Чтение онлайн

— В доступном радиусе связи абонент отсутствует.

Ну все, подумала Карина. Мозг еще кидал рациональные объяснения. Что он Древний и ходит по мирам, когда все нормальные люди (и гуманоиды) спят. Логично ведь, что днем он занимается Тайванью, а ночью — бродит по своим делам в других частях Вселенной. Или отправился шпионить в Союз. Разумных объяснений было сколько угодно. Но сердце камнем упало вниз, а в голове громом прозвучало осознание: пропал. Пропал.

Потом, когда на террасе стало людно, Рон'Альд отнес Ки'Айли в сторону, где в стенах были укромные темные ниши. Она сидела в одной из них, а он стоял рядом, и они целовались, радовались друг другу, смеялись и разговаривали. На этот раз — о самом сокровенном, чем живут, что тревожит и что, напротив, — наполняет жизнь. О детских страхах и взрослых обретениях, о чувствах и желаниях, о мыслях по ночам и самых тонких мечтах.

И вдруг Ки'Айли обнаружила, что плачет у него на плече. Искренне, горько, но с облегчением человека, встретившего понимание среди всеобщего равнодушия.

— Я ведь никогда не могла делать то, что хочу… — всхлипывала она. — Сначала меня не пускали, угрожали Запретом и прочим… Потом… потом я выросла и сама приняла этот долг, сама запретила себе… И так и не могу хранить, как все..

Рон'Альд мягко обхватил ее лицо ладонями.

— Послушай, Ки'Айли… Может быть, однажды придет время, когда мы не будем принадлежать самим себе. Об этом свидетельствует твое предсказание, — сказал он, с каким-то немыслимым выражением вглядываясь в ее глаза. С такой заботой и нежностью, с чем-то невыразимым, как космическая глубина… — Но пока мы будем жить так, как захотим, как сами сочтем нужным. И то, что ты называешь долгом, свое предназначение, исполним по собственному желанию.

— Мы? — сквозь слезы улыбнулась Ки'Айли.

— Да — вместе. Если ты захочешь, — впервые в его голосе послышались нотки неуверенности, смешанной с надежной. Но тут же он обрел обычную глубину и спокойствие, а ладони, все так же обнимавшие ее лицо, стали еще бережнее.

— Анте ви а, тери'н Ки'Айли [9] , — прозвучали слова древнего языка уалеолеа, прозвучали и снаружи, и у нее в голове, растекаясь по всей душе, по всему телу, проникли в каждый закоулок, в каждую клеточку Ки'Айли.

Ки'Айли снова улыбнулась сквозь слезы. От глубины и счастья, которое вдруг сломало все сомнения и тревоги. Уже совсем неважно, что они «смертники», ничто не важно. Потому что до всего, что может случиться, у них есть океан дней, в которые они будут вместе. И будут жить, как сами захотят, как сами сочтут нужным. Вместе. Вдвоем.

— Ва Анте ви а, Рон'Альд ин делла Эль [10] , — глядя ему в глаза, мысленно ответила она на древнем языке любви. И смешала свою ласку, свое доверие с безбрежной нежностью во взгляде черных глаз. Руки сплелись, губы закружились в танце, и глубина обретения друг друга разлилась вокруг, пропитывая ночь.

— Куда ты хочешь сейчас, антеоли [11] ? — прошептал Рон'Альд.

— К тебе, — ответила Ки'Айли и обвила его руками и ногами, прижалась душой и телом к тому, кто стал ее антео [12] .

Пропал. Исчез. Его нет поблизости, и где он, одному Богу известно. Нет, известно еще и ему самому, но от этого не легче. Карина глубоко вздохнула, пытаясь выгнать тревогу, непонятный шок, что она испытала, когда осознала, что инфоблок Тарро вне зоны действия. В комнате было темно. Вдруг перед глазами пронесся по дуге серый космический корабль, настолько реалистичный, что Карине захотелось от него уклониться. Но до Карины корабль не долетел, внезапно он уперся в черную стену. И исчез. А стена придвинулась к Карине, стала еще чернее… Она была ужасна, кошмарна, наплывая, она пробуждала животный, неконтролируемый страх, страх смерти, как будто она сама и была смертью.

