Чтение онлайн

Вроде мне еще снилось, что Блондя себе грудь пристегивает, которую гаракхай принесла. Это она зря. На данный момент Танарг, конечно, на нашей стороне, но мы как служили Гаэре, так и будем служить, а Танаргу об этом знать точно не следует. Так что придется поискать Блонде другие нагрудные носители, ибо я сомневаюсь, что в этих никакой прослушки не поставлено.

***

Утро началось в пять часов с ледяной воды для умывания.

Вода странно чем-то попахивала, что не внушило мне никакого доверия, и потому Блондя сгоняла за ведром воды из колодца. Судя по лицам двух десятков приставленных ко мне служанок, это им как-то вовсе не понравилось. Да и по навигатору мне на их недовольство. Умывшись, я благополучно облилась холодной водой и отдалась на растерзание.

Растерзывали меня со вкусом.

Нижнее белье, кальсоны, нижняя сорочка, четыре нижние юбки, четыре средние юбки, две верхние юбки, нижнее платье, основное платье, широкий пояс, накидка с рукавами, накидка без рукавов. Все. Можно было стоять с трудом, про сесть лучше было бы не заикаться, но меня заставили сесть.

Прическа как отдельный вид пыток - Блондя заценила и в конце концов отобрала гребень к служанки. Та попыталась было воззвать на помощь, но спецагент есть спецагент – один удар ребром ладони по горлу женщины, и дара речи служанка лишилась на пару часиков. Нас устраивало. И вот после всего этого, несмотря на то, что мне лично хотелось уже сдохнуть, меня поволокли на урок этикета. Сегодня в программе было обучение хождению. Как дите малое. И поволокли меня туда держа под руки, ибо ходить во всем этом было почти невозможно.

***

Минут двадцать меня волокли по аллеям, окутанным ароматом цветущих растений и потрясающих цветов. А потом взяли и привели в цветник, где цвели уже не цветы, а дамочки.

И тут я познала то, о чем вообще всю свою жизнь даже не подозревала - ощущение собственного уродства.

Нет, ну комплекс неполноценности у меня впервые возник при встрече с Кейсиди Моррис, но так чтобы я четко осознала свое собственное уродство - это случилось только сейчас.

Двенадцать охренительных девушек.

Шесть золотоволосых блондинок в одеяниях наподобие моих, и шесть знойных брюнеток в платьях с гораздо меньшим количеством ткани и гораздо большим количеством обнаженной кожи. И вот они все, просто вот ВСЕ были охренительными!Я так сходу поняла, что первые это кандидатки в жены, а вторы кандидатки в наложницы.

А я тут так, просто для прикола, млять!

Зато у меня было больше всего слуг. Вот у меня одной их было больше, чем у них у всех. Жены имели по две служанки, наложницы по одной, а у меня было под сорок, если я правильно посчитала. Так что обернулась, посчитала, чтобы знать точно – и поняла, что таки да, таки сорок. Если считать и Блондю, то сорок один. Ну и в общем я поняла, что у меня самая грандиозная группа поддержки, ибо для моих слуг я все равно своя, так что болеть будут за меня.

И тут прозвучало:

– Доброе утро, ваше высочество.

И мне все поклонились. Все. Включая знойных брюнеток и потрясных блондинок, а так же их прислуги. Надо же, я тут целое высочество.

– И вам не хворать, - пожелал вполне вежливо.

И на меня странно посмотрели. Причем все. А это не очень приятно, когда на тебя все странно смотрят.

– Типа привет, - добавила я.

Посмотрели еще страннее.

Так все, они не потрясные, они тупые.

– Приступим к уроку, - сказала женщина в жутком костюме из верхней фиолетовой кофты и нижних черных широких юбко-брюк.

И дернула отвратно звучащим колокольчиком.

Звон был вообще неприятным.

Дальнейшее тоже так себе.

Сначала шагали кандидатки в невесты. Красиво, плавно, прямо как вдовствующая повелительница, с фарфоровыми блюдцами на головах, в колодках на платформе нехилой, во всей этой неимоверной одежде, но зато так, что ни одной посудины не разбили.

Потом прошлась я.

Несмотря на опыт хождения в экзоскелете, я побила весь запас неизрасходованных блюдечек, так что моя группа поддержки в итоге стояла с каменными лицами, а служанки невест не особо сдерживали язвительные усмешки.

Потом прошлись наложницы.

У них обувь была не на платформе, а на каблуках, причем шпилька такая нехилая была, и шагали они так, что по телу словно волна проходила. Красиво, в общем. И блюдца не разбила ни одна.

Потом пришла моя очередь.

Молча взяла поднос у служанки, которая держала фарфоровые блюдца, и короче швыранула сходу все на пол. Чтобы скопом разбились и не бесили меня уже.

Но никто не растерялся, и тут же еще два подноса этой маразоты притарабанили. Шикарно, что сказать. Последующие два часа мне было что бить. Зрителей к тому моменту стало больше, лица у моей группы поддержки стали скорбнее, Блондя кажется начала ругаться на языке астероидного братства, потому что остальные ругательства у нее закончились.

А у меня нервы.

К последней проходке я готовилась заранее.

Пока плыли лебедями мои соперницы, я стояла с закрытыми глазами, просчитывая уровень балансировки туфель на платформе. По всему выходило, что сбалансированы они были погано. Короче диверсия была налицо. И на блюдца, которым грозила безвременная и жестокая гибель в самое ближайшее будущее.

С каблуками дело обстояло получше, но нормально передвигаться на них мешала та туева куча ткани, которую на меня напялили. Но, и не с таким справлялись.

Когда пришла моя очередь делать проходку невест, я взяла сразу весь поднос с блюдцами, но бить не стала, хотя ожидали от меня определенно именно этого. Не дождались.

Разобравшись с балансом, я очаровательно улыбнулась ожидающему представления народу, распустила волосы, чтобы прическа не мешала, водрузила поднос с блюдцами на голове, постояла, ловя баланс.

А вот затем плавно, невозмутимо, грациозно и в целом нормально так прошлась по ковру, не разбив ни единого блюдца с этого подноса.

Когда я дошла до точки поворота, развернулась и пошла обратно по толпе зрителей пролетел изумленный шепот. А лица моих слуг определенно посветлели, и в целом мной явно начали гордиться.

И только Блондя почему-то мой триумф встретила не радостно.

– Не нравится мне все это, - сказала она, едва мы поравнялись.

Ну меня это не сильно расстроило, и дойдя до финала, я сняла поднос с головы, передала служанке, и переобулась. Проходка на каблуках тоже была достойна оваций. Я десантник, они что думали, что с гребаными каблуками не разберусь?!

Но вот когда я совершила поворот в поворотной точке, вдруг поняла, что не понравилось Блонде. Здесь кто-то был. Не из слуг и кандидаток на постель и руку с сердцем, а кто-то посторонний. Так что дойдя до финала, я передала поднос с целыми блюдцами восторженно взирающей на меня служанке и огляделась.

Так и есть – в отдалении, на полукруглом мостике через пруд, заложив руки за спину, стоял мужчина в белом. И не отрывал откровенно восхищенного взгляда от меня. И когда наши взгляды встретились, он, неожиданно, улыбнулся. Мне улыбнулся. Причем так, что как-то даже нехорошо стало.