Чтение онлайн

Переночевав в гостинице, на следующий день Михаил доехал-таки до МГУ – и хоть идти сюда он и не собирался, но посмотреть на все было интересно… Даже то же главное здание, которое в реальности он видел лишь на картинках. Побывал в приемной комиссии, где для виду навел справки на счет поступления. А потом они с Катей, как и планировалось, доехали до ВДНХ. Здесь Михаил бывал в своей реальности тоже не бывал – хотя и всю жизнь хотелось посмотреть, но ради этого ехать в Москву, тратить время отпуска, не было никакого желания. Уж если куда и ехать, то в этом плане он предпочитал Абхазию… Море, солнце, тепло и все прочее в таком духе… Правда, и там не много довелось побывать – уж больно редко у них с женой отпуска на одно время выпадали. Так что поехать вдвоем не получалось, а одному – что же там делать? Этак ведь даже поговорить не с кем будет…

Однако по рассказам других людей и фотографиям кое-что про ВДНХ Михаил все ж таки знал… и тут было на удивление красиво. Построенные в «сталинском» стиле павильоны, знаменитые фонтан Дружбы народов и «Рабочий и колхозница»… И, глядя на них, Михаил и не догадывался, что, по сути, ВДНХ этого мира была куда красивее той, что он мог бы увидеть в прошлой жизни. Здесь сохранилось многое из того, что, в рамках «борьбы с архитектурными излишествами», в его мире было уничтожено, заменено или перестроено, лишившись своего прежнего облика, ликвидировали гербы республик, мозаики, горельефы и многие другие декоративные элементы… Посмотрели, что было представлено на выставке, прогулялись по аллеям, немного в кафешке, поели мороженного. И затем засобирались в обратный путь… Тем более, что задерживаться в Москве Михаил не собирался – билет на вечерний поезд у него уже лежал в кармане.

– Ну что надумал? – когда они прощались у метро, спросила Катя.

– Не знаю, - ответил он. – Подумаю… Хотя, наверное, дома останусь.

– Почему? – распахнув голубые, цвета неба, глазища, спросила девчонка.

– Чужим я тут себя чувствую, - почти честно, лишь не став уточнять, что оно относится ко всему этому миру, ответил Михаил. – Дома как-то уютнее все же…

Глядя на этот мир, Михаилу и впрямь казалось, что его присутствие тут как-то совершенно не к месту… Взрослый мужик в теле пацана. Человек, разуверившийся в будущем, посреди верящих во все доброе и светлое, стремящихся как можно скорее построить то самое светлое будущее, которое безжалостно отняли у его родной страны. Кого порой откровенно смешит, а то и вовсе пугает, эта наивная вера в то, что будущее прекрасно и благополучно. Среди тех людей, большинство которых даже не задумывается о том, что главный враг не где-то там, за океаном, а здесь, рядом с нами. Даже несмотря на то, что тут до сих пор считается истиной теория об усилении классовой борьбы по мере движения к коммунизму. И этот враг окажется опаснее и могущественнее, чем стратегические бомбардировщики главного геополитического противника и бороздящие океаны подводные ракетоносцы…

– Может, надумаешь все же? – с явным сожалением в голосе спросила Катя.

– Подумаю, - согласился Михаил, прекрасно понимая, что не станет даже и раздумывать на подобную тему.

– Если что – пиши, - неожиданно произнесла девчонка. – С тобой… интересно. Даже не верится, что только вчера школу закончил!

– Хорошо, - кивнул Михаил. – И прощай.

– До свидания, - улыбнувшись напоследок, произнесла Катя. – Надеюсь, еще увидимся…

Два дня в Москве пролетели на удивление незаметно… Тут и море впечатлений от увиденного, и общение с в целом ему приглянувшейся девчонкой, да и просто достаточно сжатый график поездки, когда сидеть и скучать было особенно некогда. Так что, забрав вещи из гостиницы, Михаил отправился на вокзал – и днем следующего дня был в своем родном городе… И вот уж вновь знакомые кварталы «Пролетарки», знакомый дом и вновь ставшая привычной повседневная работа. Несколько раз к нему забегали школьные товарищи. Пару раз, к удивлению, заходила и Вика – просила разъяснить некоторые вопросы по физике, и отказать ей в этом он не смог. Как потому, что чувствовал свою вину в изменении ее судьбы, так и по чисто человеческим чувствам. Отказ от помощи – это выглядело бы, мягко говоря, просто непорядочно. Не по-советски… и за этим как-то и прошел почти весь июль… Несколько раз, правда, ездил с пацанами на речку или на рыбалку, когда погода стояла получше. И помаленьку готовился к предстоящей в августе сдаче вступительных экзаменов в университет… И никто еще не мог и предстьавить, какой резкий поворот скоро совершит их жизнь.

В середине июля по телевизору неожиданно объявили о мощном, в семь баллов, землетрясении на западе США, но ни Михаил, ни кто-либо иной поначалу и не обратили на то особого внимания. Ну тряхануло так тряхануло… Да, было немало погибших и раненных, обширные разрушения – но ведь это вполне себе типичная картина при подобных катастрофах. Даже Михаил не придал этому событию никакого значения – запоминать даты всех катастроф он никогда не стремился.

