Чтение онлайн

Есть все это время совершено не хотелось, немного подташнивало, поэтому аппетит отсутствовал. Но под внимательным взглядом Вейрро и Грайне отказываться от еды было нельзя. Карина поковыряла желто-красную лепешку, разрекламированную как очень вкусную, заставила себя съесть какой-то буро-оранжевый салат. От запаха и вида еды тошнило еще сильнее, но есть было надо, чтобы избежать лишних вопросов.

Под самый вечер технари продемонстрировали первую собранную установку «голос жизни», что было встречено взрывом аплодисментов. Завтра планировалось разобраться с расчетами и составить план работ — теперь уже нередко выездных — на следующую неделю. В итоге день получился длинный, тяжелый даже для выспавшегося человека, но крайне продуктивный.

А вечером Дух вколол ей снотворное. Карина собиралась сделать это сама, но, как ни старалась скрыть изможденное состояние и неровную походку, друзья заметили. Она хотела позаботиться об Игоре с Андреем, заказала им манио и бутерброды в буфете, а когда подошла забрать заказ, ее в очередной раз мотнуло. Дух резко встал, придержал ее за плечи одной рукой, а другой подхватил стакан с манио из ее руки. Но часть напитка все же вылилась Карине на юбку.

— Чего-то тебя шатает… — заботливо сказал Дух, а Андрей и Ванька с Анькой переглянулись. — Ты как себя чувствуешь, биг босс? Что с тобой?

Андрей придвинул кресло, и Карина без сил опустилась в него.

— Да ничего страшного… Засыпаю плохо, сплю мало, а день насыщенно проходит. Видать, недосып накопился… — врать не было смысла, но она приуменьшила размах проблемы. Ей было немного стыдно за свое состояние и не хотелось, чтобы друзьям пришлось с ней возиться.

— Плохо дело, — сказал Карасев, — ты давай уж это… Выспись!

— Вопрос — как! — усмехнулась Карина.

— Так, может, тебе снотворное? — спросил Дух. — От активной работы мозг будоражится и не спишь.

— Ага, уже думала об этом. Сегодня вколю снотворное..

— Давай я тебе вколю, — предложил Игорь, — а то ты совсем серая, еще вену продырявишь.

— Да местными шприцами сложно не вколоть, все ведь автоматическое. Но давай, — согласилась Карина.

— Или, Карина Александровна, причина в том, что вы злоупотребляете волшебным манио, — широко улыбнулся Андрей.

— Ты меня раскусил, Карасев! — рассмеялась Карина. — Все дело в волшебном манио!

— Щаз… бутерброд доем и пойдем делать укол, — сказал Дух.

Карина пожелала всем доброй ночи, и они с Игорем пошли к ней в комнату. На столике лежало приготовленное утром снотворное — разовая доза, обещавшая крепкий сон на ближайшие девять часов. Автоматический шприц нужно было поднести к вене на руке и нажать на нем кнопочку.

— Эх… давно уколов не делал… — вздохнул Дух. — Даже приятно! Закатайте рукав, мадам…

Карина послушно закатала рукав белой кофточки, которую носила второй день. Дух мельком прочитал инструкцию, и, приложив шприц к руке, нажал кнопку. Уколы, как и на Коралии, тут были совершенно безболезненные.

— Ну вот, спи на здоровье. Расскажешь завтра как впечатления от местных фармпрепаратов! — улыбнулся Игорь.

— Хорошо. Спасибо тебе огромное! — с улыбкой зевнула Карина. — Доброй ночи!

В имении Рода Энио было тихо и спокойно. Щебетали птицы, едва слышно журчала вода. Свежесть легкой прохлады обвевала обнаженные руки девушки, задумчиво сложенные на коленях. Ки'Айли сидела спиной к почти оконченной картине и непривычно спокойно смотрела на Эл'Боурна. Ее лицо на фоне темного лилового неба казалось воплощением печальной прозрачной тишины. А вокруг ее головы резвились нарисованные драконы. Теперь к их силе и мощи прибавилась мудрость. Картина стала глубже, красивее, а до завершения оставался один штрих — крошечная белая полоска на горизонте.

