Чтение онлайн

– Что случилось у этого старика? – спросила тетушка.

– Родители девочки разбились на машине. Молодые и глупые были. И вот дед остался с внучкой один. Работать не может, так как нет детского садика. А садики все расписаны. Вот и помогаю. Устрою внучку в садик и он сможет работать, чтобы прокормить внучку. – Ответила маман. Я же депутат. Ко мне все идут – за советом или с горем. – надо помогать - ведь люди мне верят. А к кому им еще идти?

Для Ксении это был шок. Она просто не представляла себе работу депутата. А маман выбрал народ и ей верил. И она разбивалась в лепешку, но старалась добиться того, что нужно было людям.

– Людмила Сергеевна, а полиция вот так запросто вам честь отдает? – осторожно спросила тетушка.

– Ксюша зови меня Лейла. Мой отец не Сергей, а Серази и он был перс. Но для всех я - как ты и назвала, но в семье я Лейла, а отчеств у нас нет. Мы еще от советской власти не отошли, а тут уже новые нарисовались. Все своровать хотят. Просто при Советах выжить с именем Лейла Серазиевна было бы трудновато, - расхохоталась маман, а полиция – милиция знает, что я во власти. Поэтому отдают честь. Закон природы.

Тетушка Ксения была в восторге от дома. Макс постарался по мебели и нашел гарнитур из его любимой карельской березы. И вообще тут вся мебель была от краснодеревщиков. И буфет, и стол со стульями, и горка с хрусталем и фарфором. Увидев кошку она пораженно остановилась. Кошка недоверчиво посмотрела на нее и скрылась в кустах терновника.

– Ксюша, не обращай внимания, Тэсса только к Нине и Максу идет на руки. Остальных просто терпит, - рассмеялась маман.

На отдыхе отец прокатил графиню с Татьяной вдоль побережья на катере. Зашли в Абрау-Дюрсо на дегустацию вин. Макс понырял и притащил огромную сетку мидий и пяток камбал. Купили у рыбаков барабульки на жареху.

– Когда Макс приезжает всегда нас кормит мидиями в томатном соусе. Так то тут народ их не ест – не привык, а Макс всегда наловит и жарит их на чугунной сковородке. Объедение. Особенно с белым вином.

Макс занимался с Сашкой и часто возил его на тот самый пляж. Учил плавать и задерживать дыхание, правильно дышать и давал легкие физические нагрузки.

Ездили всегда с Ниной и она тоже пристрастилась к упражнениям, особенно после общения с Шефом. И особенно к плаванию.

С Шефом Макс все высчитывал параметры челнока и его насыщение. Решили с Шефом сделать его по виду, похожим на яхту с убирающейся мачтой. Поставив водометы, а не винты. Встал вопрос с маскировкой. Летать на нем можно только под прикрытием ночи. Днем же он выл виден всем вокруг. Шеф выдал чертежи генератора преломления света в видимой части спектра и небольшого генератора холодной плазмы, чтобы укрыть челнок от излучения радаров и просто отпечатали это на принтере, чтобы не мутить производство. Продавать кому-то такие аппараты Макс не собирался. Сам корпус челнока Макс заказал на верфи из красного дерева со специальной пропиткой от влаги. Потом после установки реактора все внутренние стенки и днище выстилали ячеистыми панелями и прикрыли их обивкой. Так как электричества на борту море поставили убирающиеся радары, эхолот, два компаса, систему спутниковой навигации и две радиостанции (одна в резерве). Ну и шкиперское хозяйство, в чем сильно помог отец. Он также твердо настоял, чтобы на борту было аварийное оборудование в виде механического лага, канатов, багров и так далее, что положено по регистру. Отец поехал регистрировать яхту в Новороссийск. Потом оттуда приехал инспектор и просмотрев все и сверив с регистром поставил свою подпись. Взяв на борт Дока отправились на испытания. Пока только Макс с отцом.

