Чтение онлайн

– Давай жду, - закончил Глава ЦБ.

Глазьев повернулся к Геращенко. – Ты так просто отдал ему контракт на такую сумму? – спросил он у Геракла. Геращенко прищурился и спросил, - А ты знаешь кто тебя рекомендовал Президенту на твой пост?

– Не знаю. Примаков мне не говорил, что кто-то меня рекомендовал. – вскинулся Глазьев.

– Эх Серега - Серега! Тебя лично рекомендовал Юсупов. Он был у Примакова после кончины Борьки-алкаша. Я то уже был в ЦБ и мы тогда голову ломали как быть и что делать. И тут Максимыч достал свои запросы и показал мне -все обосрались и МИД, и ФСБ, и Минфин, и Академия Наук. Все. Обосрались. Никто ничего не смог предложить и никого. Максимыч сам на свой страх и риск позвал Юсупова. Он все-таки лауреат Нобеля не хухры-мухры и открытия его реальные, а сделать их неумный человек не мог. Так он приехал и весь расклад дал. Так что мы сейчас работаем по его лекалам. Мне Примаков дал потом послушать запись их разговора. Так Юсупов ему всю экономическую программу на блюдечке выложил. Этот парень стоит миллиардов 100 если не больше. Вот ты знаешь кто в 91 году выкупил долги СССР? Юсупов. За 5% от номинала. Но это не дало возможности всяким козлам нас потопить. Он тогда все свои деньги в них бухнул. Под пол-ярда долларов. Представил себе фишку? Как он далеко думает? А он тогда уже Примакову про цифровой рубль сказал. В 96 году. А ты тогда понимал, что такое цифровая валюта – ни хрена ты не понимал. Как и я. – махнул рукой Глава ЦБ. – Ему бы в президенты пойти, но фамилия не позволит – ну не Иванов он и не Петров. С его головой он бы тут у нас развернулся. Но он сам это понимает и не лезет никуда. Его сколько уже звали в Думу и в политику.

У нас вся страна скоро будет с дешевым электричеством и без свалок и все благодаря ему. Примаков ему хотел орден дать – так тот его не понял. На кой, говорит мне ваша висюлька? Что мне персональную пенсию дадут? Не дадут. Ну и на кой она мне. У меня от Советской власти вот орден есть – Трудового Красного Знамени. В столе валяется. Мне, говорит хватит. И правда на кой ему орден, когда он на своем антиграве катается домой в свой лес и от этого у всех зубы сводит от зависти. Только Президент и он может летать над Москвой. Зацени уровень. И вот увидишь ему и второго Нобеля дадут. Вопрос уже согласован. В этом году. Ты знаешь кого-то кто имеет двух Нобелей? Я вот нет. Только одного знаю у кого один Нобель – пока.

Глазьев был просто подавлен из-за того, что мимо него прошло столько информации. Да и не особенно он интересовался Юсуповым. Знал, что есть такой олигарх да и все. Ну Нобеля получил за свои открытия – молодец. Но чтобы так. Он и не подозревал. Ему нужно было подумать и собрать побольше материала о Юсупове. Он оказался очень интересным человеком.

Югославия.

Натовцы все-же начали бомбардировки Югославии. Пока амеры не могли ничего сделать, главными застрельщиками стали британцы. Все казалось началось как в тот раз. После ультиматума НАТО приготовила авиацию и стали делать свои самолетовылеты для засечки радаров сербов. Но их оказалось очень много и они постоянно меняли дислокацию. Амеры подогнали свои крейсера и фрегаты с томагавками и начали кошмарить страну. Наши успели передать им ТОРы и они достаточно часто приземляли эти дозвуковые ракеты. Попадания были, но не фатальные. И потом томагавком мосты не разрушишь. Тут нужны мощные бомбы, а залетать на территорию они опасались. Пущенные бомбардировщики – невидимки были сбиты сразу же после появления их в небе. Потеряв пять бортов амеры их поставили на прикол – очень уж они были дорогие. Общий парк истребителей-бомбардировщиков достиг 350 штук. Но они боялись соваться во внутреннее пространство. Тем более, что сербы вдарили на нескольких направлениях Точкой-У и распылили три батальона англичан и один немцев. По Армии освобождения Косова ударили пяток раз той же Точкой-У. Пара батальонов тоже умерли в муках. На войне всякое бывает. Целеуказание было безупречное. Русские держали слово. Как это часто бывает на войне – ощущение своей силы дает еще больше силы. Сербы вдруг поверили, что они смогут сдержать удар. Макс практически отслеживал все в режиме реального времени. Спутники работали как часы. Натовские спутники вдруг переставали работать. Потом отключались. А потом в штабах царила паника. Нет разведки, нет данных, нет целеуказания. Все чаще стали прилетать Точки-У на головы албанцев. Наши расчеты пользовались целеуказанием Максовых спутников.

У НАТО остался только один опцион – начать наземную операцию и умыться кровью. Самолеты НАТО залетевшие в зону действия ПВО сербов падали через одного. Любое сосредоточение войск в пределах дальности действия Точки-У моментально подвергались атакам с воздуха. И сербы берегли свои МиГ-29 и прятали их на случай атаки. Но сосредоточиться для атака за 100 км нельзя – надо подводить войска ближе, а это опасно. Так возникла патовая ситуация на фронте. Сербы сидели в своих границах, а НАТО не решалось перейти к наземной атаке боясь потерь.

