Чтение онлайн

– В чём вы ошиблись?

– Континуум Тьмира действительно организован как нейронная сеть, где уплотнения материи играют роль аксонов и нервных узлов. Обычные его структуры – волокна разной упорядоченности и разных размеров. А ганглий перед нами выглядит как аномалия иного рода.

– Искусственно выращенный организм! – воскликнул Спирин.

– Именно, молодой человек. Осталось только определить, для чего он предназначен. Не удивлюсь, если Копун тоже заинтересовался им и посетил.

Ещё помолчали.

Потом Калиф по просьбе Дарислава послал беспилотник, и ещё час космолётчики увлечённо ждали каких-то открытий. Однако «торпеда» дрона утонула в колючках верхнего слоя «планеты» и перестала передавать сигналы.

– Ещё один? – спросил компьютер, впустую потратив время на восстановление связи.

Дарислав, прислушивающийся к пространству, очнулся. Голос Копуна он по-прежнему не слышал, и тем не менее в душе крепла уверенность, что Вестник Гефеста прячется где-то неподалёку, точнее – в центре гигантского волчка.

– Пожалуй, можно послать катер на аватаре.

– Буду готов через две минуты.

– Я порулю? – спросил Спирин безразличным тоном.

– Не сейчас, – отказал пилоту Дарислав.

«Голем» выскользнул из кормового порта эскора, накинул на себя пузырь поля и за минуту достиг «ганглия», продолжавшего медленное безостановочное кружение, как настоящая планета.

Дарислав стал видеть обстановку так, будто находился в кресле пилота.

Катер миновал верхние кружевные ветви «мха», углубился в провалы между поднимающимися кружевами нижних слоёв. Темнота вокруг стала сгущаться. Компьютер катера подключил другие диапазоны зрения. Это помогло, но не радикально. Показалось, что «голем» опускается в туман. На глубине около ста километров камеры аппарата почти перестали видеть, и Дарислав с разочарованием остановил катер.

– Кто-нибудь может мне объяснить, почему мы ослепли?

– «Мох» поглощает радиоволны, – сказал Ткачук.

– Но мы используем не только радиочастоты.

– Значит, материал узла поглощает все виды связи.

– Всеволод?

– Роман прав, этот нервный узелок и в самом деле экранирует все передачи.

– Даже нейтрино?

– Вы же видите.

– Нейтрино свободно пронизывает звёзды.

– Это у нас, в нашей барионной Вселенной, но не в Тьмире. Здесь вообще нет ни нейтрино, ни бозонов, ни фермионов.

– Как же мы тогда ориентируемся?

Шапиро хрюкнул:

– Если я сделаю прогноз, меня затопчут коллеги.

– Смотря что вы предложите, – проворчал Весенин.

– Не такие уж мы ретрограды, – рассмеялся Ткачук.

– Я уже намекал. Портал перевернул нас.

Образовался всплеск тишины.

– Что вы имеете в виду? – удивлённо спросил Весенин.

– Общеизвестно, что объекты из тёмной материи не могут взаимодействовать с объектами из обычной материи, из которой состоит наша Вселенная. Что такое портал? Это устройство, играющее роль клеточной мембраны, но при этом она превращает все частицы переходящего из нашего мира в Тьмир объекта в частицы тёмной материи. Это верно и в том случае, если Тьмир – Вселенная из антиматерии. Портал просто поменял знак.

– Ух ты! – не сдержался Спирин.

– Просто поменял знак? – усмехнулся Весенин. – Ну, знаете ли, Всеволод! Ваши доказательства гроша ломаного не стоят!

– А я не доказываю, – весело отрезал Шапиро. – Я размышляю и предлагаю варианты.

– Спекулируете на незнании темы другими?

– Научные спекуляции не менее важны, – хмуро проговорил Любищев, – чем устоявшиеся законы.

– Возвращаю катер, – сказал Дарислав.

Возражать никто не стал.

«Голем» вернулся в «атмосферу» псевдопланеты, однако с возвращением на борт опоздал. Из-за колючего «можжевельника» за его кормой вдруг высунулась плоская голова знакомого змея и догнала катер. Защитное поле отбило массивный таран гигантской головы, хотя от удара катер кувыркнулся вперёд сразу на сотню метров. Компьютер перешёл на стохастическое маневрирование, и последующие атаки ажурной твари уже проходили мимо. «Голем» добрался до корабля на минуту быстрее, чем змей.

– Вот вам наглядное доказательство того, что все местные «планеты» суть нервные узлы Тьмира, – назидательно проговорил Шапиро. – Налицо иммунная атака. Змей в этом контексте – антивирус.

– Уходим? – спросил капитан Давлетьяров.

Дарислав заколебался:

– Попробуйте остановить его.

– Готова! – сообщила Жозефина Агилера.

«Салют» выстрелил из гравиразрядника.

Масса импульса, конечно, была не такой большой, какими манипулировал сам змей, но всё же её хватило, чтобы отбить хищную рогатую голову, словно ракеткой – теннисный мяч.

– Ювелирная работа! – похвалил работу оператора Шапиро. – Вы молодец, Жози!

Девушка не ответила, сосредоточившись на ситуации.

Змей крутанулся, как настоящая змейка, кинулся на эскор с нарастающей скоростью, но получил такой же точный «удар под дых», заставивший его вести себя менее агрессивно.

– Крутаните стандартный ксеноблок!

– Отправляю, – отрапортовал Калиф.

Речь шла о записанной на Земле программе контакта с негуманоидными цивилизациями Вселенной. Помогала она далеко не всегда, но без неё корабли из Солнечной системы в космос не уходили.

Змей пошёл в атаку, но получил ещё один «апперкот». Невидимый кулак гравиполя воткнулся ему в морду, сплющивая в подобие ажурной тарелки. Тело змея по инерции собралось в гармошку, но не рассыпалось на отдельные узелки и детали. Какое-то время он извивался, как раздавленный червяк, потеряв интерес к эскору. Но вскоре вернул былую форму и застыл перед кораблём угрюмой стрелой, словно раздумывая, нападать дальше на проникший в Тьмир «вирус» или подождать.

– Не суйся! – посоветовал ему Ткачук, будто змей мог его услышать.

– Ничего не передаёт? – спросил Дарислав.

– Молчит как партизан, – ответил Калиф.

– Это автомат с узконаправленной программой, – сказал Шапиро. – И не нападает он не зря.

– Поясни.

– Убедившись в том, что его мощи не хватает для ликвидации вирусной угрозы, каким он видит наш корабль, он должен был вызвать подмогу.

– В таком случае нам лучше убраться от этого волчка подальше, – сказал Весенин, продолжая гнуть свою линию. По информации Дарислава, изучившего перед отправкой характеристики членов экспедиции, трусом он не был, однако осторожность физика уже начинала граничить с трусостью.

– У меня другое предложение, – заявил Шапиро. – Пока наш змеиный приятель смирно прикидывает свои возможности, можно сделать вылазку в глубь Тьмупитера.

– Ради чего? – осведомился Весенин.

– Ради дела, – прилетел ответ Всеволода. – Во-первых, в глубинах ганглия может прятаться маячок Копуна. Во-вторых, мы попробуем установить контакт с хозяином Тьмупитера. Чем Бог не шутит?

– Вы уверены, что он есть?

– Бог?

– Хозяин Тьмупитера.

– Уверен почти на сто процентов. Уж слишком красноречива форма ганглия – ровный конус. А если повезёт, через него мы установим связь и с мозгом Тьмира.