Чтение онлайн

– Ремонтируют, - глядя на ведущиеся работы, усмехнулся помощник машиниста.

– Ремонтируют, - усмехнулся в ответ Дмитрий. – Как будто этот ремонт когда-то заканчивается… Вернутся ли времена, когда можно будет спокойно работать?

– Когда-нибудь вернутся, наверное, - усмехнулся в ответ помощник. – Вон говорят по телевизору, что в следующем году снег должен наконец-то сойти…

– Должен, - усмехнулся машинист. – Только сойдет ли? А впрочем… Я уж и привык как-то ко всему этому… Порой кажется уж, что и не было никогда другой жизни.

– Мне тоже, - усмехнулся помощник. – Я ж тогда всего год как в училище поступил… А как все началось, нас сразу на ускоренный курс да на снегочист посадили…

Ну да, нынче-то у железнодорожников это считалось самой простой работой – управление самоходным снегоочистителем. Хотя в том и не было ничего удивительного – скорости движения маленький, управление простейшее. Можно сказать, не сложнее какого-нибудь трактора… Ну а как студенты-машинисты доучатся, наберутся какого-никакого опыта – тут уж можно и на нормальные поезда переводить… А впрочем… Разве мало железнодорожников нынче могли бы рассказать подобную историю? Так что помощник даже не стал говорить дальше – они и так ведь все знали и прекрасно понимали.

Долгая зима раз и навсегда поменяла судьбы миллионов советских людей… Особенно тех, кто жил на подлежащих эвакуации территориях, где оставалась лишь часть населения. Порой эти изменения были к лучшему, гораздо чаще – к худшему. Однако в любом случае было ясно одно – такой, какой была раньше, их жизнь не будет уже никогда…

***

И вот снова Михаил едет в Москву… На этот раз – на какое-то совещание по вопросам развития электроники и вычислительной техники, где по каким-то причинам советское руководство захотело увидеть и его.

Откровенно говоря, он не больно-то любил все эти поездки в столицу… С куда большим удовольствием он бы провел свободное время дома, в кругу семьи. Или занимаясь какими-нибудь важными делами по хозяйству… А то порой ему даже стыдно было за то, что своими отъездами он фактически сваливает работу на плечи жены с родителями. Но что поделаешь – дела государственные… Зарекомендовав себя как «гения», как перспективного кадра, Михаил в какой-то мере лишился самостоятельности. Теперь на него строили какие-то планы, его включили в какие-то свои расчеты руководители государства. И ничего с этим уже не поделаешь!

«Есть традиция добрая в комсомольской семье:

Раньше думай о Родине, а потом о себе».

Так когда-то пелось в известной Михаилу комсомольской песне… И в новых условиях ее текст можно было бы считать как нельзя более актуальной. С одной небольшой поправкой – что, думая о Родине, ты думаешь и о себе. Ведь если не станет страны – не станет и тебя самого… Или, в лучшем случае, будешь влачить жалкое существование на руинах былой цивилизации. И, прекрасно понимая это, люди шли и работали…

Интересно, а написана ли та песня уже в нынешнее время? А, впрочем, не все ли равно? Уж изобретать заново песни Михаил точно не собирался… Нехорошо это – присваивать себе чужое творчество, и так один раз еле отбрехался. Да и не хватало ему еще и славы поэта… Нафиг-нафиг! И так уж засветился по самое не могу… Настолько, что его включили в какие-то свои планы советские руководители.

Откровенно говоря, он бы предпочел прожить свою жизнь достаточно тихо и незаметно, как и в прошлый раз. Никуда не высовываться, не лезть со всякими идеями… Но уж так сложилась жизнь! Отсидеться в стороне, прикинуться шлангом – это в нынешней ситуации было бы просто преступлением.

Попутчиками по купе в этот раз оказались командированные с НИЭТИНа, двое инженеров, парень с девушкой, и какой-то мужик с «Серпа и Молота»… И, что самое интересное, первых двоих Михаил знал – хотя в прошлой жизни познакомился с ними гораздо позже, причем по отдельности. Так что, познакомившись с этой парочкой и, якобы случайно узнав, что все они связаны с электроникой, Михаил мигом завел разговор, который вроде как случайно вышел на тему СВЧ-электроники и СВЧ-приборов, чем он занимался и раньше. И вскоре этот разговор настолько увлек всех троих, что Михаил даже, сделав вид, что ему это буквально только что пришло в голову, подкинул собеседникам несколько идей из будущего по СВЧ-электронике. Даже взял кое-что из своих собственных разработок более позднего времени… За авторскими правами Михаил не гнался совершенно – тем более, что дома в столе у него и так уж лежит целая пачка авторских свидетельств, которые он по большему-то счету и не заслужил. И, что самое главное, его собеседникам эти идеи очень даже пришлись по вкусу! Впрочем, чего еще ждать, если общаешься с будущими доктором и кандидатом наук?