Однако затем в Америке началась целая череда землетрясений с нарастающей мощностью. И хоть никто из окружающих и не придавал тому особого значения, но вот Михаила это изрядно обеспокоило. О таком он точно должен был помнить! Но никаких воспоминаний не было… Неужели в этом мире пошло что-то иначе аж с тектоническими процессами. Но как такое могло быть? Каждый день в новостях сообщалось о новых толчках, разрушениях, о погибших, раненых и оставшихся без крыши над головой. Сообщались просто фантастические, запредельные цифры экономического ущерба. Американцы при поддержке армии и национальной гвардии принялись за эвакуацию населения западного побережья страны

– Слышал новость? – когда они с пацанами и девчонками отдыхали на пляже, вдруг спросил Семка. – Американцы обратились к нам с просьбой о помощи…

– В смысле? – удивился Михаил.

– Да говорят, что там у них п*ц такой, что сами не справляются. Эвакуация там, спасение людей, организация лагерей для беженцев…

– И товарищ Пономаренко согласился? – удивился Диман.

– Ага, - подтвердил Семка. – Сегодня утром по новостям передавали…

– Интересно, что американцы пообещали нашим? – с искренним интересом спросил Леха.

– Вот уж этого не знаю! – усмехнулся Семка. – Но уверен, что что-то нужное!

– Жалко их, - произнесла Катька. – Люди ж тоже, у них и пролетариата своего полно… Только решимости не хватает чтобы козлов-буржуев уничтожить! Эти сволочи-то в сторонке отсидятся, а простые люди гибнут.

– А, может быть, они теперь у себя и устроят пролетарскую революцию? – спросил Петька. – Как увидят, что их буржуям на них наплевать…

А вот Михаилу слушать это было откровенно смешно… Зная историю прошлого мира, он был абсолютно уверен, что никакой революции в США не случится. Сейчас только затихнут землетрясения, все постепенно устаканится, отстроят разрушенное – и будет все как прежде. Разве что громадный экономический ущерб несколько ослабит США. А еще… Там же, на западе США, ядерные объекты! Это что же, теперь там, вполне возможно, уже состоялся свой «Чернобыль» с выбросом огромного количества радиоактивной дряни? И теперь ее вовсю разносит по планете? И от этого становилось ка-то жутковато…

Однако больше ничего особенного не сообщалось – хотя вскоре и впрямь стало ясно, что в СССР готовят спасательную экспедицию в разрушенные землетрясениями западные штаты США, где будут работать совместно с американскими экстренными службами. Говорилось о миллионах пострадавших, десятках, а то и сотнях, тысяч погибших. И Михаилу и впрямь становилось интересно – что же все-таки американцы предложили Советскому Союзу за помощь? Какое-нибудь дефицитное оборудование? Технологии? Или что-то еще в таком же духе?

Однако в остальном все шло тихо-мирно… В начале августа Михаил пошел сдавать вступительные экзамены в университет. Первым экзаменом была математика письменно… Которую Михаил не боялся совершенно – хотя многие поступающие буквально тряслись. Как та же Вика…

– Тебе что, и впрямь все о лампочки? – удивлялась девчонка.

– Я просто знаю, что сдам, - отвечал он. – И ты будь уверена в себе… Все ты знаешь, самое главное – не растеряйся.

– Странный ты человек, Миш, - усмехнулась Вика. – Ведешь себя так, словно каждый день на экзамены ходишь!

– Я просто не позволяю страху взять верх над собой, - отвечал он, тихонько гладя девчонку по спине – и та, прижавшись к нему, постепенно успокаивалась. Прямо как тогда с Ленкой – только та вылетела в первую же сессию, а на следующий год поступила на исторический. Где в дальнейшем и нашла себе «любовничка»…

Но вот их и запускают в аудиторию, они берут билеты и, рассаживаясь, начинают писать экзамен. И Михаил, ожидаемо, сделал все первым и, сдав, вышел в коридор, где и стал ждать Вику. Которая вышла одной из последних…

– Ну как?

– Думаю, сдала, - гораздо более уверенным, чем до экзамена, голосом отвечала девчонка. – Ты-то как так быстро?

– Да что там особо делать было, - отмахнулся Михаил. – Я и посложнее задачки решал…

– Когда? – не поняла Вика.

– Когда готовился…

Потом были математика устно, физика устно и сочинение – хотя последнее экзамен в зачет и не шло. Нужно было лишь сдать его не на двойку. А вот отбор проходил по результатам трех основных… и тут Михаил был абсолютно уверен в том, что наберет все пятнадцать баллов. Того, что случится буквально через несколько дней, тогда еще не мог представить никто в целом мире… День 9 августа 1966 года начинался обыденно – и еще никто не мог и подумать, что вскоре он разделит всю историю мира на «до « и «после», изменив до неузнаваемости весь мир…