Чтение онлайн

– Твердыня! – рявкнул Шмелёв.

– Прошу прощения, анализирую…

Потемневшие стены засияли вновь, показывая чащу побегов «мха», практически сросшихся зонтичными вершинами. Но никакого препятствия по-прежнему видно не было, словно кульбит и встряска корабля произошли во сне.

– Твердыня! – повторил вслед за Шмелёвым капитан Дроздов.

– Анализирую… налетели на невидимую стену… радарные лучи поглощаются стеной стопроцентно.

– Ты… её не видишь?!

– Не вижу, – сухо подтвердил компьютер.

– Вот это да! – обескураженно проговорил Спирин.

– Кроме того, у нас полетела система «инкогнито».

– Что за чушь?! – взорвался Шмелёв. – Нас видят?!

– Илья, – попыталась успокоить полковника Диана.

– Но ведь такого не может быть!

– Может, раз случилось.

– Делаю всё возможное для ремонта системы, – сухо доложил компьютер.

Фрегат порыскал носом в поисках удобного обзора массы «мхов» под кораблём, выдвинул манипуляторы, медленно двинулся к непонятно откуда взявшейся стене. Лапы манипуляторов упёрлись в прозрачное нечто, амортизаторы сжались, и корабль остановился.

– Чтоб я так жил! – изумился Филин.

– Стена… – растерянно сказала Дарья.

– Какая стена?!

– Твёрдая! – фыркнул Рушевский. – Только невидимая.

– Кто-нибудь может объяснить сей феномен?

– Моя аппаратура ничего не… – начал Твердыня.

– Пощупай, во что мы упёрлись.

– Щупаю. – Твердыня помолчал. – Не вижу препятствий ни в одном диапазоне.

– Это какое-то поле, – сказал навигатор.

– Сам вижу, что поле. Твердыня, потыкай его лазером.

– Опасно же! – возмутился Свирский. – Если это защитное поле, его создатели не зря накрывали им ядро псевдопланеты, могут и ответить.

Шмелёв подключился к линии Дианы:

– Что-нибудь чувствуете?

Она помолчала, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Кругом слишком много шума…

– Чего?

– Вибрации полей забивают все каналы, в том числе пси. Но я по-прежнему уверена, что Дарислав где-то поблизости.

– Хорошо бы сориентироваться поконкретнее. Не идти же наугад.

– Я понимаю, сама заинтересована. Попробую на пределе сил.

– Ради бога, Дианочка, не до инсульта!

Диана усмехнулась:

– Постараюсь.

Однако осуществить «бросок мыслеволи» в недра сгущений тёмной материи ей не удалось. Как только Диана сосредоточилась на расширении восприятия, Твердыня прервал сеанс возгласом:

– Боевая тревога!

Через несколько мгновений стала понятна причина тревоги: со всех сторон, кроме той, где простиралась невидимая плоскость неизвестного силового поля, из скоплений «мха» вылезли гигантские змеи и всем скопом кинулись на фрегат.

– Уходим на «струну»! – отреагировал Дроздов.

– Нет, качаем РСН! – возразил Шмелёв.

– Не отобьёмся, их сотни!

– РСН, – поддержала полковника Диана. – Твердыня, поиграем в прятки. Запускай «динго»!

Она имела в виду систему динамической голографии, способную виртуально воспроизвести объект любой сложности.

– Выполняю!

Фрегат метнул в разные стороны с десяток беспилотников, имеющих генераторы фотонных умножителей, и его окружили десять точно таких же космолётов в натуральную величину.

– Начинаем прятки!

Псевдофрегаты кинулись кто куда, усиливая сумятицу среди приближавшейся лавины змей.

Двинулся прочь и настоящий «Великолепный», намереваясь проскользнуть по краю невидимого поля в заросли «мха». Но не успел он пройти и пары километров, как его настиг гравитационный разряд.

Фрегат подбросило, как футбольный мяч от удара футболиста.

Твердыня в течение долей секунды проанализировал ситуацию и хотя и с запозданием, но включил комплекс РСН, превращавший корабль в «поток вероятности», ещё до того как положение осознали космолётчики.

Виом обзора погас. Теперь пейзаж снаружи видели лишь члены экипажа, запакованные в защитные коконы ложементов.

– Что случилось?! – опомнился Шмелёв.

– Нас догнал чёртов «мяч»! – бесстрастно доложил капитан Дроздов.

Ни один змей не имел оружия, подобного тому, каким обладал эскор, поэтому первое время казалось, что «Салюту» удастся отбить атаку армии Тьмупитера, представлявшей собой «иммунную систему» псевдопланеты. Но змеевидных «фагоцитов» было слишком много, все они лупили по эскору гравитационными «дубинами» не переставая, легко находя его то у одной ветви «можжевельника», то у другой, и через полчаса битвы Дарислав понял, что придётся отступать.

Команда экспертов его поддержала.

Экипаж безмолвствовал, и даже Спирин, редко отказывающийся от комментариев, что бы вокруг ни происходило, не рискнул вставить слово.

Молчал и капитан Давлетьяров.

Зато по персоналке с Дариславом связался Шапиро:

– Слава, если мы уйдём отсюда, уже никогда больше не вернёмся обратно.

– Что вы хотите сказать? – мрачно поинтересовался Волков.

– Надо послать в ядро разведку.

– Мы послали дрон…

– Нужна живая душа, а не кванк.

– Степень риска представляете?

– Могу пойти я. На мой взгляд, здесь решается судьба новой будущей глобальной войны.

Дарислав невольно присвистнул:

– Куда вас занесло!

Физик не обиделся.

– Уже больше шестидесяти лет я занимаюсь метафилософией и метафизикой постразума.

– Может быть, За-Разума?

– Это одно и то же. Так вот, я уже говорил, что геном наших запутанных Вселенных, вашей и моей, имеет встроенную ДНК глобальной конкуренции, допускающей физическое устранение конкурентов. Поэтому при достижении каким-то из видов Разума порога божественной этики срабатывает так называемый Великий Фильтр, включающий регулятор максимально возможного развития.

– То есть войну?

Всеволод кивнул.

– Наша человеческая цивилизация достигла уровня выше первого, но не достигла второго, потому что не овладела энергией центральной звезды. Ядране в балдже Млечного Пути близки к третьему уровню, так как пользуются энергией ядра. Властители Ланиакеи ещё чуть выше, подчинив себе энергию сверхскопления. Ещё выше Тьмир, мыслящий мозг размером со Вселенную, хотя тут масса нюансов. И все они могут в будущем претендовать на роль За-Разума, каждая раса – со своими особенностями.