— Свет! — испуганно скомандовала Карина. Мягкий свет, постепенно, чтобы глаза успели привыкнуть, наполнил тайванскую комнату. Стена исчезла. Перед глазами не было ничего, кроме двери в коридор. «Слава Богу, почудилось! — с облегчением подумала Карина. Сердце громко билось, пальцы мелко подергивались. Впрочем, утешительного было мало. Похоже, у нее галлюцинации. Доигралась, усмехнулась Карина. Пора заканчивать с этими размышлениями на тему Тарро Рональда.

Она еще раз глубоко вздохнула и плавно выдохнула, чтобы прийти в себя, встала и решительно направилась к двери. Так нельзя. Нужно проветриться. Тихонько прокралась через гостиную, вышла в сад и вдохнула полной грудью. На улице сразу стало легче. Воздух прохладным потоком врывался в ноздри и уносил черное видение.

В небе не было ни облачка, глубокий космос горел множеством крупных звезд. Справа блестела голубая с серебром спираль соседней галактики. Подсвеченные фонарями листья растений слегка колыхались на легком ветерке. Карина подошла к кусту с огромными листьями, похожими на кленовые, и тот словно специально коснулся ее ноги колышущимся листом. Как будто успокаивал. «Что я, собственно говоря, так разволновалась, — подумала она. — Подумаешь, инфоблок вне зоны действия! И на Земле такое было, например, когда абонент ехал в метро. А Тарро мог отправиться и в другой мир или просто в отдаленный уголок космоса. Ничего страшного, скоро он вернется, может быть, даже к утру».

Но вдруг он убежал от нее, чтобы проветриться, прийти в себя? Понял, что в какой-то момент не справится с чувствами, и отправился разобраться с собой или снять стресс с иномирными красотками… Но она тут же осознала, что дело не в этом. Она боится, что он отправился куда-то далеко, в другой мир, на другую планету, и там с ним произошло что-то ужасное. Что он… погиб, исчез навсегда. Пропал.

Карина нервно засмеялась. О ком она волнуется?! Ему две тысячи лет, и все эти годы он ходит по мирам, хранит их (или думает, что хранит). Все это время он успешно справлялся с опасностями, раз дожил до такого возраста. Волноваться о нем — все равно что переживать, что гранитная скала не устоит под порывами ветра и упадет в море. Но сердце громко билось, а в душе тонко звенело: с ним что-то случилось. И эта мысль рождала панику.

Карина тряхнула головой, чтобы согнать наваждение, похожее на паранойю, и посмотрела на небо. Красиво, подумала она. Чуждо, не как на Земле, но красиво. Небо было чужое, не земное, и даже не коралийское, она еще не успела к нему привыкнуть. На месте галактики все время хотелось увидеть Луну или хотя бы розоватый диск Арктуруса, хорошо видный на Коралии. Но это было тайванское небо, и другого ей не предлагалось. Чужие, незнакомые звезды переливались перед глазами. Может быть, у самой дальней из этих звезд Тарро Рональд сейчас плетет свои интриги, играет в свои игры… Карина снова тряхнула головой, чтобы отбросить видение высокой фигуры в черном универсале, появившееся среди звезд.

А вот союзные галактики отсюда вообще не видны, подумала она. Не видны те звезды, у которых может быть Артур. Ее любимый Артур… И при мысли об Артуре на глаза вдруг навернулись слезы, душу пронзила острая боль потери. Артур… Как же она по нему соскучилась! Теперь она сквозь призму набухших слез смотрела на звезды, и, как наяву, видела, что Артур мечется меж этих звезд, ищет ее, сходит с ума от тревоги. И не может найти. Жалость смешалась с почти физической потребностью увидеть его открытое лицо и мощную фигуру прямо сейчас, здесь, рядом. Прижаться, обнять и не отпускать уже никогда. А вслед за этим пришел гнев на себя: о ком она волнуется, вместо того чтобы думать об Артуре?! О Тарро, который похитил ее и разлучил с Артуром?! Это просто глупо. Глупо и стыдно.