Чтение онлайн

— Это когда кто-то голый купался? — едва дождавшись паузы, спросила Клава.

— Да там мужики поспорили, кто быстрее до того берега доплывёт, — пояснил Костя.

— А голые-то чего?

— Не знаю, жарко, наверное, было.

— А-а…

— Мы полночи это обсуждали, — продолжил Ван. — И даже поспорили. Я считаю, что это водка. Её употребление для вас сродни медитации. Она и делает вас смелыми и одновременно очень глубокими… Она позволяет вам быть цельными, и вы можете одновременно и работать, и думать…

— Так нам же Костя сказал, — заговорил Бан, расставляя перед каждым участником чашки с густым черным чаем. — Что за четыре месяца это был всего лишь четвертый праздник и они редко пьют.

— Думаю, изменения на генном уровне, — поднял палец Ван.

— Это князь, — вступил в разговор Тан, тоже усевшийся на свою циновку. — Местных объединяет любовь к князю. Тот памятник им дороже любой икебаны.

— А я считаю, — снова взял слово Бан, — и читал об этом в книгах, что всё дело в русской душе и водка здесь ни при чём. Если вам весело, то вы веселитесь, прямо сейчас отбрасывая все тревоги. Если нужно сражаться, вы выкидываете из головы всё и сражаетесь. А встретив того единственного — любите.

Японец бросил быстрый взгляд на Катю и, как и его соплеменники поднял кружку, сделал из неё маленький глоточек и уставился на огонь. Савинцы тоже выпили и украдкой переглянулись.

— Так в чём вопрос? — тихо спросила Клава, когда поняла, что от спутников помощи не дождёшься.

— У нас нет вопросов, — после паузы тихо проговорил Ван. — Чайная церемония — это время смирения, единения и размышлений о смысле жизни. Вопросы и ответы не нужны, мы просто высказали те мысли, которые пришли нам на ум. Если хотите, можете высказать свои, а если нет, давайте любоваться пламенем, слушать треск огня и радоваться тому, что сегодня не нужно никого убивать.

Клава покосилась на остальных, а потом ещё раз осторожно понюхала содержимое чашки. Да нет, вроде действительно чай… Хотя, откровенно говоря, без пол-литра понять, что происходит и на хрена они сюда припёрлись, трудно.

— Надо будет сводить их в баньку, — шепнула она Косте. — Им тогда вообще крышу снесёт.

— Согласен, — кивнул ликвидатор.

Побывав в Японии, он лучше других присутствующих знал потенциал восточных союзников. А ещё он догадывался о том, что задумал Дмитрий Николаевич, и предполагал, что рано или поздно Нагасаки станет одним из крупнейших промышленных центров империи имени Акулова. И вот тогда свои люди среди японцев очень пригодятся.

Ликвидатор улыбнулся и так же, как японцы, принялся медленно и глубоко дышать.

— То есть только Толстой остаётся? — спросил Рыбак, когда я закончил рассказ.

— Я говорил с ним на приёме и поверхностно просканировал его эмоции, — пробормотал я, задумчиво глядя на проносящиеся за окном столичные дома. — Не думаю, что это он.

— Ты тогда сказал, что это либо не он, либо он очень сильный маг контроля, — напомнил сидящий за рулём Влад.

— Тогда, может, пока далеко не отъехали и Морозова нет, вернёмся и к нему ещё заскочим? — предложил Рыбак.

— Если он настолько крутой маг контроля, мне не удастся его разговорить, — покачал головой я. — И дальше два варианта: или получится, что я наехал на невиновного и он почти наверняка меня сдаст. Или на виновного, но я не смогу это доказать, при этом окажусь в его логове, где могут быть ловушки.

— Толстой каждый день выступает по радио, — заговорил Топор. — Он постоянно в газетах. Ещё что-то делает наверняка. Откуда у него время настолько масштабную тайную сеть организовать? Он не производит впечатления сильно умного человека.

— У меня есть нехорошее ощущение, — поморщился я, — что мы упускаем что-то очевидное.

— Может, это не князь, а какой-нибудь Рысев? — предположил Рыбак. — Или вообще сам император это крышует.

— Я бы скорее на пермяков подумал, — возразил Влад. — В таком случае это и Шуйский мог быть, просто они ему память стёрли. Ведь так можно?

— Можно, — кивнул я, — вот Рыбак на самом деле никогда бороду не носил, а думает, что носил. Это я сделал.

— Что? — Серёга завис и пощупал свой подбородок. — Это как не носил?

— Да шучу я… в общем, память стереть можно, но против этой версии говорят слова Фёдора Михайловича. Он постоянно и в Перми, и у нас бывает и ни о чём подобном не слышал.

— Это если не предположить, что сам Фёдор Михайлович и есть таинственный князь!

Теперь я подзавис, но потом тряхнул головой, отгоняя параноидальные мысли.

— Нет, на хрена ему все эти схемы, когда он просто мог убить меня своим хранителем и покончить с этим?

— А если его хранитель убивать не умеет? — решил подкинуть дровишек и Гензо. — Или он просто решил не одного тебя убить, а сразу всех сильнейших. Вот, например, сегодня, когда вы все вместе с ним встретитесь.

— С кем встретимся? — вздрогнул Рыбак.

— А я что, не сказал ещё? — Я потёр лоб. — А, видимо, только Владу. Да, мы сейчас перехватываем Свята и еще несколько человек, и все летим в Пермскую империю. Я планирую начать операцию по их присоединению сразу по окончании вылета в Рязань, то есть, ориентировочно, послезавтра. Фёдор Михайлович нам покажет позиции для атаки.

— Или убьёт, — одновременно сказали Рыбак и Гензо.

— Да идите вы в жопу. — Я махнул рукой. — Но на всякий случай будьте на стрёме.

— Не убил, — констатировал Рыбак, когда мы попрощались с Фёдором Михайловичем и двинули обратно в Савино. — Но всё равно я не стал бы исключать того, что он и есть тот таинственный князь.

— Вряд ли, — возразил Свят, сидящий в кресле пилота ББ-2. — Старый он, на хрен ему это надо?

— А может, он не старый, а молодой, убивший старого и принявший его облик? А хранитель его покрывает, так как если он помрёт, то и тот помрёт.

— Слушай, Серёг, ты задолбал. — Я глубоко вздохнул. — И так до хрена всяких подводных камней, а тут ты ещё нагнетаешь. Сказано же, мы исходим из того, что он за нас. Без него мы Пермь быстро не присоединим, и тогда будет очень плохо. Так что давай подумай о чём-нибудь другом. А если неймётся, вон с Гензо потрепитесь.

— Я лучше посплю. — Рыбак кинул взгляд в иллюминатор, где на темнеющем небе уже стали появляться звёзды. — Вы-то спали вчера, а я уже двое суток на ногах.

— Я тоже не спал вообще-то, — возмутился Свят. — Как и Топор.

— Тогда делаем так. — Я посмотрел на часы. — Через восемь часов нам уже вылетать в Рязань. В Савино в целом делать нечего, поэтому предлагаю не гнать, а рассчитать скорость так, чтобы прибыть домой через шесть часов, а всё это время будем спать.

— В кроватке-то удобнее, — заметил Свят.