Чтение онлайн

В общем, пока не подвернётся ничего лучше, я решил взять в оборот именно эту группировку. Тем более что её члены и главарь удовлетворяли всем остальным критериям: имели связи с рынком, их руки были по локоть крови, дела грязными, а жили они недалеко в горах и без семей. Нет, как и у других богатых правоверных мусульман, наложницы у Мухаммеда, конечно, имелись, и немало, но это не считается.

Ну и, конечно, еще одним веским фактором обосноваться именно в Орду, было отсутствие в городке полиции.

— На счёт три. Раз, два, три! — скомандовал Феникс, и вся группа, которая должна была сегодня идти на операцию, сделала несколько шагов вперёд. Ребята имитировали уверенный вход в таверну и тут же опустились на мягкие подушки.

— Свят и Костя хорошо, — оценил глава «Акул», руководящий первым этапом внедрения. — Рыбак нормально, Паша отлично, Топор, тебе надо больше тренироваться, ты будто в первый раз на пол садишься.

— У меня ноги толстые, — развёл руками. — Непривычно.

— Ну так тренируйся, — отрезал Феникс. — Уверен, тот толстяк, с которого тебя скопировали, садился очень ловко.

Все эти полтора дня мы занимались подготовкой к операции. Одежду, включая тюрбаны, нам шили ещё в Савино, а сейчас мы в основном изучали местный быт, по видео, которое транслировал нам Гензо.

Чтобы не выделяться, внешность я позаимствовал у уходящих из Орду людей. Разумеется, не полностью. Брал базу и чуть-чуть корректировал детали, вроде причёсок, носов и объёмов.

Также пришлось усердно поработать над голосовыми связками. Как ни крути, а многие из местных звуков нам произносить непривычно, да и прихваченный в Тбилисском княжестве Атих, благодаря помощи которого мы и знали османский, сам османом не был, и здесь говорили немножко иначе.

За эти сутки с помощью Гензо и магии контроля я сумел добиться того, что наш говор стал похож на местный, а также мы нахватались используемых в обиходе просторечных выражений.

По счастью, быт осман хоть и отличался от нашего, но не сказать, чтобы радикально. Государство было религиозным, но тут проповедовали новое мусульманство — гораздо более мягкую и адаптированную под современные реалии версию.

По большому счёту от достаточно жёсткой религии домагической эпохи сейчас остались только нелюбовь к неверным и свинине, а так же многожёнство и частичный сухой закон. Частичный, потому что пить нельзя было только при свете солнца, а вот когда оно садилось, сколько угодно, и, наблюдая за местными тавернами, я понял, что люди этим послаблением не только пользуются, но и наслаждаются. Именно поэтому тот самый щербет, о котором упоминал Рыбак, никто в темноте не пил.

— Я закончил связь с Савино, — доложил появившийся из дальней комнаты Даня. — У них всё в порядке, внештатных ситуаций не было. Из плохого только то, что ещё пять неизвестных шпионов поймали.

— Раз поймали, значит, уже неплохо, — вставил ценное замечание Рыбак.

— Ага… А так новость дня — это то, что вся техника, полученная за ваш рейд, уже на месте, и по новой дороге из Трои прибыл первый огромный караван. Теперь основная головная боль — это сортировка и складирование нужного и продажа лишнего.

— Это приятная головная боль, — улыбнулся я.

— Ну чего, — подошёл ко мне сияющий Свят. — Когда мы пойдём?

Сиял мой помощник уже не меньше суток, и я вспомнил момент, когда всё это началось.

— Смотри, что у меня! — скорчив очень странную рожу, подошёл тогда ко мне рыжий и протянул листочек.

— Листочек, — кивнул я, открывая глаза и отвлекаясь от наблюдения за одной из таверн Орду.

— Угадал! — кивнул помощник. — А на листочке что?

— Слово «согласна», — прочитал я.

— А знаешь, что это значит?

— Это значит, что, пользуясь обманом и манипуляциями, ты кого-то, судя по всему, женщину, на что-то развел.

— Я это только что нашёл в боковом кармашке своего рюкзака. А знаешь, кто мне этот рюкзак собирал?

— Дарья Петровна? — предположил я.

— Клава! — уверенно заявил подошедший к нам Рыбак. — Я постоянно замечаю, как вы друг на друга тайком смотрите.

— Катя! — гордо выпятив грудь, сообщил правильный ответ Свят. — А знаете, на что она согласна?

— На всё, лишь бы ты уехал? — с усмешкой снова вкинул предположение Рыбак. — Между нами говоря, я её отлично понимаю.

— Замуж за меня выйти! — Свят обвёл нас взглядом победителя.

— У-у-у, — протянул Рыбак. — Ты что, серьёзно ей добровольно предложение сделал? Или она всё-таки научилась использовать магию контроля?

— Теперь мы тебя долго не увидим, — добавил заинтересовавшийся разговором Феникс.

— Почему? — удивлённо посмотрел на него рыжий.

— Ну, под каблуком не видно.

— Завидуйте, завидуйте!

Свят улыбнулся ещё шире. Никакие подколки не могли испортить ему настроения, и вот сейчас он бил копытом, и ему не терпелось покинуть нашу хоть и комфортную, и благодаря ночному зрению светлую, но всё-таки закрытую и не такую большую, пещеру. Наверное, хотел побыстрее сделать всё здесь и вернуться к любимой в Савино. Что ж, если честно, я был очень за ребят рад.

— Минут через тридцать полностью стемнеет, и пойдём, — проговорил я и встал с каменного, накрытого какими-то тряпками кресла. — Давайте ещё разок проведём тестовый диалог и отрепетируем вход в таверну, посадку на места и непринуждённый заказ. Поехали.

Феникс с Пашей и Костей ушли, а я Свят, Рыбак и Топор, последовали за ними через двадцать минут.

Мы выходили из нашей пещеры и раньше, но, признаться, удовольствия от нахождения на свежем воздухе получали мало. А всё из-за непривычной жары.

По счастью, когда солнце садилось, становилось немного легче.

— Какая всё-таки красота, — глядя на бескрайнее море, пробормотал Рыбак. — Я вчера, кстати, акулу видел!

— Это дельфин был, — усмехнулся Свят, тоже не сводящий взгляда с водной глади.

— Ну, может быть, — не стал спорить Рыбак.

Мы бодро шагали по пыльной, идущей вдоль берега, дороге, и из нашей четвёрки только Топор и я не отвлекались и внимательно следили за происходящим вокруг. Пока всё было спокойно, и никто из встречных, облачённых в свободные лёгкие одежды путников не обращал на нас никакого внимания.

Вскоре впереди показались каменные строения Орду, и у дороги появились первые таверны. Мы уверенно протопали мимо них и вошли в оживлённый город.

— Лучшая рака на побережье! — кричал зазывала одного из кабаков.