими страшными, как я думал, наши вкусы в большинстве своём совпадали. В конце концов, у нас у всех была одна цель, поэтому вопросы непонимания решались сами собой. И вскоре команда была собрана. Неожиданно я открыл в себе талант композитора. Просиживая ночи напролёт за нотным редактором и секвенсерами, я сочинял довольно неплохие вещи. Хотя бы по мнению остальных участников группы и немногочисленных знакомых, которым я давал слушать свои песни.

Достаточно быстро состоялся и первый концерт. Заштатный клуб в подвале, площадью ненамного больше моей комнаты, три с половиной полупьяных зрителя, ужасный мандраж и технические огрехи – всё это меня волновало мало, потому что я был счастлив. Ведь это всего лишь первый шажок к будущему успеху! Однако прошло ещё много времени, прежде чем нас пригласили выступать во второй раз.

С грехом пополам мы записали три трека и выложили их в интернет. Комментарии были далеки от восторженных, но я не сильно переживал, так как понимал, что это только начало. Возможно, кому-то наша музыка казалась просто детской шалостью или затянувшейся идеей-фикс, но для меня всё это было серьёзно. В конце концов, группу собрал я, весь музыкальный материал тоже мой! Я чувствовал личную ответственность за судьбу своего детища. Каждую свободную минуту я проводил за совершенствованием техники игры, и уже через год мог с уверенностью сказать, что гитарист из меня вышел не самый плохой.

Следом пришла и какая-никакая популярность. Концерты мы давали почти еженедельно и начали получать первые гонорары. Пусть и по пятьсот рублей на человека – дело не в сумме, а в самом факте того, что наше творчество кому-то нужно, что за него готовы платить, даже учитывая то, что мы шли всего лишь довеском к более известным группам.

Я сидел перед монитором, мучая гитару. На календаре, висевшем на рабочем столе компьютера, толстым красным кружком была обведена дата предстоящего концерта. От мыслей об этом у меня мурашки побежали по коже. Первый концерт, где мы будем хедлайнерами. А также презентация альбома. Интересно, сколько дисков купят? Конечно, понятно, что эра CD уже прошла, но ведь остались ещё ценители. А кто-то, возможно, купит просто, чтобы поддержать группу.

Я ещё раз посмотрел на дату. Да, прошёл ровно год с того момента, как я вернулся из «Совёнка». В потемневшем экране монитора отразилась моя улыбка. Интересно, если бы Алиса существовала в этом мире, она бы оценила мою музыку? Да вряд ли! Ей больше нравилась классика советского рока. Впрочем, кто знает.

Я сыграл несколько довольно сложных пассажей и с удовлетворением отметил, что звук моей гитары положительно далёк от лязга «Урала», а звукоизвлечение на порядок превосходит технику гитаристов той эпохи. Интересно, достиг бы я того, чего достиг, без помощи тех фантастических событий? Вряд ли. И тут, в общем-то, нет ничего странного – многие люди, находясь одной ногой в могиле, переосмысливают свою жизнь. Конечно, ничего страшного со мной вроде бы тогда не происходило, но моральный шок можно сравнить со смертельной опасностью.

Я ещё раз повторил все свои партии, убрал гитару в чехол, собрал все примочки и направился к выходу. На улице было холодно, как и тогда. Я медленно приближался к остановке 410-го автобуса. Какое интересное совпадение – сейчас в клуб мне предстоит ехать именно на нём. С замиранием сердца я отсчитывал секунды. Вскоре автобус подъехал, лениво распахнул двери и поглотил в себя немногочисленных пассажиров.

Такая же зимняя ночь, как и тогда. За окном пролетали машины, своими огнями поджигая засыпающий город. Чем ближе к центру, тем людей на улицах становилось больше. Некоторые весело болтали друг с другом, некоторые пялились на шикарные витрины бутиков, некоторые куда-то спешили, не обращая внимания ни на что. Я подумал, что именно сегодня точно не хочу возвращаться в тот пионерлагерь. Когда угодно, но не сейчас! Надо отыграть концерт, а потом пусть всё хоть в тартарары проваливается! У меня была чёткая цель, остальное не волновало совершенно!

