Чтение онлайн

– Склад? – предположил Савкин.

– Ответил бы, если бы знал.

Луч фонаря выхватил из темноты торец помещения, в котором зияла дыра тех же размеров, что была пробита в корпусе сооружения. Через неё неизвестный лазутчик и проник в недра купола, назначение которого пока оставалось загадкой.

Нырнули в дыру, погасили фонари, включили инфраоптику и сквозь чащу тонких коленчатых жердей, напоминающих бамбуковые стволы, разглядели слабый отсвет огня.

Снова послышался лязг, на этот раз отчётливей и ближе.

Дарислав сделал знак Савкину, чтобы тот взял управление фозмом на себя, и первым шмыгнул в чащу «бамбуковых стеблей», полоса которых толщиной с десяток метров окружала освещённый участок зала.

Осветители оказались земного происхождения: три голубоватых люминесцента в форме полушарий висели на «бамбуковых ветвях», освещая каменное с виду кольцо в полу, огораживающее круглое устье шахты. Очередной лязг донёсся именно из её горловины, и стало понятно, что лазутчик хотя и установил за собой мину, но сделал это непрофессионально и в данный момент находится где-то в шахте, занимаясь исследованием огромной яйцевидной конструкции либо пытаясь снять с неё какие-то узлы.

Дарислав жестом послал робота в шахту.

«Черепашка» растопырила вылезшие из панциря манипуляторы и скользнула в отверстие, включая видеосвязь.

Перед глазами обоих космолётчиков нарисовалась круглая в сечении труба диаметром около пяти метров, усеянная грибообразными наростами. Свет фонаря робота проник в глубь шахты, выхватывая блеснувшие решётки, и передача прервалась.

Свистнуло! С двух сторон кольца, венчающего шахту, брызнули две струи прозрачного струения воздуха, сходясь на фозме, и превратили робота в веер обломков! Точнее, не обломков, а расплавленных испаряющихся капель!

Вслед за свистом раздался грохот: взорвался МК-генератор фозма (в отличие от первого робота), питающий все его системы и оружие. В устье шахты вспыхнул прозрачно-огненный шар, вдребезги разнёсший верхнее кольцо и пояс самой шахты в радиусе двух десятков метров. На его месте образовалась воронка, уходящая вниз метров на десять.

Обоих разведчиков, прячущихся в толще «бамбуковой рощи», унесло взрывной волной к стене помещения вместе с коленчатыми стволами. Свет в шахте погас, наступила темнота, протаявшая в стёклах шлемов зелёными штрихами вследствие заработавшей инфраоптики.

Зависшие над полом мужчины молча дивились на остывающие края воронки в полу, держа под прицелами «универсалов» дыру и лес за ней.

– А это уже точно «нихиль», кубыть через плечо! – уверенно процедил сквозь зубы Савкин. – Зуб даю! Ну и связи у этого парня, кем бы он ни был! Такие игрушки имеет не каждая спецкоманда!

Дарислав промолчал.

Название «нихиль» получил мини-деструктор, пробивающий любую броню, в том числе усиленную полевой завесой. Пользовались им, вернее, имели на вооружении, только силы спецназначения, и достать постороннему эту «игрушку» было и в самом деле практически невозможно. К тому же проблемой была и доставка таких мин на поверхность Венеры. Системы безопасности метро их мгновенно вычислили бы, а любой транспорт, не приписанный к портам Венеры, подлежал досмотру Федеральной Погранслужбой.

– Сюда нужен «нюхач», – прилетел в ухо Дарислава шёпот Александра. – Рискуем нарваться на двойную закладку. Против «нихилей» наши «кокосы» не прочнее картона.

Дарислав помолчал, хотя тоже подумал о комплексе распознавания взрывных устройств и видеокамер. Пришла мысль взять с собой «нюхача» в следующий рейд.

– Посмотрим, куда ведёт шахта, и вернёмся.

– Я готов.

Дарислав тенью вынесся из «бамбуковой рощи» и заглянул в уходящий глубоко в подземелье колодец…

Голубев был опытным сотрудником Коскора, асом операций с применением киберсистем, искусственного интеллекта и серьёзных игровых программ, нередко используемых криминальными сообществами для достижения своих целей. В свои тридцать пять лет он считался молодым спецназовцем (притом что средний возраст жизни на Земле достиг ста лет) и в то же время опытным и внимательным, поэтому его всегда привлекали к выполнению ответственных заданий, а в группе «Космический Лис» Виктор по праву занимал место помощника командира отряда Дарислава Волкова.

В личной жизни майору не очень везло, да он и не особо старался найти свою половину, постоянно находясь в состоянии дежурной готовности к экстриму, а если удавалась свободная минута, тратил её на геймергоны, далёкие от обыденной жизни.

Игры он выбирал экстремальные, но не боевые, постоянно разрабатываемые в гиперподключённом мире. То играл в симбол – волейбол с изменяемой геометрией игрового поля, то воспитывал детей с особенностями развития в детском саду, то играл роли исторических личностей, прокачивая контент через личностное восприятие.

Но это не мешало ему быть профи в своём деле, и несмотря на предложения начальства Коскора пойти на повышение, он отвечал неизменным отказом, предпочитая работать под началом командира группы, которого уважал и ценил.

На Венере Виктор был всего один раз, да и то лет пятнадцать назад, во время стажировки, но хорошо знал характеристики этой планеты и чем она была опасна для исследователей и поселенцев. Пейзажи Венеры не навевали на него тоску, окрашенные в углекислотно-серно-ядовитые цвета. Даже небо «сестры Земли», каковой считали её мечтатели в двадцатом веке, имело жёлтый оттенок, словно припорошённое охрой. Но и этот цвет имел своё обоснование: облака Венеры состояли из тех же паров серы и её соединений, и равнины планеты нередко омывали дожди из серной кислоты.

Подвесив себя над лавовым куполом и скомандовав беспилотнику и роботу-защитнику контролировать окрестности «в три глаза», Голубев сделал облёт проделанной в массиве дыры, раздумывая, каким инструментом можно было пробить прямоугольный ход, ведь намного легче сделать круглую дыру, и неожиданно для себя самого обнаружил узкую, всего в три метра в самой широкой части, трещину в породе купола. Очевидно, остывая, лавовый блин растрескался, и одна из трещин украсила бок купола всего в километре от пробитого отверстия.

Заинтересовавшись, Виктор отправил к расщелине беспилотник, и тот, окунувшись в тень, через минуту доложил о находке летательного аппарата на дне расщелины.

– Тип «флайт», опознавательных номеров и эмблем не обнаружил. Включена система «специальный-свой-чужой».

Голубев озадаченно шмыгнул носом.

Все нынешние гражданские воздушные и космические суда имели стандартные опознавательные системы, но ответчики «специальный» ставились на борта только аппаратам военных и силовых структур. То, что дрон запросила такая система, установленная на маленьком флайте, говорило о его принадлежности какой-то из спецслужб. Возможно, это была Федеральная Служба Безопасности. Но поскольку о находке отверстия в лавовом «блине» никаких сведений у российских спецслужб и пограничников не имелось, можно было сделать вывод, что аппарат мог быть оставлен какой-то частной исследовательской компанией.