А тем временем за окнами поезда проносился хмурый осенний пейзаж… Хоть на дворе и было всего начало сентября, то на улице уже было холодно, сыро и дождливою, что еще раз напоминало о том, что на дворе до сих пор стоит Долгая зима. То и дело начинал моросить мелкий дождик, на платформах попадавшихся по пути станций стояли лужи, а люди старались прятаться под зонтиками… Да, осень наступала рано – хотя к этому ведь уже давно привыкли? Чай не 67-й год, когда уже в октябре снег лег… И стоило только подумать о том, как и в разговоре всплыла тема:

– Раньше я любила осень! – глядя в окно, поморщилась Юлия, та самая инженерша с НИЭТИНа. – А теперь ненавижу… Как вспомню первые годы…

– Хреновое было время, - согласился с ним ее коллега Федор. – У меня двоюродный брат тогда помер от воспаления легких… На стройке застудился.

– У нас в комсомольском отряде почти все переболели, - тоже вспомнил Михаил.

Ну да – чудо уже то, что сам тогда не свалился. Насморк в тех условиях можно было и вовсе не считать за болезнь. А вот та же Вика тогда бронхитом переболела, как и многие его товарищи. А кто-то и вовсе тем же воспалением легких… Да, тяжело тогда было – и в 66-м тогда еще не знали, что главные трудности только начинаются. Что впереди – Долгая зима…

Увы, но, как сказал еще товарищ Сталин, история не имеет сослагательного наклонения. И даже то, что сам Михаил оказался тут, в альтернативном прошлом, мало что меняло. Предотвратить извержение Лонг-Вэлли он все равно не мог.

– Будь прокляты эти твари! – с ненавистью произнесла Юлия. – Жили себе, радовались жизни… А тут им понадобилось этот вулкан взорвать!

Из дальнейших разговоров Михаил узнал и некоторые подробности о работе предприятий СВЧ-электроники в прошедшие годы. После землетрясения производство было возобновлено лишь спустя две недели – ждали, пока все утихнет, пока наладится работа служб снабжения и городского хозяйства. Однако в итоге из-за остановки цикла часть приборов осталось только списать в брак – они вышли из строя при аварийном отключении электропитания… На замену им начали делать новые, но в декабре, после ввода в стране Особого положения, пришел приказ о приостановке производства и консервации большей части оборудования. Осталась, можно сказать, только механичка и сборка, где делали совсем другие детали под совсем другие изделия… Конструктора же с технологами и вовсе занимались совершенно сторонней работой, не имеющей никакого отношения к СВЧ-технике. Впрочем, оно было и понятно… Военные заказы исчезли напрочь. Приборы для космоса на какое-то время тоже стали не нужны – тем более, что на несколько запусков они имелись уже готовые.

– К производству электроники мы в 68-м вернулись, уже осенью, - заметил Федор. – Когда начали спутники для метеорологов делать…

А вот чего Михаил не ожидал совершенно – так это того, что уже успел стать узнаваемой личностью. И все благодаря тем самым, уж будь они не ладны, двум Сталинским премиям! Еще бы – не часто два раза подряд дают одну из высших наград страны какому-то студенту из обычного областного центра!

Впрочем, Михаил-таки сильно недооценивал то, насколько широко распространились «подброшенные» им идеи… И пусть они и впрямь не оказали решающей роли в вопросе выживания советского народа в Долгую зиму, но смогли в некоторой мере облегчить эту задачу… Со своего места он, конечно, видел, как расходятся по стране новое оборудование для сельского хозяйства – пневмотранспортеры, зерносушилки нового типа, комбайны для уборки «низкорослых культур». Однако при этом Михаил совершенно не имел понятия, сколько выпускается тех же ЧПУ станков гидроабразивной резки или, тем более, пневмоУШМ, сколько строится автоматизированных тепличных комплексов, насколько активно внедряются новые идеи по автомобилям или электронной технике…