Чтение онлайн

— Почему вы так решили, Сергей? Конечно же есть. Просто вероятность успешного исхода с ними куда ниже, чем была бы с Боровом, или с вашим участием.

— То есть вы хотите, чтобы я пошел на эти бои без правил и победил там всех во славу Хана?

— Нет, Сергей, вы неверно представляете себе структуру боев. Это не первенство, где определяется один победитель, это несколько обособленных схваток, в которых на бойцов делают очень… Сергей, я подчеркиваю, очень высокие ставки. Ваша задача победить хотя бы в двух, которые очень важны для Хана.

— Звучит достаточно просто. А что стоит на кону?

— О, поверьте, ставки просто невероятные. Высокодоходные производства в России и странах ближнего зарубежья, что с той, что с другой стороны. Проще говоря, это неприлично огромные деньги, которые Хан очень желает присовокупить к своему капиталу. И, Сергей, уж поверьте, даже один бой — это очень непросто. Понимаете ли, в этих, с позволения сказать, соревнованиях полностью отсутствует какой бы то ни было допинг-контроль. Нужно ли мне продолжать?

— Вы хотите сказать, что все участники — это стероидные машины убийств, неутомимые и резкие, как удар по яйцам?

— Абсолютно верно, Сергей, вы очень хорошо владеете вопросом. Точнее сформулировать я бы даже и не пытался, все обстоит именно так.

Значит, Боров точно сидел на стероидах… эх, надо было получше в его памяти покопаться, поторопился я его слить…

— Ну, хорошо, положим, я соглашусь, могу я обсудить это с Ханом лично?

— Если согласитесь, то обязательно встретитесь с ним во время боев, в противном случае едва ли он захочет вас подпускать к себе достаточно близко. Очень уж вы опасный человек.

— Что ж, мне все понятно. Сколько у меня есть времени подумать?

— Бои начнутся через две недели и продлятся три ночи. Но определиться вам нужно прямо сейчас.

— Что? Я не могу вот так с ходу принять решение, мне нужно все тщательно взвесить.

— К сожалению, Хан и это предусмотрел, и мне было велено показать вам вот эту запись. — Дима извлек из кармана телефон и передал мне экраном вперед. — Нажмите на воспроизведение.

Я послушно тапнул на белый треугольник и с первых же секунд оцепенел. На видео отчетливо узнал салон своей «Ауди», а потом уже увидел и самого себя, стоящего в сумеречной подворотне в одиночку против толпы озлобленных ваххабитов…

— Откуда у вас эта запись, Дима? — В моем голосе зазвучала сталь, но на визитера это не произвело особого впечатления.

— Мне ее прислали для переговоров с вами, а откуда она у людей Хана, я, к сожалению, не знаю. Как не знаю и того, как она должна помочь вам в принятии решения.

А вот это уже подло. И если раньше я где-то в глубине души колебался, то теперь уверен на все сто процентов — этот ублюдок Хан должен умереть. И обязательно умрет.

— Вы не возражаете, Дима, если я сделаю звонок?

— Нет, вовсе нет, пожалуйста.

Отойдя на пару шагов, я вытащил телефон и набрал номер Алины. После тревожной долгой тишины послышалось сообщение оператора: «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позднее…» Что ж, ожидаемо. Показывая мне это видео, Хан прямым текстом сообщил, что девушка у него, и он теперь намерен меня этим просто шантажировать. Беспринципная мразь… хотя чего я ожидал от московской мафии? Они хотели открыть на меня охоту? Посмотрим, что они будут делать, когда вместо охоты попадут в зону боевых действий…

— Дима, передайте Хану, что я согласен на его предложение.

— Владимир Павлович, не помешаю? — Тяжелая резная дверь из мореного дуба слегка приоткрылась, и из-за нее вопросительно выглянул посетитель, ожидая, когда ему позволят войти.

— Не помешаешь, Гриша, — Хан призывно махнул рукой, приглашая визитера в кабинет, — заходи. Что ты там интересного мне показать хотел?

— Я только что от мусорских…

— Гриша! Выражения выбирай, когда со мной говоришь!

— Виноват, Владимир Павлович! — Гриша по-военному подобрался, разве что в струнку не вытянулся при этом. Он давно привык к необычайно щепетильному отношению своего босса к «фене», но не уставал его при каждом удобном случае провоцировать, в наивной надежде, что тому это когда-нибудь надоест. — В общем, я только приехал от… э-э-э… наших условных союзников из ведомства. И они мне рассказали одну очень странную историю…

— Не много ли странных историй в последнее время, м? — Хозяин кабинета иронично приподнял бровь. — Дай-ка угадаю, она тоже связана с одним небезызвестным медиумом?

— Именно, Владимир Палыч, а если точнее, то с бывшими ребятами Штыря, которых мы отправили по его душу.

— Так-так, это уже интересно. И что с ними?

— Нашли их тела.

— Что, прям всех? — Хан широко раскрыл глаза в удивлении. — Там что, целая братская могила?

— Ну не всех, а только троих. Но… — посетитель немного помялся, подбирая слова, — с ними не так все просто. Дело в том, что они, вроде как, покончили с собой. Одновременно…

— Я не ослышался, Григорий? Суицид?

— Да, Владимир Палыч… именно. Но только суицид очень странный. Вот, посмотрите.

Гриша подошел к своему боссу, на ходу извлекая из кармана джинс смартфон.

— Эти фото были сделаны на следующее утро, после ночной засады на Секирина. Место действия — квартал по соседству с одной из его берлог.

— Эм-м… Гриша?

— Да, Владимир Палыч?

— Я правильно вижу, что все трое держатся за руки?

И действительно, на фотографиях, которые показывали сейчас Хану, на асфальте в ручьях загустевшей крови лежали распростертые в неестественных позах тела. Они настолько крепко сжимали ладони друг друга, что даже чудовищная сила удара от падения не расцепила этой мертвой хватки.

— Ага, все верно. Как, блин, детишки на утреннике.

Главарь откинулся в кресле, задумчиво барабаня пальцами по подбородку.

— Я не верю, что это суицид. — Выдал он свой вердикт. — Это… это нелепо. Нелепо и смешно! Трое взрослых мужиков, которые работают в нашей организации не первый год, шагают с крыши, держась за ручки, как трио свингеров? Да они, в конце концов, были из гвардии Штырёва! И не мне тебе рассказывать, что он у себя слабаков не держал. Это были настоящие боевые псы! И тут вдруг они решают совершить массовое самоубийство? Нет, не допускаю даже на секунду. Их скинули, вот мое мнение.