Выход виделся только дипломатическим путем, но НАТО уже отрезало себе многие опционы приняв несколько противоречивых документов. Тогда воодушевленные сербы пошли громить косовских албанцев и те побежали в Албанию, где им были совсем не рады. Очистив от них Косово сербы сами решили проблему, потому как убежал сам предмет спора и разногласий.

Сербы стали тщательно оборудовать границу с Албанией, чтобы превентивно не дать им вернуться. НАТО село в лужу. Все мировая пресса смаковала проигрыш такой большой НАТО маленькой Сербии. Мосты и электростанции остались не тронуты. Но китайцам опять не повезло и одна ракета все-таки попала в их посольство. Парадоксы истории. И теперь может Черногория и не отделится от Сербии и Воеводина останется в составе Югославии. Ну и Милошевича уже скорее всего не будут морить в Гааге. Теперь МИД уже возглавил всем известный Сергей Лавров и он уже обрисовал перспективы для президента Югославии. Ему нельзя потерять порты, иначе Россия не сможет ему ничем помочь. Да и торговать как через три границы? И в Европе и мире вдруг поняли, что НАТО – бумажный тигр.

Дела армейские.

Началось все с вызова Макса в приемную Президента. Он спокойно приехал и подождав в приемной прошел в кабинет после знака секретаря.

Примаков был не один. У него сидел маршал Сергеев – нынешний министр обороны. Последний маршал, как его называли за глаза подчиненные. Ну да – войны то нет. А без войны никто никому маршала давать не будет. Поздоровавшись Макс сел в кресло и выжидательно посмотрел на Президента.

– Вот у нас какая проблема Макс, - начал Примаков, - товарищ маршал просится на пенсию. Устал говорит и болячки одолели. Не тянет он весь объем работ. Макс подумал, что его позвали, чтобы он проконсультировал маршала по его здоровью и сказал, - Так в чем дело? Игорь Дмитриевич вы бы мне позвонили и мой центр бы все для вас сделал. А Первое лицо то зачем напрягать, у него и так работы полно.

– Рак у меня Максимилиан. Его не вылечишь, - вздохнул маршал. И Макс вспомнил, что тот умер то от рака крови. Шестеренки в мозгу завертелись и Макс не знал что сказать. Сейчас Путина нет, а значит и его другана Иванова тоже – он где-то в недрах ФСБ кукует. А кроме Трошева Макс никого из военных не знал, да и не хотел знать. С армейцами всегда тяжело. Они как государство в государстве.

– Игорь Дмитриевич! Я тут пас. Рак пока никто не умеет лечить. Вы уж меня простите, - поднял руки Макс. – Не в этом дело, - вмешался Примаков, - ты дельные советы всегда давал по кадровому составу. Вот и подскажи кого рекомендовать можно в министры. Макс задумался. У него стали мелькать лица людей которые хоть как-то засветились в армейских делах, но военный сюда не годился. У них специфическое мышление и понятие финансы и экономика для них табу. Они мыслят другими категориями.

– Есть один человек, который сможет вытянуть проблему, и он гражданский, но из хорошей семьи. Если ему поучиться в Академии Генштаба годика два, то будет совсем хорошо. – осторожно произнес Макс.

– И как его зовут? – спросил Примаков.

– Вы его заочно должны знать - это сын Рэма Александровича Белоусова – Андрей, - сказал Макс, он сейчас занимается экономическим прогнозированием и пишет докторскую диссертацию, насколько я знаю. А дед его был генералом авиации во время войны. Он государственник. И взяток брать не будет.

– Так он же молодой! – воскликнул Президент.

– Со временем этот недостаток проходит, зато он сможет пахать по 14 часов в сутки, а я ему помогу чем могу, хоть лично его и не знаю. Читал работы его отца – дельный мужик. – ввернул Макс. – Современная война это не битва моторов, а битва экономик. И технологий. Я вот сколько раз предлагал свои изделия армейцам – так шиш с маслом получил, а не нормальное отношение. Даже спасибо не сказали. Кстати Трошев то нашел мою установку для разведки, или ее, как обычно пролюбили?

– Он сказал, что там что-то сгорело и ее утилизировали, - вздохнул Примаков.

– Вот в этом вся армия у нас. Им дают оружие, а они никак свой калаш не могут выбросить. Потому как воевать им они не умеют и не хотят учиться. А потом пишут рапорты, что изготовитель виноват во всем их неумении. Кретины. – махнул рукой Макс. – что сто лет назад, что сейчас. Тогда пулемет не могли толком принять, а сейчас универсальное средство разведки с двумя дронами пролюбили на ровном месте, хотя я им два расчета подготовил – мы только и делали, что гоняли бородатых аж перья летели.

– Это что за история? – спросил Сергеев.

– Я тебе потом расскажу, - прервал его Примаков. – А давай я его приглашу и поговорим вместе.

– Евгений Максимович, давайте без меня. А то еще свахой обзовут, - замотал головой Макс, - если придется ко двору пусть меня наберет и я ему подскажу с чего начать и куда бежать, чтобы не только согреться, но и цель увидеть.

Макс смял бумажку, которую держал перед собой и бросил ее в пепельницу. Вопросительно взглянув на Президента щелкнул пальцами и бумажка загорелась. Макс встал и вышел из кабинета.