Чтение онлайн

Она смотрела на меня своими противоестественно огромными глазами и молчала. Кажется, теперь действительно всё.

Прощай, девонька. Теперь уже точно – прощай.

Выбор кара был ошибкой.

Тяжёлая, но ходкая «тойота» может пригодиться на дальних дистанциях, но вот тут, в лабиринте заброшки посреди промзон вековой давности, важнее была юркость и скрытность. Если бы заранее догадаться, как далеко их заведёт этот рейс.

Короткий взгляд за спину.

Клиентка продолжала, кусая губы, скрести ногтями костяшки пальцев, раздирая их уже буквально в кровь. Лицо же её при этом оставалось каменным и до синевы бледным. Нехороший знак, совсем нехороший.

Её приказано было забрать с явочной квартиры на нижних ярусах жилого баухауза у самых границ Мегаполиса. Ничего необычного, сколько раз приходилось вот так вызволять в отдалённые рефуджио находящихся под угрозой раскрытия свидетелей и беглых агентов, почти всегда они дёргались, плакали, радовались, нервно шутили, но только не молчали.

А ещё спасаемый в основной своей массе не производил впечатление марионетки, толкаемой под руки невидимым кукловодом. Люди надеялись, люди жаждали избавления. В этом и состояла работа.

Но эта клиентка с самого начала вела себя иначе, так что пришлось лишний раз проверять вводную – точно ли ничего не перепутано? Бывали впопыхах и не такие случаи. Но нет, всё верно, так почему же она как села на пассажирское место треклятой «тойоты», так словно окончательно отключилась. Тут что-то было не так.

Впрочем, размышлять об этом было некогда. Проблемы начались уже на выходе на трансконтинент. Кар ещё не успел набрать как следует ход, а защитные подсистемы уже принялись орать на ухо – тревога, тревога, тревога. Пришлось срочно вырубать.

Проклятие. Неужели транспондер? Но нет, вот же он, благополучно попискивает в обычном ритме, не проявляя ни малейшей нервозности. Тут конечно всяко бывает, устарели коды, а может, просто не повезло – нарваться в воротах на дежурный кросс-чек, пускай и по оперативной наводке, мол, перепроверять маршрутные листы у каждой канареечно-жёлтой «тойоты» в форм-факторе вездехода, но это уже паранойя, не могло им обоим настолько не повезти. А значит, корпоративные шлюхи знали, кого они ищут. Вот бы ещё понять, как им это удалось провернуть.

Трансконтинент, впрочем, на всю просматриваемую лидаром длину не проявлял особого рвения сблизиться. Но вот же он, новый сигнал. По кару мазанул чей-то сканирующий луч. Мазанул и пропал, хорошо работают, явно не хотят светиться, но не в этой жизни.

Даже самый примитивный мекк, с его степенью интеграции оболочки и мощью сенсорной начинки, всегда переиграет любую мясную тварь, которая попробует к нему приблизиться на пушечный выстрел. Кто и за кем тут следит – совершенно неважно.

Резервный план отхода активирован.

«Тойота» тут же послушно начала смещаться левее, уводя пилота и пассажирку прочь с трансконтинента в сторону второстепенных эстакад. Там дальше начинался оперативный простор, на котором мы ещё посмотрим, кто кого.

А вот и искомая наружка показалась. Три стремительных тени рванули наперерез, разом сокращая дистанцию до цели.

– Держитесь.

Если бы это помогало. Клиентка даже не обратила внимания на её холодный тон, она вообще как будто не услышала обращения к себе. Ладно, с этим потом. Ремни уже автоматически спеленали обоих под горло, остаётся сосредоточиться на пилотировании.

Выбор кара был ошибкой. Любые попытки оторваться заканчивались провалом. Юркие, динамичные преследователи уводили тяжёлый корпус «тойоты» всё дальше в глубь заброшки, где ожидаемо не хватало данных об уцелевших конструкциях, полагаться же только на реалтайм…

Тяжёлая, бронированная корма «тойоты» присела и сразу же подпрыгнула, роторы Кутта-Магнуса слишком реактивны, чтобы точно отработать резкий импульс касания. Кар тут же повело носом вниз и влево.

Ладно. Уйти по-хорошему, очевидным образом, не удалось. Придётся уходить по плохому. С грохотом и визгом раздираемого металла «тойота» размашисто врубилась в корпус ближайшего пакгауза.

Впрочем, пиропатроны отработали штатно, упаковав объём кабины в аккуратные упругие додекаэдры, что вывалились сейчас же через боковой люк вместе с двумя вымазанными в пиротехнической пудре телами.

Нужно быстро уходить, у них едва пара минут, пока преследователи среагируют. Но сперва требовалось усложнить им жизнь.

«Тойота» была переутяжелена за счёт дополнительного объёма водородных ячеек, хоть какой-то с них будет прок. Внутри надувались вспененным биопластиком две антропоморфных фигуры. Чирк! И канареечный корпус послушно наливается изнутри малиновым жаром. Водородные ячейки – штука хрупкая и ненадёжная. Поди пойми потом, что же случилось с теми, кто остался внутри разбившегося кара.

– Скорее, в укрытие!

Но клиентка продолжала стоять на месте как вкопанная, и только посиневшие пальцы всё глубже впивались в дрожащие ладони. Её глаза, впрочем, были сухими и глядели настолько безэмоционально, будто два сгорающих сейчас перед ней «тела» её вовсе не касались.

А вот на попытку взять её за плечи и заставить двигаться клиентка отреагировала острее некуда. Одним прыжком она оказалась в нескольких метрах и там уж снова замерла, выставив вперёд руки, словно пытаясь в отчаянии защититься.

– Нам нужно двигаться.

Неужели насекомья оболочка мекка может производить на человека столь ужасающее впечатление? Да и куда она раньше смотрела, неужели…

Нет, погодите. Это был не защищающийся жест, а отстраняющий. Как будто она хотела оградить не себя, а того, кто стоит перед ней.

Проклятие. Нужно было осмотреть её как следует ещё до выхода с конспиративной квартиры.

Если же прямо сейчас аккуратным и быстрым движением оттянуть в стороны полы её перемазанной в пудре рабочей куртки, то можно будет легко разглядеть запятнанную красным послеоперационную повязку на боку.

При горении белый фосфор развивает температуру до 1300 градусов Цельсия, механически скользнуло в голове.

Так вот почему она так себя вела.

– Уходите.

Мекк в таких случаях реагирует инстинктивно, срабатывает защитная моторика.

Хрустальный мир всегда берёт свою цену. Стоит ему поддаться, сделать туда шаг, как пути назад уже не будет. Сколько раз она это делала впервые? Если верить слабому эху былых воспоминаний, это был её третий. Лили Мажинэ, Кора Вайнштейн, и вот, однажды настало её время. Верь или не верь отзвукам старых видений, сколько ни уговаривай себя, что это были совсем другие, чужие ей люди, но хрустальный мир – вот он, вокруг неё. Призрачное варево из туманных голосов и бритвенно-острых граней физической реальности, которой так несложно управлять, но которая так же легко может тебя убить, как убивала уже не раз.