Клуб, не в пример больше того, где мы давали первый концерт, был ещё пуст. Идёт саундчек. Мне мучительно не хватает барабанов в мониторы, о чём я пытаюсь сообщить звукорежиссёру. Отстроив звук, расставив примочки и разложив сет-листы, я уже, кажется, готов начинать. Однако сегодня особенный день – разогреваем не мы, разогревают нас. А это значит, что по расписанию наш выход последний.

Прослушав первую команду, я отметил, что им ещё расти и расти. С другой стороны, мы сами совсем недавно были такими же, как они. С приближением времени нашего выступления моё волнение стало нарастать экспоненциально. Да что там, меня буквально колотило от напряжения!

Я решил не слушать оставшиеся группы и спокойно посидеть в гримёрке. Судя по лицам моих товарищей, они пребывали примерно в таком же настроении. Мы молчали. Собственно, и говорить было особо не о чем. Партии давно выучены и доведены до автоматизма. Нам может помешать только волнение, но ведь уже какой-то опыт имеется, так что всё должно пройти как надо. По крайней мере так я пытался успокоить себя.

И вот, наконец, время пришло! Я не помню, как мы выходили на сцену и приветствовали зал. Сознание включилось на моменте, когда из порталов послышались первые аккорды нашей первой песни. Сидя в гримёрке, я мучительно пытался согреть заледеневшие пальцы, но теперь, словно по мановению волшебной палочки, они бегали по струнам с сумасшедшей скоростью, не промахиваясь ни на миллиметр. В голове промелькнула мысль – и почему я ещё не сбился нигде? Когда играл все эти партии дома или на репетициях, о подобном даже задумываться не приходилось – всё казалось само собой разумеющимся. Но теперь, перед толпой зрителей, я чувствовал себя совсем по-другому. Где-то глубоко в мозгу сидела мысль, что вот сейчас палец соскочит и… Слава богу, что она не мешала играть!

Наше выступление подходило к концу, и настало время сложного соло, на изучение которого я потратил столько времени. К тому моменту всё волнение куда-то исчезло, и я сыграл его идеально, даже лучше, чем на репетициях. Наконец мы сыграли нашу последнюю песню и зал взорвался аплодисментами. Я смущённо – а может, мне просто так казалось – улыбнулся и вместе с остальными несколько раз поклонился публике. Нам кричали «бис» – да я бы и сам с удовольствием сыграл что-нибудь ещё, – но наша программа была исчерпана целиком – в конце концов, мы только начинающая группа.

В гримёрке царила полнейшая эйфория, мы поздравляли друг друга, обнимались, слышались звуки стреляющих пробок. Все диски были проданы, и от этого становилось ещё радостнее. В конце концов и у меня что-то получилось! Нельзя сказать точно, что будет дальше с нашей группой, что вообще выйдет из моей затеи с музыкой. Но ясно одно – я нашёл что-то, чем мне действительно интересно заниматься в жизни, что-то, чему я готов отдавать всё своё время без остатка. И, как выяснилось, это что-то может приносить радость не только мне, но и кому-то ещё. Наверное, сейчас я был самым счастливым человеком на Земле! По крайней мере это точно лучший момент в моей жизни!

Клуб пуст, инструменты упакованы, дождаться остальных – и домой!

– Эй! – я обернулся и увидел девушку, стоящую рядом. Тон её был не слишком вежлив, но в то же время в нём не ощущалось враждебности. – А круто играете!

– Спасибо.

Темнота клуба мешала разглядеть её лицо, но я был точно уверен, что оно мне до боли знакомо.

– А ты… – я сделал шаг вперёд.

Точно! Передо мной стояла Алиса! На некоторое время я потерял дар речи.

– Что я?

– Да ничего. Просто подумал, что видел тебя где-то.

Я не стал набрасываться на неё с расспросами о пионерлагере. В конце концов, возможно, эта девушка просто похожа на неё. Или ещё что. В любом случае, было понятно, что она меня видит впервые. Или хотя бы делает вид.

– Всё может быть, – она прищурилась.

– Меня Семён зовут! – натянув искусственную улыбку, я подал ей руку.

– Да я в курсе, вообще-то.

– Откуда?

– В интернете читала.

Да, точно.