Эл'Боурн сидел напротив Ки’Айли, опираясь руками на колени, и тоже молчал. Мысли повисли в тишине. Они казались такими же ощутимыми и реальными, как произнесенные вслух слова. На секунду ему подумалось: должно быть, ее избранник живет как раз в таком мире. В мире, где мысли столь же ощутимы, видимы, реальны, где их невозможно скрыть или скрыться от них.

Но если он не нарушит тишину, то недоговоренности так и останутся, так и повиснут между ними на всю оставшуюся жизнь. Не для того он пришел, чтобы промолчать. Решение было принято. Да и слишком редко теперь Ки'Айли бывала в имении своего Рода. По большей части она жила в Белом Замке или пропадала в других мирах с Рон'Альдом. Только звонок Эл'Боурна и незавершенная картина привели ее сегодня сюда.

— Я люблю тебя, Ки'Айли, — в полголоса произнес он, — не только как брат…

— Я знаю, — Ки'Айли сказала это очень тихо, не поднимая глаз. Необычно тихо, и неожиданно грустно.

— Знаешь? — изумленно прошептал Эл'Боурн.

— И всегда знала. Теперь я это поняла, у меня словно открылись глаза, — тихо продолжила девушка. Неожиданно она подняла на него взгляд. В нем читалось странное чувство: то ли жалость, то ли мольба. И еще в нем были понимание и печаль, спокойные и тихие.

— Знаешь, — продолжила Ки'Айли, — когда мне было семнадцать лет, я была влюблена в тебя. Ты был для меня смелым, умным и сильным старшим другом, в которого я не могла не влюбиться. Я писала тебе стихи — они до сих пор лежат где-то у меня в столе. Мечтала, что я повзрослею, и мы вместе будем ходить по мирам, спасать Вселенную, вести проекты. И я буду сражаться бок о бок с тобой! Мы будем два любящие друг друга Хранителей, совершающие подвиги и предающиеся безумной любви в перерывах между ними! Это были юношеские, детские мечты… Я краснела, когда ты приходил к нам — наверно, ты этого не замечал — хранила память о наших встречах и снова, снова писала стихи…

Эл'Боурн в изумлении смотрел на нее. Прошедшая жизнь встала вверх ногами.

— Я отдавала себе отчет, что ты видишь во мне лишь веселого ребенка, мечтающего об авантюрах. Сестренку, которую приятно и интересно развлекать, с которой забавно провести время. И я давала тебе это, а сама мечтала, что однажды ты увидишь какая я прекрасная девушка! — Ки'Айли рассмеялась. Долго хранить спокойствие и тишину она не могла. — Но ты не видел во мне женщину тогда. Не подпитываемая взаимностью, детская мечта быстро угасла.

— А потом я повзрослела, — серьезно продолжила Предсказательница. — Ты снова стал для меня любимым братом. Я ценила твою доброту ко мне. Ты ведь всегда заботился обо мне, развлекал, находил на меня время. Знаешь, порой ты был для меня самым близким человеком… Хоть я прекрасно знала, что и ты не понимаешь меня с моими Предсказаниями, — Ки’Айли неожиданно горько усмехнулась. — Ты не понимал меня, но всегда принимал такой, как я есть. И это неоценимо. Спасибо тебе.

— Я любил тебя, Ки'Айли, — простонал Эл'Боурн, — просто любил!

— Не сразу. Ты полюбил меня, когда я повзрослела. Сейчас я думаю, может быть так сбылась моя мечта детства… Ты зачастил к нам, все чаще проводил со мной время. Иногда мне думалось, что, если бы ты любил меня не только как брат, то все было бы по-другому. Что я, может быть…, давно обрела бы то, что искала. Или что-то другое, нежданное, но тоже настоящее. Порой мне казалось, что ты действительно неравнодушен ко мне. Но это лишь неуловимое ощущение, ты ведь всегда вел себя только как брат и друг, ни словами, ни действиями не показывая чего-либо большего. Я разубеждалась в своих ощущениях. В итоге я пришла к выводу, что, либо мне только кажется, либо, если я и интересна тебе как женщина, то братская твоя любовь сильнее, и ты сознательно выбираешь быть мне братом и другом. Я уважала твой выбор.