Чтение онлайн

– Thanatosdrakon amaru! – проговорил Любищев с благоговением. Во всяком случае, так показалось Шмелёву.

– Он! – кивнул полковник, поморщившись. Вид птерозавра действовал ему на нервы. – До сих пор не могу поверить, что этот монстр – разумное существо!

– По-своему он даже красив. Хотя видно, что хищник. Вы беседовали с Шапиро?

– Конечно, не один раз.

– Что узнали?

– Местный комп начал его слушаться, и Всеволод смог настроить мультиход. Кроме того, они нашли тут на нижних уровнях какие-то помещения, которых нет на плане Замка.

– Вот как? – заинтересовался Любищев. – Что значит – нет на плане?

– Танат, то есть драконовский комп, выдал план всего сооружения, так вот на нём два помещения на нижних этажах отсутствуют. Такое впечатление, что их достроили позже, когда Замок уже был закончен.

– Что там внутри?

– Шоколадные конфеты, – усмехнулся Шмелёв.

Спутники оглянулись на него с одинаковым недоверием.

Он кивнул:

– В одном торчит непонятная конструкция, в другом – это зал весьма большой – стоят две сотни боксов шоколадного цвета, ну чисто конфеты, только в тысячу раз больше.

– Кладбище? – предположил Серёгин. – Усыпальница?

– Не знаю.

– Идёмте, товарищи, – сказал Любищев. – Потом всё осмотрим и обсудим. Ведите нас к этому… Танату.

Обошли статую, косо глянувшую на них.

– Здесь странно пахнет, – неуверенно сказала Сима Саблина. – Вам не кажется, господа эксперты?

– Не знаю, я привык, – признался Илья.

– Какая-то странная химия.

– Весь Замок заполнен обычным земным воздухом.

– В пропорции, – добавил Шустов, – тридцать процентов кислорода, семьдесят азота.

– Всё зависит от здешних материалов, – назидательно сказал Весенин. – Это не привычные нам элементы, металлы и минералы. Просто наше обоняние реагирует на этот состав аналогичным образом, сравнивая запахи в соответствии с генетической памятью.

– Спасибо за объяснение, – вежливо сказала Сима.

– Потом разберёмся, – пообещал Любищев.

Подошли к так и оставшемуся открытым переговорному бункеру, изучили его интерьер, не переступая порог.

– Интересная форма у ложемента, – заметил начальник группы.

– Рассчитана, наверно, под фигуру птерозавра, – сказал Добужанский.

– Судя по размерам, наши дракончики были поменьше человека.

– Либо здесь сидел вовсе не птерозавр, – сказал Весенин. – По-моему, я слышал, что, когда в переговорную вошли Волков и его жена, кресло занимал Копун.

– Не выдумывайте.

– Я слышал!

– Не уверен, что это было на самом деле, – возразил Любищев.

Они заспорили.

– Стоп, джентльмены! – остановил их Шмелёв. – Не до дискуссий. Наши ребята вошли сюда и пропали. Вопрос: где их искать?

– В Мультиверсе, – изобразил усмешку Серёгин.

– Между прочим, Всеволод должен был оставить свои расчёты, – заметил Добужанский.

– Верно! – согласился Серёгин. – Надо проверить его персоник.

– Свой персоник он носит на себе, – с досадой сказал Шмелёв. – Теперь все предпочитают распределёнку.

Илья имел в виду кванк, операционная система которого была развёрнута в одежде, а иногда и в нижнем белье. Современные технологии позволяли довести процесс связи с компьютерами до совершенства, и всё чаще люди употребляли импланты, вживляемые в тело.

– Всё равно надо проверить кванк лагеря, – сказал Серёгин.

– Мудр, Сима, поищите в лагере. Савостьян, сопроводи.

Трое космолётчиков ушли. Остальные разбрелись по «предбаннику» переговорной, рассматривая коридорчик, стены, сам бункер, играющий бликами кристаллических отражений.

Было видно, что возводили сооружение не люди и не для людей. Это было заметно и по форме помещений: коридор, к примеру, имел в сечении сплющенный горизонтально овал с круглой выемкой в потолке, а его стены топорщились чешуёй тёмно-зелёного цвета и грибными на вид наростами непонятного назначения. Да и главный зал Замка, где стояла статуя птерозавра, тоже строился по необычной сложной геометрии, которую невозможно было описать коротко. При этом конфигурация стен зала и его ниш не казалась хаотическим нагромождением геометрических фигур, наделённая вполне определённым смыслом. Хотя понять замысел архитекторов человеку было трудно.

– Давайте зайдём внутрь, – предложил нетерпеливый Добужанский после десяти минут ожидания. – По-любому нам придётся осмотреть вириал периферии этого компа.

– Согласен, – кивнул Коля Грин.

– А если он и нас бросит к чёрту на кулички? – брюзгливо поинтересовался Весенин.

– Для этого нужно закрыть дверь, а мы оставим её открытой.

– Это всего лишь ваши предположения.

– Это логика здравого смысла, – рассмеялся ксенолог, поддев физика напоминанием определения, данного Весениным в разговоре о видах логик.

Весенин промолчал.

– Нет, подождём возвращения остальных, – отрезал Шмелёв таким тоном, что больше на эту тему не разговаривали.

Ждали полчаса, осмотрев за это время все соседние помещения, вход в которые не составил затруднений.

Появились спешащие эксперты.

– Где Савостьян? – спросил Шмелёв, не увидев Серёгина.

– Он услышал какой-то скрип и пошёл проверить, – ответил Любищев. – Мы ничего не нашли, кванк лагеря по имени Гулливер содержит лишь техническую операционку. Могу…

Шмелёв остановил его жестом, нахмурился, вызвал полковника по рации. Тот не ответил.

Шмелёв нашёл глазами Карпича.

– Лейтенант, найди его, живо! Упаковка «макс»!

– Есть! – Дмитрий зарастил шлем «кокоса» и метнулся назад, исчезая из виду: упаковка «макс» предполагала отработку тревоги и включение контура маскировки, превращающего владельца скафандра в невидимку.

– Что это вы занервничали? – хмыкнул Любищев. – Здесь ведь безопасно, Всеволод и Вия спокойно прожили в Замке два месяца и расхаживали по Замку без сопровождения фозмов.

– Бережёного бог бережёт, – ответил пословицей Илья, сам смущённый своим решением. Чтобы сгладить впечатление, он посмотрел на Симу Саблину.

– Что-нибудь нашли?

Ксенолог виновато развела руками:

– Память Гулливера действительно чиста как слеза ребёнка. Всеволод ничего не записывал, не считая разве что коррекции бытовых программ.

– То есть все расчёты он вёл с персоником.

– Может быть, у него мощный терафим.

– Вообще-то я не слышал, чтобы Шапиро использовал нательную операционку, – проговорил Любищев в сомнении. – Наверно, кванк ему вшили в голову.