Отец Макса одев настоящую капитанскую фуражку встал к штурвалу. Сам штурвал носил скорее декоративную функцию, но им реально можно было управлять яхтой на воде. Так то он был не нужен, но декор важен, так как яхта была построена для испытаний и как прикрытие. Выйдя из бухты Геленджика они направились в сторону Одессы на водометах. Проходя створы Макс получал практику навигации, полученной базы знаний.

Пройдя Крым на траверсе Николаева вдруг появился катер береговой охраны Украины и по радио приказал остановиться для досмотра. Отец покачал головой и предупредил Макса, что это какая-то странная охрана. Говорят на суржике, а не на английском или русском. Номер свой не дали, себя никак не обозначили. Остановившись и пришвартовавшись посмотрели документы и сказали, что вынуждены сопроводить их в порт Николаев для выяснения. Макс резонно сказал, что на борту ничего нет, кроме запаса пищи. Требование регистра соблюдены. Так что они никуда не пойдут. А они могут идти лесом. Или морем по выбору. Тут командир катера вскипел и достал пистолет. Макс мгновенно расстрелял из игольника всю команду катера. Пройдя на борт он увидел выключенный транспондер.

Макс проверил катер и забрав все деньги. Вещи не тронул и перетащив трупы на борт катера завел движок и направил его в открытое море, оставив транспондер выключенным. Миль на двести должно топлива хватить, - подумал Макс. А там пусть ломают голову отчего померли морячки – пираты. Он еще по той жизни помнил рассказы, что такие вот пираты присваивали себе катера и малые суда прикрываясь статусом береговой охраны. Им и зарплату не платили – иди в море и там зарабатывай и не забывай отстегивать наверх за то что катер тебе дали. Искандер покачал головой, но ничего не сказал. Кремень, - подумал Макс, - ни сомнений, ни волнений. Настоящий моряк. А потом, чтобы не плодить сущностей изменили курс и пошли в Турцию.

Поймав ветер выдвинули обе телескопические мачты и развернули паруса. Получили примерно 12 узлов на попутном ветре. Под вечер свернули все и выключив транспондер взлетели, то есть выскочили из воды. Тут уже Макс правил и выключив огни он перешел на ночное зрение оставив отцу смотреть на экран ноктовизора. Поднявшись на пять тысяч метров, стало заметно холоднее. Понемногу добавили скорость и дойдя до пятисот км\час встали на ровный ход. Полчаса такого хода и Макс снизился и плюхнулся обратно в воду. Трое суток они мотались по черноморской луже и вернулись в Геленджик. Затея себя оправдала и можно строить нормальный челнок, а яхту отдам отцу, - подумал Макс. Может курортников катать, а то ему без моря скучно. А так целый капитан и заодно будет знать, что деньги зарабатывает сам. А для мужчины это важно. И на ней можно по средиземке походить. Перелететь через Босфор и вперед.

Отец действительно взялся катать курортников и назвав яхту «Осьминог» проводил экскурсии вдоль берегов района с остановкой на обед и купание в море. Это стало фишкой в Геленджике.

Тетушка с маман сходили в старый храм, где она помолилась, поговорила с настоятелем и внесла деньги на восстановление храма. Пожилой батюшка долго с ней разговаривал о чем то, а потом благословил и отпустил. Тетушка Ксения вышла с просветленным лицом, улыбнулась и обняла маман.

– Как хорошо, что мы приехали, а то все чего-то боялись, - сказала она, - мы гражданство восстановили и у нас теперь есть русские паспорта. Ты знаешь совсем другое чувство родилось, что мы опять обрели Родину. Нам есть на что опереться. Лейла, может нам переехать к вам сюда? – спросила Ксения. Вы наши единственные родственники – там никого не осталось.

– Смотри сама Ксюша, - отозвалась маман, - мы то рады будем. У меня младшая сестра в Сургуте живет – так видимся раз в два года от силы, а Макс все время в разъездах. Нина с Саней только на лето приезжают. А так ты можешь тут быть хранителем музея местного, а то на это место никто идти не хочет и оно вакантно. Ты своим авторитетом смогла бы его поднять. И потом как раз для тебя оно и создано. Невместно чем-то не таким заниматься.

Ксения загорелась и они пошли смотреть музей. Ну тетке будет чем заняться, - подумал Макс, - действительно – не горшки же ей выносить.

И Макс засобирался в Москву. Тут он все доделал.

Приземлившись его огорошили новостью, что нобелевский комитет присудил ему нобелевскую премию по физике за два открытия – искусственная гравитация и антигравитация по совокупности достижений. Так – фрак уже есть – покупать не надо, - промелькнула мысль и тут же унеслась прочь.

Планы.

Максу было чем заняться. В своих планах у него имелось направление противораковое, к которому он никак не мог подступиться из-за суеты вокруг других дел. И еще он решил запустить свои спутники. Деньги на это есть и нечего их в кубышке держать. Потом можно просто продавать или сдавать каналы связи для интернета, который рос как на дрожжах и ему нужна была своя спутниковая связь, которую тоже можно продавать, но сделать ее криптоустойчивой. Начав со спутников, компоновка которых уже давно готова он отдал своим конструкторам чертежи на доработку и дополнительно снабдил их оптическим каналом связи и закомпоновал в него игольник с бронебойными иглами, предвидя попытки вывести его из строя другими спутниками. По расчетам Дока, геостационар должен служить 10 лет до истечения срока действия его энергетической установки. Потом автоматически включались ионные двигатели и они буксировали спутники в космос на орбиты захоронения где и аннигилировались. Купив пять запусков Протонов он приступил к производству. Вторая тема, которая просилась к решению – это блуждающие спутники с собственной силовой установкой и четырьмя ионными движками, которые доработал Шеф. Его интересовало выведение из строя спутников, которые могли вредить его группировке. Их повесить он хотел над горячими точками планеты, как Ближний восток, Украина, Венесуэла-Колумбия-Куба, Севморпуть, Восточная Европа и Тайвань-Китай- Северная Корея. Пункт управления уже начали строить в Уральских горах. Еще шесть запусков Протонов – наши конечно часть разворуют, но все-таки часть попадет на проект Ангары, которую они мучают уже который год. И наконец еще три спутника – пилигрима, которые могли повиснуть в определенном месте и год-два давать связь с землей и другими спутниками группировки по закрытым каналам и обеспечивать интернет покрытие выбранного района и фотосъемку в режиме реального времени. На весь мир пусть Маск фигачит, с его связями в правительстве США. Ну и последние планы касались вывода своих спутников на своем челноке в автоматическом режиме и потом ремонт или перезарядка спутников и их силовой установки. Запустив эти проекты он сконцентрировался на капсуле - сканере человеческого организма, на манер Шефовского. Прототип капсулы уже был готов. Макс в нем предусмотрел сканирование организма на предмет некорректной работы органов, сравнивая ДНК-анализ на предмет некорректных мутаций при воспроизводстве новых соматических клеток, которые приводили к укорочению теломеров в структуре ДНК. Наличию раковых новообразований. Функции лечения пока не вводил, так как считал, что это слишком рано. Для себя он оставил функцию глубокого исследования полей и подполей мозга с целью выявления особей, отличающихся большими и мощными полями, которых можно учить ими пользоваться для включению в «команду гениев», которую он задумал создать.

Для начала, Макс создал специальную школу куда принимали не по деньгам родителей или уже выраженным способностям, а по результатам сканирования мозга с выявлением уникумов с потенциально развитыми полями и подполями головного мозга. Он выкупил полностью весь заброшенный архив института мозга при ЦК КПСС, который вообще не подчинялся Академии наук. При новой России его забросили и не давали финансирования. Макс все это прибрал, как и работы Ивана Николаевича Филимонова и его команды. И поразился гениальности великого ученого. И эти козлы из Нобелевского комитета не дали ему Нобеля. Да-с. А уж только то, что именно Филимонов стоял за созданием цитоархитектонического атласа головного мозга человека ставит его в ряд ученых супер калибра 20 века.